первоначально прошла рецензирование до того, как COVID-19 стал пандемией. Последние раунды редактирования происходили во время самоизоляции (с малышом), когда вирус вызывал безудержные страдания в мире за пределами наших стен. Мои родители были больны, и, хотя подтверждающие анализы были недоступны, было много тревожных дней, когда я беспокоился за их здоровье, но, к счастью, они выздоровели. Им повезло. Каждый день я читал некрологи тех, кому повезло меньше. Многие дни я чуть не плакал, переживая за судьбу нашего мира.
Пока еще слишком рано говорить о том, какое влияние окажет этот мягкий апокалипсис на все наше будущее. Существует тенденция ставить точку в истории, рассматривать эту пандемию как переломный момент. Мир заканчивается, или, возможно, уже давно заканчивается. Но конец - это еще и возможность для нового начала. Я надеюсь, что теория метамодерна, выдвинутая в этом проекте, поможет открыть двери в светлое будущее: будущее теории после постмодернизма.
Я хотел бы поблагодарить ряд людей со всего мира, чьи беседы принесли мне огромную пользу за последние десять лет. В первую очередь я благодарю своих родителей и брата - Джона, Сьюзен и Сета Джозефсонов, которые сами по себе являются учеными; моего близкого друга, математика Джереми Беллея; и трех главных друзей в колледже Уил-лиамс: Дениз Бьюэлл, Джеффри Израэлю и Кристиану Торну. Во многом семена этого творческого проекта появились благодаря моим плодотворным беседам с этими людьми.
Я также хочу упомянуть места, где я обсуждал некоторые аспекты этой работы и получил ценные отзывы, включая конференцию Американской академии религии, Университет Дьюка, Гарвардский университет, Университет Кёто, Северо-Западный университет, Университет Огайо, Принстонский университет, Сиракузский университет, Университет Тойо, Гейдельбергский университет, Женевский университет, Лозаннский университет, Университет Антверпена, Университет Калифорнии-Беркли, Университет Северной Каролины-Чапел-Хилл, и Университета Вандербильта. Но особую благодарность я должен выразить трем учреждениям, которые были моими основными хозяевами в процессе написания книги, - Лейпцигскому университету, Рурскому университету и Уильямс-колледжу.
В ходе работы над проектом были проведены обсуждения с Ричардом Бойдом, Балакриш-наном Чандрасекараном, Райаном Койном, Ритой Фельски, Сарой Хаммершлаг, Андреасом Хёльке, Теренсом Килем, Фолькхардом Кречем, Кэтрин Лофтон, Роном Мэллоном, Бояна Младенович, Джон Модерн, Мэтью О'Коннелл (который предложил мне термин "метамодернизм"), Таня Рамальо, Берни Ри, Крейг Робертс, Марк Шманко, Мирна Перес Шелдон, Суман Сет, Кнут Штюнкель, Марк С. Тейлор (чьи большие ботинки я пытаюсь заполнить здесь, в Уильямсе), Мануэль Васкес и Тиса Венгер. Спасибо всем вам за понимание, которое вы привнесли в этот материал. Я также многому научился у студентов на занятиях по Ницше, социальному конструированию, вирусу слова, теории после постмодернизма и нескольких итерациях старшего семинара кафедры религии. За утомительную работу по написанию отзывов на черновики различных глав спасибо также Заиду Адхами, Линде Чериелло, Сейнабу Диопу, Джованни ДиРуссо, Жоржу Дрейфусу, Эндрю Дурдину, Эзре Фельдману, К. Хилану Гастону, Уоррену Голдштейну, Элеоноре Гудман, Рут Грофф, М. Гейл Хамнер, Адриан Герман, Жаклин Идальго, Андре Хуи, Эндрю Джуэтт, Сид Джонс, Сюзанна Рюин Керекес, Лукас Кляйн, Кристоф Кляйне, Ханс Мартин Крамер, Джеймс Маниго-Брайант, Кит Макпартланд, Собан Мехмуд, Эвери Морроу, Эли Нельсон, Ахмед Рагаб, Джош Рейнольдс, Хьюберт Зайверт, Ольга Шевченко, Кристина Симко, Клер Суфрин, Майкл Тате, Филлип Вебстер и Саадия Якоб. Я всегда буду у вас в долгу.
Я также хочу поблагодарить Кайла Вагнера, Алана Томаса и редакционную коллегию издательства Чикагского университета за веру в этот проект и помощь в его доведении до конца. Я также хочу поблагодарить Эвана Янга и Мэри Кор-радо за копирайтинг, а Эмили Хан - за индексирование.
Эта книга частично является результатом исследований, проведенных в рамках Коллег-форшунгсгруппы "Множественные светскости - за пределами Запада, за пределами современности" при Лейпцигском университете. Группа Kolleg-Forschungsgruppe финансируется Немецким исследовательским фондом. Исследования в Европе стали возможны благодаря стипендии World Travel Fellowship, Käte Hamburger Kolleg, Dyna- miken der Religionsgeschichte и щедрой поддержке Уильямс-колледжа.
Эта книга посвящена двум моим сердцам - моей жене Далене и нашей замечательной дочери Афине. Оба они - постоянный источник вдохновения и надежды.
Джейсон Ānanda Джозефсон Шторм
Уильямстаун, Массачусетс, 2020 год
Примечание к текстам и цитатам
Основной текст этой книги - лишь верхушка айсберга; в концевые сноски вплетена разнообразная вторичная литература по различным философским традициям и академическим дисциплинам на разных языках. Первоначально написанный манускрипт был слишком длинным для обычных издательских стандартов, поэтому в процессе его подготовки к публикации появился ряд бесхозных глав, посвященных таким темам, как власть, причинность, Адорно, Деррида, Фуко, Гегель, Куайн и история постмодернизма. Некоторые из них я, вероятно, опубликую отдельно. Дальнейшее содержание, связанное с книгой, и ссылки на эти беглые части по мере их появления будут доступны на специальной странице на моем профессиональном сайте: https://absolute-disruption.com.
Открытие
Метамодерн - это продолжение и вызов модернизму и постмодернизму.
Раньше гуманитарные науки предполагали возможность интеллектуального прогресса, но вот уже несколько десятилетий множество ученых ставят под сомнение универсальность дисциплинарных объектов и их полезность в качестве аналитических категорий. Концептуальный анализ - некогда основа философской деятельности - потерпел крах. Во многих академических кругах теперь кажется наивным предполагать согласованность таких категорий, как "искусство", "литература" или "религия", не говоря уже о возможности прогресса или знания. Венцом многих дисциплин в гуманитарных науках - часто предназначенных для студентов старших курсов и аспирантов - является то, что их основные концептуальные категории скомпрометированы с интеллектуальной или этической точки зрения. В большинстве колледжей и университетов студенты неосознанно переходят с кафедры нерелигии на кафедру нелитературы, а затем на кафедру антропологии (на которой им лучше не пытаться оценивать культуру).
На какое-то время возбуждение этих негативных позиций и, соответственно, тревоги по их поводу были облечены в термин "постмодернизм". В нем они столкнулись с другими формами скептицизма: эписте- мологическим, лингвистическим и этическим. Даже те дисциплины, которые избежали критики категорий, часто оказывались втянутыми в так называемую постмодернистскую проблематику. Распространились всевозможные скептические догмы. Сомнение превозносилось над пониманием. Истина, как утверждалось, была фикцией. Знание было не более чем властью. Философские проблемы были переосмыслены как проблемы языка, но затем сам язык стал проблемой. Общение стало подозрительным. Перевод считался невозможным. Схоласты стали скептически относиться к способности слова отражать мир.
В то время как в науках утверждалось, что этика несовместима с объективным научным исследованием или моральным релятивизмом. Но этический негативизм процветал и в ака-демическом морализаторстве, если теперь он выражался в основном в терминах пренебрежения и осуждения. На какое-то время многие ученые вообразили себя мастерами подозрительности. И сегодня все кажется проблематичным, а почти каждый мыслитель - морально сомнительным. Такой цинизм может быть парализующим.
Это
