была слишком подавлена. Я разобрала звуки отдаленного разговора. Мы были здесь не одни.
— Что происходит? Скажи мне. — призвала я и взяла ее за руку. Ее кожа была холодной.
— Мигель. Ты ведь знаешь Мигеля, да? — нервно начала она.
Она знала, что я не одобряю ее нового парня. На нем было написано «проблемы». Я надеялась, что это всего лишь мимолетное увлечение, и интрига знакомства с кем-то таким изменчивым и опасным исчезнет. Похоже, этого еще не произошло.
Я кивнула.
— Я знаю его.
— Ну, у него возникла идея, что мы могли бы подзаработать немного денег на стороне, ну, знаешь, выполняя случайную работу и все такое.
— И случайная работа привела тебя сюда? Это не похоже на то место, куда люди заказывают еду на вынос.
Люси отвела взгляд от меня. Она лгала. Я всегда могла это определить. Но сейчас было не время выпытывать у неё правду.
— Нам просто нужно было прийти сюда и взять что-то, что он мог бы показать своему новому боссу, и тогда мы получили бы полноценную работу.
— Я не улавливаю, — призналась я. Было слишком много того, что она пыталась скрыть, и ее история быстро разваливалась на части. — Для начала, «сюда» это куда?
Мы шептались так тихо, что было можно было разобрать бормотание мужчин, разговаривавших в другой части комнаты. Я прислушивалась к этому шуму, чтобы быть уверенной, что нас не обнаружили.
Люси сглотнула, ее лицо побледнело.
— Точка выгрузки Де Санктис.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы обработать эту информацию.
— Де Санктис. Как преступная организация, итальянские короли Атлантик-Сити…эти Де Санктис? — я выдержала спокойный тон, хотя меня прошибло холодным потом.
Люси кивнула.
— И под точкой выгрузки ты подразумеваешь…
Я замолчала, не желая заканчивать очевидное предложение. Это сделало бы все слишком реальным.
— Это одно из мест, где они сбрасывают свою продукцию, а дилеры забирают ее для распространения.
Что ж, по крайней мере, она точно знала, во что ввязывается. В том, что ее не ввели в заблуждение, было слабое утешение.
— Продукция, дилеры, Де Санктис. — пробормотала я, потрясенная. Может, это делало меня наивной, но я явно недооценила уровень преступной деятельности, с которым столкнулась моя сестра. — Кто ты теперь? — сердито проворчала я.
Я злилась на нее за то, что она каждый день опускала свою жизнь все ниже и ниже.
Я злилась на себя за то, что недостаточно внимательно наблюдала за ней и позволила ей упасть.
Я злилась на отца за то, что он ушел и бросил нас, когда мы так нуждались в нем.
Я даже злилась на социального работника Сью и ее хрупкий позитив. Да, Сью, нам действительно повезло. Нас совершенно не затронуло наше ужасное детство.
Мне не нужно было объяснять, в какой опасности мы находились. Люси знала: ее заплаканные щеки выдавали это. Она была по уши в дерьме, и только я могла вытащить ее из этой передряги.
Люси сыграла по-крупному, когда проникла на этот склад и попыталась обокрасть злобный мафиозный синдикат. Она перепрыгнула через банды и мелкие картели, которые часто появлялись и исчезали. Она полезла прямо на вершину пищевой цепочки. К главному хищнику штата.
Нью-Джерси был пронизан преступностью. Во время моей клинической практики в крупных больницах Атлантик-Сити я воочию убедилась в ущербе, который наносили преступные синдикаты, вонзая свои когти в город. Если это были не огнестрельные ранения, полученные в результате борьбы враждующих семей за территорию, то передозировки, вызванные их продукцией. Не имело значения, какая это была семья — ирландская, итальянская, русская, — последствия были кровавыми и смертоносными.
Нью-Джерси и мафия переплелись так же тесно, как Четвертое июля и яблочный пирог. И Люси сразу же вышла на семью Де Санктис. Это не была банда-однодневка. Семья Де Санктис руководила серьезными операциями. Капо семьи называли Королем AC, потому что он правил казино железным кулаком и с легкостью подавлял оппозицию. Ренато Де Санктис пользовался дурной славой, и никто в здравом уме не стал бы ему перечить.
Я уставилась на свою сестру, на мгновение увидев ее в другом свете, прежде чем шум приближающихся голосов вырвал меня из моих мыслей.
Мы больше не были одни.
Резкие крики и протесты отскакивали от стен склада. Люси попыталась встать рядом со мной, но я быстро потянула ее вниз, страх сковал мой рот. На вкус он был как металл. Я нащупала свой кулон. Маленькая, простая золотая подвеска, которую подарил мне отец. На нем был изображен святой Антоний, покровитель потерянных вещей и людей. Я всегда была потерянным человеком, даже папа видел это.
— Я проверю, — сказала ей почти неслышным шепотом.
Я поднялась на колени, холодный цементный пол отпечатался на моих дешевых брюках из полиэстера. Из боковой двери в комнату вошли двое мужчин. Один из них, похоже, тащил за волосы мужчину поменьше. Я крепко сжала руку Люси, не давая ей встать на колени и посмотреть. Я бы заткнула ей рот кляпом, если бы пришлось.
Звук жестокого веселого смеха эхом разнесся по всему помещению.
— Ты думал, что сможешь пробраться сюда, как змея, и заработать очки для Кастильо? Смело, но глупо, и теперь это последнее, что ты когда-либо сделаешь. — прорычал один из мужчин, швыряя темную фигуру, которую он тащил, на бетонный пол.
Он приземлился с резким шлепком, двое мужчин зловеще возвышались над ним. Я сразу поняла, что он меньше их. Моложе.
Мигель, дерьмовый парень Люси.
Один из нападавших трижды сильно пнул Мигеля ногой в бок. Мои инстинкты медсестры включились, и я мысленно оценила ущерб, который мог быть только что нанесен, и способы его лечения. Я продолжала удерживать Люси мертвой хваткой. Я не могла позволить ей видеть, как избивают ее парня. Что касается попытки помочь ему, я даже не рассматривала это. Именно из-за него мы оказались здесь, а Люси была моим приоритетом. У меня не было иллюзий относительно того, как наши объединенные силы выстоят против этих мафиози.
— Это Кастильо тебя подговорили? Они сказали, что примут тебя в картель, если ты украдешь у нас? Ты глупый мальчишка. Эти ублюдки не пускают к себе никого, кроме кровных родственников. У тебя было больше шансов с нами… Вместо этого ты проявил неуважение к имени Де Санктис, и я должен сделать из тебя пример. Ничего личного. Все дело в имидже, парень. Судя по твоему виду, это не такая уж большая потеря для общества.
Мужчины бессердечно рассмеялись между собой.
Дурное предчувствие закралось в моё нутро. Это было не просто избиение. Они собирались убить
