Генерал Йодль обладал огромными полномочиями в решении стратегических вопросов. По словам Кейтеля, «с началом войны штаб оперативного руководства занял видное место» . Они с Йодлем постоянно находились в центре событий рядом с фюрером.
Первой серьезной задачей, с которой штаб оперативного руководства блестяще справился, была разработка операции «Везерюбунг». Генштаб сухопутных войск в данном случае был фактически отстранен. Это было ответом Гитлера на неприятие старыми генералами его грандиозных планов. В дальнейшем такая практика продолжилась. А за командованием сухопутных войск остались лишь второстепенные функции: комплектование войск, доставка техники и боеприпасов, организация тыла.
Фактически штаб оперативного руководства выполнял функции высшего штаба, стоявшего над тремя штабами родов войск: сухопутной армии, авиации и флота. Устные указания фюрера обличались в письменные директивы за его подписью. Как правило, они начинались фразами «фюрер приказал», хотя нередко использовались и формулировки « Я приказываю, я рассчитываю» . Как выразился генерал Варлимонт, высший военный штаб Германии «работал на одного человека и управлялся его интуицией и ошибками» . Работа штабных офицеров ОКВ была весьма интенсивной, особенно его руководителей. Режим дня Гитлера и его различные привычки (проводить совещания допоздна, постоянный холод в кабинете и т. п.) также сказывались на здоровье. Почему Йодль и Кейтель постоянно перенапрягались и часто болели. Шпеер отмечал: «Даже при неофициальных встречах Кейтель и Йодль производили впечатление изнемогающих под бременем ответственности и душевно опустошенных людей».
Однако не должно складываться впечатление, что управление германским Вермахтом было жестко централизованным. Власть ОКВ все же в основном распространялась на сухопутные войска. Кригсмарине и Люфтваффе имели свои собственные штабы и своих главнокомандующих, которые формально не подчинялись Йодлю с Кейтелем, хотя и полностью зависели при этом от Гитлера. В результате при планировании операций Геринг и Редер (потом и Дёниц) издавали свои собственные приказы, основанные непосредственно на «решениях фюрера». При этом они отказывались выполнять приказы Кейтеля и Йодля. Сухопутные же войска, коими с конца 1941 г. командовал сам фюрер, наоборот, подвергались мелочной опеке, даже в вопросах снабжения продовольствием и снаряжением. Понятно, что подобное «распределение» функций далеко не всегда было эффективным с точки зрения войны, зато блестяще обеспечивало устойчивость власти. Говорить о том, что из-за нечеткой системы управления Вермахт не мог эффективно координировать действия трех родов войск, тоже неверно. Ряд примеров, как то: Средиземное море и Заполярье в 1942 г. убедительно доказывают, что при необходимости сухопутные войска, авиация и флот прекрасно взаимодействовали между собой, добиваясь при этом отличных результатов в борьбе с численно превосходящим противником.
Кризис германской стратегии, в том числе и работы главного командования Вермахта, начался только в последние два года войны. Грубейшие просчеты были допущены при планировании боевых действий во Франции летом 1944 г. Расчеты, связанные с перемещением войск, делались так, словно на дворе по-прежнему был 1940 г. и Люфтваффе господствовали в воздухе. В итоге ни один приказ не удавалось выполнить своевременно. Во время операции в Арденнах ОКВ неверно оценило возможности и скорость передвижения американских войск на левом фланге наступления, что во многом привело к срыву плана операции.
Обезьяна фюрера
Фюрер, как известно, не любил появления вокруг себя каких-либо новых лиц и со многими людьми провел все годы своего 12-летнего правления. Среди военных тоже имелись люди, которым он никогда не изменял. Среди них оказались и Кейтель с Йодлем. По мнению генерала Зенгера, ни тот ни другой не пользовались уважением в военных кругах, но тем не менее Гитлер бесконечно доверял им. Он не любил отправлять их обоих на фронт, боясь, что те попадут под влияние боевых офицеров.
Сфера деятельности Кейтеля ограничивалась, по сути, руководством немецкой военной бюрократией. Этот не особо одаренный умом, уступчивый и податливый военачальник всегда поддерживал своего шефа в его конфликтах с армейской верхушкой. Только он мог выдерживать многочасовые «ситуационные конференции», на которых Гитлер произносил долгие речи по самым разным вопросам. По мнению фельдмаршала Клейста, «Гитлер хотел иметь на этой должности слабого генерала, чтобы иметь возможность полностью его контролировать ». Это не значит, что их отношения были идеальными. Время от времени происходили скандалы, и Кейтель неоднократно даже просил освободить его от занимаемой должности.
Гитлер и генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель
По мнению Гудериана, Кейтель был неплохим человеком и старался добросовестно исполнять обязанности, но был при этом неважным стратегом и быстро попал под влияние фюрера, которому не мог сопротивляться. Он обладал всеми придворными качествами, прекрасно умел угождать Гитлеру, угадывать его желания и предвосхищать решения. Фельдмаршал был крайне непопулярен среди офицеров Генштаба, получив нелицеприятные клички «Да-Кейтель» и «Кивающий осел». В свою очередь, в Вермахте у него было еще четыре прозвища: «Кейтельлис», «Кланяющаяся обезьяна», «Лакейтель» и «Начальник армейской бензоколонки». Когда фюрер однажды указал Кейтелю на то, что в аппарате ОКВ имеются оппозиционные настроения, тот устроил разнос начальникам служб, сказав, что «не будет терпеть в ОКВ ни одного офицера, который будет предаваться критике, размышлениям и брюзжанию» .
Управление огромным, непомерно раздутым бюрократическим аппаратом занимало практически весь рабочий день Кейтеля, а также половину ночи. Если прибавить к этому ежедневные многочасовые совещания у Гитлера, становится понятно, что человек он был весьма занятой и почему, находясь практически в «сердцевине» германской военной машины, многое пропускал мимо себя и был практически изолирован от реального мира. Во время совещаний начальник Главного командования Вермахта ограничивался почтительным молчанием и поддерживал любое мнение фюрера. Уже после войны сам Кейтель говорил: « Я не имел никаких полномочий. Я только назывался фельдмаршалом. У меня не было войск, я лишь выполнял приказы Гитлера… Я не имел представления об общих планах Гитлера. Мне было приказано заниматься только военными вопросами».
В отличие от Кейтеля генерал Йодль был прирожденным генштабистом, его взгляды всегда отличались большой ясностью и четкостью. Как отмечал немецкий военный историк Вальтер Гёрлиц: «Йодль, начальник штаба оперативного руководства, стал считаться в Гауптквартире Гитлера ведущим военным специалистом своего времени». Фюрер высоко ценил его. Сходство же с «Лакейтелем» было в том, что он тоже боготворил фюрера, преклоняясь перед его огромной работоспособностью, кипучей энергией и многочисленными идеями в военных вопросах. Йодль верил в гениальность фюрера, считал его великим стратегом. Клятва, данная Гитлеру, по его мнению, накладывала на него единственную обязанность – обеспечить победу в войне. Гитлера Йодль устраивал еще потому, что его никогда не волновали политические проблемы и вообще никакие вопросы вне его компетенции. В их отношениях не все было безоблачно, нередко генерал конфликтовал с шефом, пытаясь навязать ему свою точку зрения, что удавалось довольно редко. Сотрудники Йодля считали, что Гитлер своей гипнотической мощью постепенно подавил решимость генерала, который вынужден был смириться со своим положением.
Кейтель отмечал присущее Йодлю «глубокое проникновение в суть дела, его стремление докопаться до самых истоков любого явления и вникнуть в мельчайшие детали той или иной операции, его точность и основательность». Кессельринг также положительно отзывался о начальнике штаба оперативного руководства: «Хитроумный, обладающий большими способностями стратег и тактик, он как нельзя лучше подходил к своей должности, благодаря, прежде всего, своему спокойствию, уравновешенности и неутомимой работоспособности».
Сфера деятельности Йодля была весьма обширной. Он осуществлял фактическое руководство крупными операциями, обобщал разведывательную информацию, взаимодействовал с инстанциями, не входившими в состав ОКВ. Йодль докладывал фюреру о ходе операций и готовил различные данные для принятия решений, разрабатывал директивы по ведению войны и др. Кроме того, Йодль вырабатывал единые руководящие принципы в области организации и вооружения Вермахта, в вопросах управления в тылу действующей армии и в оккупированных областях. Он также руководил такими важными вещами, как связь и пропаганда в частях. Йодлю даже разрешалось «принимать самостоятельные решения непринципиального характера в пределах полномочий своего штаба по всем вопросам ведения войны».
