я исправляю орфографические ошибки в новом сопроводительном письме Стива. Кайли возвращается в гостиную, однако не предпринимает попыток забрать у меня младенца… а я понимаю, что вовсе не против лежащего у меня на коленях ребенка. Наоборот, как ни странно, это даже успокаивает, заземляет.
– Спасибо за помощь, Эми, – благодарит Стив, когда полчаса спустя я собираюсь уходить, – теперь наверняка все получится.
– Не переживай, – отвечаю я, – мы тебе что-нибудь найдем.
До сих пор мне всегда удавалось пристраивать своих подопечных. Попрощавшись, выхожу на лестничную клетку. Но когда я уже хотела уйти, Кайли с Мило на руках оттеснила Стива от двери.
– Эми! – смущенно зовет она. И при виде ее миниатюрной фигурки и гладкой кожи, я вспоминаю, насколько она молода: ей всего восемнадцать.
– Да?
– У меня еще один вопрос.
– Выкладывай, – подбадриваю ее я. Пусть я социальный работник Стива, не может быть и речи о том, чтобы не помочь и ей тоже, о чем бы ни шла речь.
– Эм, ну ты же знаешь, что Мило родился чуть раньше срока.
С помощью тюремного психолога я добилась того, что Стива отпустили домой за пару дней до официального окончания его заключения. Пришлось потратить кучу нервных клеток, но это того стоило.
– Я не успела сдать экзамены вместе со всеми. – Она опять раскачивается с одной ноги на другую. Трудно сказать, для чего она это делает: чтобы убаюкать Мило или потому, что нервничает. – Как думаешь, я смогу получить школьный аттестат в следующем году? Может, в вечерней школе?
– Кайли, дорогая, – откликаюсь я, – это прекрасная идея. – По-моему, здорово, что она думает о своем будущем. Многие просто смиряются с судьбой. А мне слишком хорошо известно, как будут развиваться события, если что-то пойдет не так. – Я достану информационные материалы и в следующий раз принесу.
– Спасибо, – говорит она и улыбается сначала мне, потом крошке Мило. И при мысли о тепле малыша и неповторимом детском запахе я тоже не могу сдержать улыбку.
Глава 2
Сэм
– Ты Сэм? – спрашивает симпатичная, но чересчур ярко накрашенная брюнетка, которая только что встала из-за стола.
Меня охватывает волнующее ощущение перед свиданием вслепую.
– Это я, – говорю я и нарочито небрежно провожу рукой по волосам. Потом одариваю ее игривой улыбкой одним уголком рта, которая еще никогда меня не подводила.
И действительно, Сара тоже попадает под мое обаяние, о чем сообщает улыбка, которая расцветает у нее на губах. Она тоже запускает руку в волосы и накручивает прядь на указательный палец.
Я сажусь напротив нее за столик из темного дерева.
– Что пьешь? – интересуюсь я, гладя на прозрачный напиток, в котором плавает долька лимона.
– Джин-тоник, – отвечает она. – Хочешь глоточек?
Девушка протягивает мне бокал. Мне нравится ее прямолинейность. Именно такое впечатление у меня сложилось от ее профиля в приложении для знакомств.
Но поскольку в этот момент к нашему столу подходит официант, лучше закажу себе собственный напиток.
– Значит, вот как классно выглядят люди, которые пишут диссертацию, – хлопает ресницами Сара. – А чем конкретно ты занимаешься?
Я понимаю, что это всего лишь непринужденная беседа. За последние несколько месяцев у меня было много подобных свиданий. Чаще всего в «Вертиго», моем любимом баре в ярком центре ночной жизни Перли. Они проходят почти одинаково: разговариваем, флиртуем, идем к ней или ко мне или договариваемся встретиться еще раз, чтобы затем отправиться к ней или ко мне.
– Литературоведением, – коротко отвечаю я. Углубляться обычно нет смысла.
– Чтобы потом стать таксистом? – спрашивает она и, смеясь, запрокидывает голову.
К таким комментариям я привык и не обращаю на них внимания. То же самое и с Сарой. Мне все равно, оценят ли новые знакомые мое призвание, пока люди, которые по-настоящему важны в моей жизни, воспринимают меня всерьез.
– А что насчет тебя? – не отвечая, задаю вопрос я.
– Да то одно, то другое. В данный момент подрабатываю в разных местах. На самом деле я хочу стать музыкантом.
– Играешь в группе? – любопытствую я. – Клево! На каком инструменте?
Она опять смеется:
– Пока еще ни на чем не играю. Но думаю, мне подойдет быть актрисой или моделью.
Я пропускаю это мимо ушей: в конце концов, я здесь не для того, чтобы найти свою вторую половинку, так что пробую еще раз.
– Значит, ты фанатка кино?
За это можно зацепиться. Официант приносит мой напиток, и мы чокаемся.
– Что? Нет. – Сара опять запрокидывает голову и хохочет. – Просто люблю быть в центре внимания.
– Охотно верю.
– Кроме того, кому не хочется увидеть это! – Девушка проводит руками по своему телу. – На афишах, плакатах и тому подобном?
Я сглатываю. Легко могу вообразить ее на плакате. Снова провожу рукой по волосам, потом откидываюсь на спинку стула и пристально смотрю на Сару. Не слишком многозначительно, но достаточно, чтобы она правильно поняла мои намерения.
– Тебе тоже стоит стать моделью, – замечает Сара. – Уверена, на этом можно заработать больше денег, чем на книгах и прочей ерунде.
Чем меньше у нас общего, тем мне проще. Я смеюсь сексуальным смехом: не слишком громко, не слишком натянуто, а низко и хрипло, после чего бросаю на нее напряженный взгляд в стиле Джеймса Дина[1] – голова немного наклонена и слегка опущена. Такие мелочи стали моей второй натурой. Крутая походка, небрежный наклон, движения руками по волосам, взгляды – игра, танец, и каждому известно, куда они ведут.
– И? Ты когда-нибудь работала моделью? – с надеждой спрашиваю я, чтобы разговор, каким бы банальным он ни был, не сошел на нет. Это убьет настроение, даже если ни одного из нас не волнует обмен любезностями, и мы вряд ли могли быть еще менее заинтересованы в содержательной беседе друг с другом.
– Нет, пока нет. Сначала ведь меня должны заметить, – заявляет Сара и опять накручивает прядь волос на палец.
От удивления я на мгновение теряюсь и не знаю, что сказать.
– И как же тебя заметят? – спрашиваю я затем, очень стараясь скрыть скептицизм в голосе.
– На улице, в интернете… – Девушка пожимает плечами. – У меня уже десять тысяч подписчиков в Instagram. Хочешь взглянуть?
Не дожидаясь ответа, она подвигает ко мне свой мобильный.
– Смотри, вот я с новой помадой, – говорит она и нажимает на снимок, на котором ее сложенные уточкой губы. «С новой помадой» – написано под ним. – А это я со своей собакой Стеллой. – Сара увеличивает фото, на котором она с губами уточкой и мопсом. «С моей малышкой Стеллой» – значится внизу. – А здесь я в новом бикини. – Я вижу
