— Надеюсь, первого правнука долго ждать не придется, — продолжала герцогиня. Валериан громко расхохотался.
— Постараюсь изо всех сил, — пообещал он, — если конечно, она окажется хорошенькой.
— Ночью все кошки серы, особенно если их погладишь как следует, — коварно усмехнулась герцогиня и, увидев изумленное лицо внука, не удержалась от смеха.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Плантация на острове Святого Тимофея, 1760 год
Глава 1
— Я только сейчас узнал о кончине вашего мужа, мистрисс Кимберли. Позвольте выразить свои соболезнования вам и вашей семье.
— Благодарю вас, капитан Янг, — тихо ответила Оралия Кимберли. — Скажите, что привело вас на остров? Я не видела вас с тех пор, как мы с Робертом, в последний раз ездили на Ямайку. Кажется, прошло уже два года?
— Три, — поправил капитан и, вспомнив о цели своего визита, вручил вдове письмо:
— Мне передали его в Плимуте. Для вашего покойного мужа, мистрисс Кимберли. До чего же затейливый герб! Сколько финтифлюшек!
— Не говорите, капитан Янг, — согласилась Оралия Кимберли, стараясь скрыть невольную улыбку. Барнабас Янг слыл самым заядлым и неисправимым сплетником во всех колониях, но, С другой стороны, если бы не он и ему подобные, каким образом удавалось бы колонистам узнавать последние новости — Почерк мне незнаком, — заметила Оралия. — Думаю, лучше Авроре вскрыть конверт: в конце концов она наследница отца.
— Надеюсь, он оставил кое-что мисс Каландре и мастеру Джорджу, — не слишком деликатно поинтересовался капитан, забыв на миг о приличиях.
— О да, конечно. Роберт был щедр к моим детям и всегда относился к ним, как к собственным Каландра получит пять сотен в год, не говоря о еще тысяче фунтов, которая должна быть выдана незамедлительно по первому требованию. А Джордж, как единственный мужчина в семье, получит еще больше.
Ну вот! Отныне этому назойливому старому морскому волку — янки будет о чем поболтать! Зато у ее детей появятся шансы на выгодный брак! Они с Робертом были так счастливы друг с другом, что совершенно не думали о будущем. Сейчас дети остались без отцовской защиты, а самой Оралии приходится заботиться о двух дочерях и сыне. Безусловно, Аврора — не ее дитя, но Оралия растила малышку с трех лет, и другой матери девочка не знала.
— Вы останетесь поужинать и заночуете? — вежливо спросила женщина.
— Благодарствую, мистрисс Кимберли, — ответил капитан, — но сегодня мне придется сделать несколько остановок, перед тем как доставить груз на Ямайку, а оттуда отправиться в Англию. Хочется успеть как можно больше, прежде чем начнется сезон бурь. Я доставил вам письмо, а теперь пора в дорогу. — Сняв шляпу, Янг поклонился:
— Доброго вам здоровья, мистрисс Кимберли.
— До встречи, капитан, и благодарю вас, — отозвалась вдова и долго глядела вслед моряку, спускавшемуся с холма по крутой дорожке, ведущей в гавань, где стоял у пристани его трехмачтовый корабль Наконец Оралия вспомнила о письме. Действительно, Янг прав — весьма необычный герб. Такой же красуется и на восковой печати! Она специально отговорилась отсутствием Авроры, чтобы не вскрывать конверт на глазах у капитана — тот не упустил бы случая выведать, о чем идет речь.
Оралия озабоченно пробежала глазами первую страницу и охнула от неожиданности:
— Господи милостивый!
Почти рухнув на стул, она принялась рассеянно обмахиваться листком дорогой бумаги.
— О Роберт, ну почему ты ничего не сказал мне об этом! — громко пожаловалась она, взывая к своему дорогому усопшему мужу.
— Что я слышу, мама?! Опять ты журишь отца? Боюсь, он вряд ли тебе ответит, — грустно пошутил ее сын Джордж, переступив порог просторной утренней гостиной и сняв широкополую шляпу. Он с утра объезжал поля, а солнце уже немилосердно палило.
Оралия Кимберли молча протянула Джорджу письмо.
— Дьявол, — обронил тот, дочитав до конца. — Аврора знает об этом, мама? Оралия покачала головой:
— Помню, отец что-то такое говорил несколько лет назад. Вроде бы он и впрямь нашел для девочки хорошего жениха. Но в подробности Роберт не вдавался, а я не спрашивала. Откровенно говоря, не придала этому большого значения. Ох-х-х, Джордж! Подумать только! Аврора будет герцогиней!
Сын разразился громким хохотом.
— Джордж! — воскликнула Оралия, укоризненно глядя на молодого человека. Тот едва выговорил сквозь смех:
— Мама, но ты должна признать, что все это ужасно забавно. Обязательно позови меня, когда объявишь Авроре, что ее нареченный сейчас плывет к невесте, исполненный твердых намерений завоевать ее нежное девичье сердце.
И Джордж снова предался неуместному веселью, явно не в силах настроиться на серьезный лад.
— Джордж, — строго заметила мать, — ты просто невозможен! Неужели не представляешь всей важности происходящего? Аврора станет герцогиней Фарминстер! Этот остров — ее приданое. Что будет с нами, особенно с тобой?
Джордж Спенсер-Кимберли пожал плечами;
— Сомневаюсь, что герцог захочет избавиться от нас только потому, что завладеет островом, мама. Уверен, он оставит меня управляющим плантацией; кроме того, благодаря отцу у меня совсем неплохое состояние, не говоря уже о годовом доходе. И ты, конечно, останешься. Нашему будущему родственнику не может не понравиться такая милая теща.
— Ты прав, — кивнула Оралия и тут же просияла:
— А Каландра может отправиться в Англию с Авророй! Та, безусловно, не откажется вывезти ее в свет! Разумеется, Каландра не имеет права метить так высоко, как ее сестра, зато всегда сумеет найти какого-нибудь обедневшего графа, который будет рад заполучить богатую невесту. Я ужасно зла на Роберта, да упокоит Господь его душу за то, что не сказал об этом браке, но для нашей семьи это большая удача, верно, Джордж?
— Только если Аврора согласится, — ответил сын.
— А почему бы ей не согласиться? Какая девушка в здравом уме отвергнет герцога?!
— Аврора. И даже не задумается, — произнес молодой человек, садясь рядом с матерью. — Вы с папой донельзя разбаловали девочек, мама. Калли очаровательна, но тщеславна, жадна и завистлива. Что же касается Авроры, создания упрямее на свет не рождалось. Если ей что-то не понравится, пиши пропало. Боже, помоги мужчине, который поведет ее к алтарю! И подозреваю, что она выйдет замуж исключительно по своему выбору. Аврора не из тех, кто станет сидеть и покорно ждать женихов или бросаться очертя голову на шею первому, кто сделает ей предложение.
— О Джордж, что же нам делать? — пробормотала мать, и на глаза у нее навернулись слезы. — Не успеем оглянуться, как герцог появится здесь. В таких обстоятельствах отказать ему немыслимо. Представь себе, какой скандал вспыхнет, особенно если станет известно, что сам Роберт хотел этого брака!
