Когда Дженнифер быстро вошла в кабинет, рассыпавшись в извинениях, Ди Сильва как раз обращался к присутствующим с речью. Он остановился, перенеся свое внимание на Дженнифер, и сказал:
– Черт возьми, вы что, собрались на чаепитие?
– Я прошу извинения...
– Мне наплевать на ваши извинения. Чтобы это больше не повторялось!
Все посмотрели на Дженнифер, тщательно стараясь скрыть свое сочувствие.
Повернувшись к группе, Ди Сильва продолжал:
– Я знаю, почему вы тут собрались. Вы будете крутиться возле меня, набираясь опыта и перенимая мои хитрости, а когда почувствуете, что достаточно поднаторели, смотаетесь, дабы стать известными адвокатами по уголовным делам. Но всего лишь один из вас, возможно, будет достоин когда-нибудь занять мое место. – Ди Сильва кивнул помощнику: – Приведите их к присяге.
Покорно они произнесли слова присяги.
Когда с этим было покончено, Ди Сильва сказал:
– Вы теперь представители судебной власти, принявшие присягу, да поможет вам Господь. Здесь вам предстоит работать, но не слишком раскатывайте губы. Вам придется зарыться в различные правовые документы по самую макушку, готовить проекты всевозможных бумаг – повесток, ордеров, делать все то, чему вас учили в университете. Пройдет пара лет, прежде чем я вас подпущу к ведению судебного процесса.
Ди Сильва замолчал, раскуривая короткую сигару.
– Я сейчас представляю обвинение на одном процессе. Возможно, вы об этом читали. – В его голосе сквозил сарказм. – Так что я, наверное, выберу из вас человек шесть – выполнять мелкие поручения.
Дженнифер первой подняла руку. Поколебавшись, Ди Сильва выбрал ее и еще пять человек.
– Идите в зал номер шестнадцать.
Позже им выдали карточки, удостоверяющие личность. Дженнифер не огорчило отношение окружного прокурора. «Ему надо быть жестким, – думала она. – Ведь у него такая нелегкая работа». И теперь она работала на него. Она была в штате окружного прокурора округа Нью-Йорк! Тяжелые годы учебы остались позади. И, хотя в устах преподавателей закон был чем-то абстрактным и древним, Дженнифер понимала – настоящий закон неразрывно связан с живыми людьми и их поступками. Она была второй по успеваемости в группе. Экзамен на звание юриста ей удалось сдать с первого раза, хотя около половины тех, кто сдавал его вместе с ней, провалились. Она чувствовала, что понимает Роберта Ди Сильву, и была уверена, что справится с любым его поручением.
Дженнифер хорошо подготовилась к работе. Она знала, что окружному прокурору подчиняются четыре отдела – судопроизводства, апелляций, по расследованию вымогательств и мошенничества. Дженнифер не знала, в каком отделе предстоит работать ей. В Нью-Йорке было пять окружных прокуроров – по числу районов – и более двухсот помощников прокуроров. Самым ответственным районом, несомненно, был Манхэттен – вотчина Ди Сильвы.
Теперь Дженнифер сидела за столом обвинителя, наблюдая Роберта Ди Сильву за работой – могущественного, безжалостного инквизитора.
Дженнифер бросила взгляд на подсудимого Майкла Моретти. И, хотя она столько всего читала о нем, все же не могла поверить, что он убийца. «Он больше походит на популярного актера, снимающегося в сцене суда», – подумала Дженнифер. Он сидел неподвижно, лишь его темные глаза выдавали внутреннее напряжение. Глаза постоянно находились в движении, рассматривая каждый уголок зала заседаний, будто ища путь к спасению. Но путей к спасению у него не было. Ди Сильва позаботился об этом.
На свидетельском месте стоял Камилло Стела. Он здорово напоминал хорька своим длинным, вытянутым лицом с тонкими губами и желтыми зубами. Маленькие глазки так и бегали. Еще не раскрыв рта, он вызвал недоверие публики. Роберт Ди Сильва знал о недостатках свидетеля, но это не волновало его. Самое главное заключалось в показаниях Камилло. Он должен рассказать леденящую кровь историю, которую до этого момента не рассказывал никому. В ней-то и была сокрыта правда.
Окружной прокурор подошел к свидетельскому месту, после того как Стела поклялся на Библии.
– Мистер Стела, я хочу, чтобы присяжные знали, что вы согласились давать свидетельские показания лишь после того, как вам пообещали заменить статью «убийство» на более мягкую – непреднамеренное убийство. Это так?
– Да, сэр. – Его правая рука дрожала.
– Мистер Стела, вы знакомы с обвиняемым Майклом Моретти?
– Да, сэр. – Он старался не смотреть на стол защиты, где сидел Майкл Моретти.
– Какого характера было ваше знакомство?
– Я работал на Майка.
– Как долго вы знаете Майкла Моретти?
– Почти десять лет. – Его голос был едва слышен.
– Не могли бы вы говорить погромче?
– Почти десять лет. – Шея свидетеля задергалась.
– Не могли бы вы сказать, насколько близки вы были с обвиняемым?
– Протестую! – Томас Кол факс вскочил на ноги. Адвокат Майкла Моретти был седовласым мужчиной лет пятидесяти. Занимая ранг consigliere[3] в мафиозном синдикате, он считался одним из самых ловких адвокатов в стране. – Окружной прокурор пытается задавать наводящие вопросы.
– Протест принимается, – сказал судья Лоренс Уолдман.
– Я перефразирую вопрос. В качестве кого вы работали на мистера Моретти?
– В качестве человека, улаживающего щекотливые дела.
– Не могли бы вы развить свою мысль?
– Ага. Ну, если возникла проблема, скажем, кто-то позволял себе лишнее, Майк вызывал меня, чтобы я вправил тому мозги.
– И как вы это делали?
– Известно как – кулаками.
– Не могли бы вы привести какой-нибудь пример для присяжных?
Томас Колфакс снова встал:
– Протестую, ваша честь. Этот вопрос не имеет никакого отношения к делу.
– Протест не принимается. Свидетель может отвечать на вопрос.
– Ну, Майк занимается «акульим промыслом»[4], так? Значит, пару лет назад Джимми Серрано вовремя не выплатил должок, ну, Майк и послал меня проучить его как следует.
– В чем это заключалось?
– Я переломал ему ноги. Видите ли, – охотно принялся объяснять Стела, – дай только кому-нибудь послабление, и все перестанут платить в срок.
Краем глаза Роберт Ди Сильва видел выражение ужаса, застывшее на лицах присяжных.
– Чем еще, кроме «акульего промысла», занимается Майкл Моретти?
– Чем только не занимается. Вы и сами знаете.
– Я хочу, чтобы об этом сказали вы, мистер Стела.
– Ага. Ну, значит, Майк держал в кулаке профсоюз докеров. Еще он контролировал изготовление одежды, игорный бизнес, игральные автоматы, сбор мусора, прачечные. Ну и тому подобное.
– Мистер Стела, Майкл Моретти обвиняется в убийстве Эдди и Альберта Рамосов. Вы их знали?
– Еще бы!
– Вы присутствовали при их убийстве?
– Ну. – Свидетель дрожал всем телом.
– И кто же их убил?
– Майк. – На секунду он встретился глазами с Майклом Моретти и быстро отвел взгляд.
– Майкл Моретти?
– Правильно.
– А чем мотивировал обвиняемый необходимость убийства братьев Рамосов?
– Ну, Эдди и Ал занимались ставками...
– Они были букмекерами? Нелегальный тотализатор?
– Ага. Майк узнал, что они жульничали. Ему надо было проучить их, ведь они работали на него, так ведь? Вот он и подумал...
– Протест.
– Протест принимается. Свидетель должен придерживаться фактов.
– Факты заключаются в том, что Майк велел мне пригласить ребят...
– Эдди и Альберта Рамосов?
– Ну. На маленькую вечеринку в «Пеликан». Это частный клуб на побережье. – Рука его снова задрожала. Заметив это, Стела прижал ее другой ладонью.
Дженнифер Паркер посмотрела на Майкла Моретти. Он сидел неподвижно. Его лицо было бесстрастным.
– И что же с ними произошло, мистер Стела?
– Я забрал Эдди и Ала и привез их на автомобильную стоянку. Там их уже ждал Майк. Когда ребята вылезли из машины, я отошел в сторону, и Майк стал стрелять.
