никого. Опять испугаю нашего охранника, выползая нежданчиком из тёмного коридора. Вспомнив, что моя ненаглядная маздочка уже неделю как обретается в ремонте, и мне предстоит испытание общественным транспортом, я мученически скривилась. Надо хотя бы поправить убитый за двенадцатичасовый рабочий день макияж. Я достала косметичку, открыла пудреницу, придирчиво рассматривая свою усталую мордашку. Так, вроде не критично, но хотя бы губы блеском накрасить не помешает.
— О, Рина, ты ещё здесь? — твою же! Разве можно так пугать — кисточка щедро проехалась мимо губ по подбородку.
— Это тебя надо спросить, почему до сих пор бродишь по кабинетам, пугаешь девиц впечатлительных, — рассерженно посмотрела я на нашего сисадмина. Пришлось лезть в сумочку в поисках влажных салфеток, стирать блеск с физиономии.
— Я специально задержался, ждал, пока все разойдутся, надо обновления винды установить, — Олег присел за ближайший стол, запуская комп моей коллеги. — В рабочее время неудобно, вы же трудитесь, как пчёлки.
Ну да, всё правильно, да и вообще глупо пугаться — посторонний в закрытое здание войти не сможет. Вот что значит увлечение забористыми триллерами. Надо будет сегодня порыться в новинках. Вторая попытка накрасить губы оказалась более удачной, я бросила последний взгляд в зеркальце и убрала косметичку.
— Вот зараза, как Погорелова умудрилась снести эксэль и внутренний обменник? — возмущённо поразился Олег, шустро орудуя мышкой.
Погорелова была нашей коллективной головной болью — тётка довольно солидного возраста вечно прикрывала свои косяки тем, что абсолютно не шарит в «этих кампьютирах». Что не мешало ей пользоваться довольно крутым смартфоном с кучей девайсов.
— Она, кстати, жаловалась, что у неё ни одна программа не работает, — я сгребла мобильник в сумочку и пробежалась взглядом по столу, проверяя, не забыла ли чего. — Уже мог бы привыкнуть.
— У программистов есть любимый анекдот, — выглянул из-за экрана Олег. — От восстания машин нас спасут тётки из бухгалтерии. Вылезаешь из укрытия, видишь сломанный скайнет, и тетя Алевтина: «Я ничего не нажимала».
— Это точно, — улыбнулась я, вставая. Накинула пиджак и, подхватив сумочку, попрощалась: — Ладно, пойду я отсыпаться перед выходными.
— Рина, что ты делаешь завтра? — неожиданно прилетело мне в спину. Ты смотри, наш мальчик-скромняшка никак решил меня закадрить?
— Да пока ещё не знаю, — честно ответила я.
Сто лет уже не собиралась с девчонками, чтобы от души пошопиться или протестировать новый клуб. Можно, конечно, и к маме в соседний город съездить, проведаю заодно и сестру, понянчусь с племяшками. А можно вообще залечь на весь день с какой-нибудь бомбической книжной новинкой.
— Может, сходим куда-нибудь? — решился-таки Олег. — В кино сейчас «Кладбище домашних животных» идет. Ты же вроде как у нас ужастики любишь. Или просто посидим где-нибудь пообщаемся.
Я вздохнула, не торопясь отвечать. Как-то оно мне сейчас неохота встревать в новые отношения. Только-только выпуталась из одних, завязших в зубах, как просроченная нуга из шоколадного батончика. Да, знаю, глупо в свои двадцать семь ждать принца на белом коне. Да и без коня тоже глупо. Но последнее время почему-то меня посещают довольно странные желания. Хотелось влюбиться так, чтобы в омут с головой, как распоследняя дура. И чтобы не бесило, что любимый разбрасывает носки по всей квартире. Чтобы с утра хотелось не побыстрее свалить домой, а нажарить милому оладушек. Наверное, я старею, но отношения без искры, такой, чтобы аж душа свернулась и развернулась, уже надоели. Для здоровья, в конце концов, можно и вибратор купить. А мужик — он должен быть для души. Олег не отпускал мой взгляд, ожидая ответа, и я задумалась — может, дать ему шанс. Он был и умным, и довольно простым в общении. И смотрел на меня так, как смотрят мальчики-старшеклассники, готовые подраться за понравившуюся девочку. На какое-то мгновение захотелось стать той девочкой, за которую бы дрался Олег.
— Давай созвонимся с утра, — я всё же решила оставить для себя лазейку, если передумаю. Что, кстати, вполне реально — служебные романы как-то меня особо не привлекали. А там посмотрим — это всего лишь свидание. — И учти, утро в выходной для меня начинается не раньше часа.
***
Я остановилась у зебры, дожидаясь зеленого. Всё ещё колебалась, прикидывая, не зайти ли мне в кондитерскую у дома. Замученный рабочей неделей мозг требовал сладкого, но полнеющая от минимума углеводов задница злорадно напомнила о своей особенности. Ладно, обойдусь — заварю фруктовый чай, заползу под плед и заряжу какую-нибудь киношку. Тоже расслабон…
Мои ленивые мысли прервал резкий визг тормозов. В бок тяжело впечатался удар, сбивающий с ног. Повернув голову, я успела увидеть, что на меня наехал сараеподобный внедорожник. Сука, я же переходила на зелёный! Машина, ясен хер, сразу не остановилась и проволокла меня вперёд, впечатывая головой в бордюр. Сказать, что мне было адски больно — это скромно преуменьшить. Я не могла даже дышать, безуспешно раскрывая рот в немом крике. Лёгкие царапало при каждом даже слабом вдохе, весь левый бок прошивало вспышками боли. Скорее всего у меня разрыв селезёнки — вяло промелькнула мысль. Но если бы только это. В голове что-то резко пульсировало, и я чувствовала горячие струйки крови, стекающие от виска к шее. Где-то словно через слои ваты доносилось: «Танцуй под Бузову, тряси своими арбузами…» Ебануться можно, я сдохну под завывания Бузовой! Вселенная, за что?
— Ашотик, что делать? Я правда её не видела… — испуганно заныл писклявый голос пиздоглазой курицы, которая не то что меня не видела, а красный и зелёный отличить не смогла.
Ашотик ответил нескладным матом и я невольно вздрогнула. А правда, что они будут делать? Хорошо, если вызовут скорую, а если добьют, чтобы не отвечать? Как-то расплывчато, но увидела над собой две перепуганные морды. Хуже не придумаешь — тупая
