усмешка.
— Входите, Триг, — пригласил отец, а я вся подобралась, ожидая увидеть самого влиятельного и самого страшного, во всех смыслах, человека нашего королевства.
В комнату шагнул высокий подтянутый молодой человек. На вид ему было не больше тридцати пяти. Широкие плечи закрывали собой добрую часть дверного проема. Я же была едва выше его плеча. И это на каблуках!
Волевой подбородок с кокетливой ямочкой – никак не вязался у меня с грозой всех дипломатических миссий. Растянутые в улыбке пухлые губы придавали ему мягкое очарование.
Я подняла взгляд чуть выше и замерла. Густо-синие, цвета штормового моря, глаза за тонкой оправой очков смотрели прямо на меня.
Если честно, я была поражена. У меня никак не вязались страшные слухи с внешностью красавца героя-любовника. Может, это неудачная шутка папы?
Непослушные кудряшки, выбившиеся из низкого хвоста, придавали его виду легкую игривость. И никак не вязались с прозвищем «кукловод».
— Закройте рот, принцесса. Влетит муха – случится конфуз, — ядовито заметил учитель, и очарование тут же пропало. Еще немного, и я буду солидарна с мнением дворца!
— Моя девочка очень способная, — гордо произнес отец, расписывая Тригу мои достоинства. — Она прекрасно рисует этюды и вышивает!
— Когда ей объявят войну – она нарисует вестнику этюд, — угрюмо заметил Триг, брезгливо осматривая розово-бежевое убранство моей комнаты, — и продублирует вышивкой на носовых платках. Крайне полезное качество для императрицы, ваше величество!
Что-что он сейчас сказал? Для императрицы?
— Она прекрасно играет на трех музыкальных инструментах! – не унимался отец, восторженно рассказывая обо мне, загибая пальцы.
— А когда приедут заключать торговое соглашение – она им сыграет! – согласно кивнул Триг, глядя на меня как на умственно неполноценную. – Вы дали будущей императрице Ааронрийской прекрасное образование.
— Императрице? – наконец-то выдавила из себя. — Папа?
— А это вторая новость! – радостно сообщил отец, а у меня подкосились колени. — Сегодня ночью приехала Ааронрийская делегация! Ты станешь женой будущего императора Леодора! Только это пока секрет, переговоры еще ведутся!
Глава вторая. Будьте поласковее.
Глава вторая. Будьте поласковее.
— Господин Триг, прошу, будьте поласковее с ней, — ласково произнес отец, с нежностью глядя на меня. — Моя Сладуля очень ранимая и нежная девушка.
— Разумеется, ваше величество, — нараспев протянул Аластар, а я лихорадочно соображала, что делать.
Если судить по слухам – мне с ним не справиться. Если судить по виду, то будет проще простого.
— Ну, тогда не буду мешать, — улыбнулся мне отец, склонил голову в знак прощания Тригу и вышел из комнаты. На мгновение мне показалась какая-то натянутость между отцом и учителем.
Увесистый фолиант, который учитель держал под мышкой, с грохотом опустился на стол. Я вздрогнула от неожиданности, округлив глаза.
— Значит так, твоё замужество, дорогая принцесса, уже свершившийся факт, – припечатал Триг, а у меня внутри всё похолодело. Он говорил это очень уверенно, стирая все сомнения. – Все очень просто: слушаешь меня, делаешь что говорю и будешь жить.
— Вы мне угрожаете? – возмутилась я, готовясь позвать охрану. Но что-то во взгляде Аластара меня остановило.
— Скажи мне, дорогая Сладуля, а что ты знаешь про Ааронрийскую империю? – медленно произнес Триг, сузив на меня грозовые глаза.
От того, как он произнес «Сладуля», меня передернуло. Если папа произносил это слово с нежностью, то этот дипломат имел наглость произнести его с какой-то брезгливостью.
— Что там правят драконы, что Ааронрийская империя – самое крупное государство в нашем мире. Самое богатое и самое процветающее, — перечисляла я, стараясь вспомнить все, что слышала от отца. – Что император справедлив, а его сын будет прекрасным правителем.
— Нас казнят, — обреченно произнес Триг, глядя на меня тоскливым взглядом. — Если я в штанах и успею убежать, то ты, Сладуля, запутаешься в платьях, а я за тобой возвращаться не буду.
У-у-у-у-у-у-у, как меня раздражал тон, с которым он произносит моё детское прозвище.
— Господин Триг, согласно этикету, — строго начала я, а красивые брови учителя поползли вверх, — мы должны утвердить форму обращения друг к другу.
Сейчас, сейчас я тебе покажу, как коверкать мое детское прозвище. С остальным разберусь попозже.
Глава третья. Обращение к принцессе.
Глава третья. Обращение к принцессе.
— И как прикажете называть? – усмехнулся Аластар, присаживаясь на краешек моего письменного стола. — Может, у вас даже есть список?
Ядовитая усмешка не сходила с лица учителя. Аластар поправил пальцем очки, обдавая меня надменным взглядом.
Ну я тебе сейчас покажу! Я нарочито медленно направилась к шкафу, в котором лежали принадлежности для письма. Еще медленнее достала список.
— Вот, ознакомьтесь, — я протянула учителю свиток, который не один раз выручал меня с другими гувернантками. Ну что же, посмотрим.
— “Её прекрасное высочество”? – удивленно прочитал Триг, медленно поднимая на меня оценивающий взгляд. — Прошу простить меня, Сладуля, но я никогда не лгу. Вычеркиваем.
Ах, ты!.. Я едва не задохнулась от негодования. Ничего-ничего, не ты первый, кого я отвадила. И с тобой справлюсь.
— “Виноградинка его величества”? – с придыханием и издевкой почти по слогам прочитал Аластар, снова поднимая взгляд на меня. — Прошу простить, сколько вам лет, Виноградинка?
— Восемнадцать, — опешила я, совершенно не понимая, к чему он интересуется.
— Восемнадцать лет… Ты не виноградинка, Сладуля. Ты – изюм, — серьезно произнес Триг, снова опуская взгляд в список.
— Хам! – рявкнула я, не став терпеть такого оскорбления. Что он себе позволяет?
— Нахалка, — парировал Триг, отвечая без единой эмоции.
— Это оскорбление! – возмутилась я.
— Это констатация факта, — выдохнул учитель.
— Я буду жаловаться отцу! – выдала я один из своих козырей. Гувернантки бледнели и умоляли ничего не говорить. И я могла делать все что хочу!
— Я предоставлю отчет императору, где непременно укажу возможное применение ваших талантов в музицировании и вышивке при имперских переговорах, — оскалился Триг.
А он крепкий орешек! Значит, отца не боится. Без страха перед отцом будет сложно найти его слабые места.
— Продолжим, — взгляд Трига снова опустился в свиток. — Так-так-так, а вот тут интересное. “Великая принцесса Готье”. Вычеркиваем. Прозвище прикрепляется после коронации. Что же, принцесса, ни одно не подходит. Остается Сладуля. А
