друг. — Как видишь, если быть достаточно далеко, то шанс выжить был. Как те двое, которых вырубил Кот или той парочки. Как, кстати, они узнали, что нужно делать, чтобы их не принесли в жертву?
— В верном направлении мыслишь, — кивнул я. — А что до того, что мы могли сделать… ни черта мы не могли. Ни ты ни я никогда не видели раньше грёбаных демонологов. Даже Барий ни хрена не сделал, хоть уж он-то точно был в теме. Но это наверняка и не последний такой на нашем пути. Стань сильнее и найди нужные моды.
— Понял… — кивнул Рейн. — А как думаешь…
— Арк! — вдруг послышался голос Тии. — Здесь вход в Стену!
* * *
Одна из упавших в сугроб птичек была столь любезна, что в падении своим телом пробила снежную шапку над небольшим природный тайником.
Небольшой грубый деревянный люк в который можно протиснуться только одному. Вокруг него лёд немного подтаял, начал таять.
Примерно о чём-то таком и говорила Серая. Но, конечно, времени пришлось потратить изрядно. Ещё немного, и мы бы просто все околели от холода, не смотря на все свои сопротивления, у кого он были.
Я открыл люк. Внизу был слабый свет и шло тепло.
А между тем, если внизу какая-то неубиваемая дрянь или аномалия, придётся искать дальше…
Пол был покрыт талой водой, которая просачивалась через щели в люке. Тоже хороший знак. Правда, чтобы активировать буйный рост, мне нужно коснуться ладонью воды. А значит — всё равно сперва придётся спуститься самому.
Но никто ведь не гарантирует, что из тёмного закоулка на меня что-то не бросится.
— Тия…
— Чую три живых объекта… мм.. что-то знакомое, не могу вспомнить что.
— Знакомое-опасное, или не очень? Какие чувства вызывает мысль об этом?
— Не очень, — удивлённо ответила шаманка. — Нет, это какой-то не очень опасный монстр. Мне спуститься первой?
Вот ещё ей работу разведчика выполнять…
Я осторожно наклонился головой вниз, пытаясь разглядеть хоть что-то. Со светом здесь было очень плохо.
Наконец, вскоре я увидел метровую живую капельку, тускло просвечивающуюся голубым.
Слаймы! Старые добрые слаймы!
Я поднял голову, подмигнул своим бойцам и спрыгнул вниз.
Булькнула вода. Она залила здесь всё примерно по голень.
Я приготовил майр.
Довольный моим появлением слайм бодро пополз в сторону новой вкусняшки.
— Сбросьте-ка мне копьё, — я протянул руку вверх.
Чудовище ускорилось, как могло, но со скоростью у слаймов всё всегда было печально.
В пару шагов я пробил копьём ядро, и существо распласталось на полу голубой светящейся лужицей, а над ним всплыл шарик голубой слизи. Фрагмент монстра.
Следом я услышал падение в воду Рейна. Страж всегда шёл в числе первых.
Я осмотрелся чуть более детально. Напоминает какой-то склад всякой строительной мелочи. Несколько полок с проржавевшими инструментами. Они были в настолько плохом состоянии, что ржавчина едва ли не слоилась наростами.
Гвозди, молотки, какие-то неузнаваемые сейчас предметы. Не годится даже для самодельного оружия, пожалуй. Навстречу выполз третий слайм из приоткрытой двери. Рейн просто метнул в него свой костяной меч, поразив ядро существа.
Затем мои ноги окатила волна воды — сверху булькнула в лужу рядом Тия.
Заметив два убитых сгустка светящегося желе, она чуть расстроилась, и взмахнув рукой, вытянула жизненную силу из последнего монстра.
— А неплохо мы прокачались всего за несколько дней, а? — заметил Рейн.
— Не суди по самым мелким обо всём уровне. Я почти уверен, что первый этаж нас ещё не раз удивит. Так что постарайтесь не увлекаться. Можем ведь вляпаться и в аномалию.
А затем накатила боль. Отмерзающие руки начали приходить в себя, сопровождаясь на редкость сильной болью… Настолько, что я даже подумал, не обратная ли это сторона моей модификации ладоней.
— Так, привал пять минут — прийти в себя, — сказал я.
— О, смотрите-ка, — Альма шагнула к одной из полок и ткнула на колчан, наполненный прозрачными, будто хрустальными, стрелами. — Это как раз для моего арбалета! — обрадовалась Альма. — И.. — она встала на цыпочки и попыталась что-то нашарить на верхней полке.
Рейн подошёл к ней и снял сверху стеклянный меч.
— Там ещё полно такого барахла, — сказал он. — Но не уверен, что от него много пользы. Там дальше какие-то статуэтки котиков и фигурки. Скорее всего, это просто стекло.
— Пылесборники, — хмыкнул я.
— Тяжёлый, зараза, — оценил Рейн. Ему было с чем сравнивать — сам долгое время ходил с двуручником из железа. — Интересно, что будет, если пропустить этот хлам через терминал-плюс?
— Это должен был сказать Мерлин, — тяжело вздохнула Альма.
И когда только она успела так со всеми сдружиться? Или она просто быстро привязывается к людям? Или.. ладно, не время сейчас об этом.
— Тия, сможешь сказать, что в остальных комнатах?
Из помещения со слаймами и ржавыми стеллажами вело две двери. Одна, правая, была приоткрыта — именно оттуда выползи ещё два светящихся слизня вслед за первым. Но это оказался тупик. Просто ещё один странный закоулок, в котором нашёлся зелёный слайм.
Я оказался прав, что Стена постарается нас удивить — здесь ей это более чем удалось. Тия почему-то не смогла заметить спрятавшуюся тварь, и сунувшийся туда первым Рейн получил кислотный ожог.
Ничего страшного, если в команде есть лекарь. Даже с таким скромным уровнем, как у Альмы. Но не завидую тем, у кого не нашлось бы ничего для заживления. Очень уж кислотная рана оказалась болезненной. Хорошо хоть, что у Рейна была способность блокировки боли.
Место оказалось тупиком и не вело никуда. Да и смысла никакого особого не имело — развалившийся от сырости шкаф, утопающая в воде кровать на ржавых ножках. Прогнивший матрас со следами грибка и плесени…
Единственное, что здесь сохранилось, это зеркало. И именно оно и стало причиной, почему шаманка не заметила тварь. Других идей у нас просто не нашлось, и в целях эксперимента она попыталась ощутить присутствие вставшего за ним мечника. И не смогла.
Ещё одно забавное ограничение её сил. Нужно будет запомнить, что это так работает. Вдруг пригодится?
С огромного овального окошка в зазеркалье на меня смотрел тощий злой мужик лет тридцати с заметной щетиной. Каштановые волосы без капельки всех этих волшебных преобразований. И яркие, пронзительно-ясные зелёные глаза друида. Пока что единственная моя внешняя особенность, отличавшая меня
