Ключи упали ей в ладонь, и она уверенно зашагала к автомобилю. Скинув на дорогу неудобные туфли, она занесла одну ногу в салон, как вдруг услышала его голос:
– Мисс!
«Могла бы догадаться, – ругнулась она про себя. – Было ясно, что он не пойдет внутрь, пока я не припаркуюсь».
Тори бросила на него виноватый взгляд.
– Я прошу вас надеть обувь, – произнес он в том же приказном тоне.
– Конечно, – отозвалась Тори, надевая проклятые туфли. – Надеюсь, это останется между нами.
– Боитесь потерять работу? – ухмыльнулся он.
Даже с недоброй улыбкой его лицо вдруг показалось ей привлекательным. Четко очерченные линии, тени темных глаз, волевая челюсть. Не говоря уже о широких плечах. Это была не слащавая красота. Он был красив по-настоящему, по-мужски.
Закинув за плечи убранные в хвост волосы, Тори поправила наушник.
«Будь вежливой», – напомнила она себе.
– Сэр, я надеюсь, вам понравится вечер, – только и сказала она, натянув притворную улыбку перед тем, как захлопнуть дверь.
В салоне стоял дурманящий запах богатой жизни – дорогой кожи, льняного масла и одеколона, по всей видимости принадлежащего мистеру Грубияну. Двигатель зарычал, как голодный лев. От жгучего желания отогнать его машину как можно дальше Тори закусила губу. Нет, все-таки лучше в гараж. Во избежание лишних проблем. Он и так видел, как она села в салон босиком.
Когда Тори вернулась, у входа в дом стояли Мэтт и Джон. Она вернула Мэтту куртку и передала ему ключи от «мазерати», объяснив, где припарковала дорогой автомобиль.
В доме ее ждала Лорен.
– Я не могла с тобой связаться, что случилось?
– Неужели? – Тори постучала пальцем по наушнику. – Наверное, неполадки. – Однако ее больше беспокоило, где находится этот малоприятный собеседник. – Ты не видела тут здоровяка? Он вошел минут пять назад.
Ей не терпелось разглядеть его получше, в нормальном освещении.
– Нет, – коротко ответила сестра. Ее светло-карие глаза – такие же, как у Тори, – сощурились. – Ты что, опять снимала туфли? – догадалась Лорен.
– Ничего я не снимала, – соврала Тори.
– Тори, ты не умеешь врать. Мы же с тобой договаривались.
– Пока ты заставляешь меня носить эти ходули, мы будем возвращаться к этому разговору.
– Это непрофессионально, – настаивала Лорен.
– Меня никто не видел.
– Никто, кроме здоровяка? – Лорен развела руками. – Тори, я слишком хорошо тебя знаю.
– Тогда догадайся, какая моя любимая марка машины.
Лорен удивленно посмотрела на сестру.
– «Мазерати-спайдер», – ответила Тори. – Ты не представляешь, какая это сказка. На несколько минут я просто потеряла голову.
Лорен взяла сестру за руку и отвела в сторону:
– Тори, это очень важное событие. Все должно пройти без сучка без задоринки.
– Успокойся, Лорен. Все идет как нельзя лучше.
Две официантки с подносами, полными деликатесов, прошли мимо сестер.
– А вот и десерт. Осталось накрыть лишь стол со сладостями.
Избавив себя от нотаций родной сестры, Тори прошмыгнула на кухню.
– У Блэка «мазерати», – раздался сзади голос Лорен.
Тори резко повернулась, не веря своим ушам:
– Что?
– Машина Блэка называется «мазерати-спайдер».
Только сейчас Тори поняла, где видела его раньше. Это и был знаменитый Гарретт Блэк. Он постриг волосы и сбросил десяток килограммов. Вот почему она его не узнала. К тому же солнце уже садилось за горизонт.
– Ну что же, – вздохнула Тори. – Можешь считать, что мы познакомились.
– Гарретт, друг мой! – воскликнул Рэй Донован, отходя от группы людей на террасе. Приятели пожали друг другу руки, после чего Рэй прижал Блэка к себе в крепком мужском объятии. – Рад, что ты смог приехать!
– Рад, что пригласил, – лаконично ответил Гарретт и, высвободившись из объятий приятеля, сделал два шага назад. Все разговоры он предпочитал вести на расстоянии.
– Пойдем я угощу тебя чем-нибудь. – Рэй взял Гаррета под локоть и провел в соседнюю комнату. Широкий стол был уставлен самыми разнообразными блюдами, приготовленными, по всей видимости, снующими туда и обратно юными дамами.
– Признаться, я не голоден.
– Друг мой, тебе нужно хорошо питаться! – не унимался Рэй Донован. – От тебя же почти ничего не осталось. Пиджак, бывший когда-то впору, теперь висит как на вешалке. К тому же вкуснее блюд ты не найдешь во всем белом свете. Одна говяжья нарезка чего стоит. Или мясные шарики, обернутые в бекон. Отведай, дружище. Рэй Донован дурного не посоветует.
– По поводу потери веса, – заметил Гарретт. – Позволю тебе напомнить, что у меня была сломана челюсть.
А также раздроблена левая нога и ключица. Огромный внедорожник на всей скорости въехал в бок его автомобиля. Гарретт выжил. Его отцу повезло меньше.
– Да, но мне больно смотреть, как ты превращаешься в привидение.
Гарретт взглянул на Рэя с укором:
– Какое тебе дело до моего внешнего вида?
– Такое, что теперь ты директор студии. И должен выглядеть соответствующе. – Рэй взял тарелку со спагетти, увенчанными грибами и целым ассорти из деликатесов. – Давай возьмем это с собой на второй этаж. Там ты и поделишься со мной последними и, надеюсь, интересными новостями.
Мимо прошла девушка с тарелкой пирожных.
– Диана, дорогая, передай это моему другу.
– Да, мистер Донован. – С самой широкой улыбкой помощница передала тарелку Гарретту.
Прихватив с собой бутерброд, Рэй зашел за угол и провел дорогого гостя по спиральной лестнице вверх. Отсюда открывался обзор на все происходящее внизу. А днем в панорамные окна было видно океан. По всей длине роскошной комнаты тянулся просторный стеклянный балкон.
Гарретт опустился в кожаное бежевое кресло и поставил тарелку на черный стеклянный столик. Он все же откусил шоколадное пирожное – но скорее чтобы не обижать Рэя, чем для собственного удовольствия. Гарретту доводилось пробовать блюда столь изысканные, что Рэй не мог себе представить.
– Как нога? – спросил Рэй.
– Лучше. Если верить врачам, то на девяносто процентов восстановилась.
– Рад слышать, – улыбнулся Рэй, направляясь к бару. – В больнице на тебя было больно смотреть. Тебе вставили штифт?
– Несколько. Полная реконструкция бедра и колена. – За восемь месяцев ему сделали четыре сложные операции. Лишь два месяца назад он снова стал чувствовать ногу. – Так что теперь я наполовину робот.
– Терминатор во главе легендарной студии…
– Я не желал этого, – перебил его Гарретт. Он взял из рук Рэя бокал виски и сделал маленький глоток. Больше нельзя – он на антибиотиках и к тому же за рулем. – Честно сказать, у меня до сих пор это не укладывается в голове.
