слушать надо. Душу свою. Вот делаешь дело, и тебе так сладко и интересно, что не ел бы, да не пил, вот это призвание. Только не как ты, за играми сидеть, а чтобы и людям другим от тебя была польза и радость. Тогда всё получится. Внимательно по сторонам смотри, на звёзды смотри, под ноги себе смотри, и найдёшь что ищешь.
В этот момент я машинально, словно послушавшись дядю, уставился на серо-жёлтую пыль под ногами, и мне показалось, будто на земле что-то блеснуло. Я остановился и наклонился ближе к блестящему предмету, протянул руку и поднял с земли маленькое золотое колечко, переливающееся россыпью маленьких бриллиантиков и с одним бриллиантом покрупнее в середине.
— Ого, какую штуку нашёл! — похвастался я дяде. — И правда, надо под ноги смотреть!
Мы как раз прошли магазин и направлялись к дядиному дому по широкому просёлку, и я решил, что в таком людном месте кольцо мог потерять кто угодно, поэтому поиски окажутся бессмысленными, и ценную находку можно будет оставить себе. Но дядя так на меня посмотрел, что мне тут же стало ужасно стыдно за свою жадность.
— Ну-ка, погодь, — строго сказал он. В его глазах затем я увидел какой-то мистический блеск, и он опять заговорил: — Постой-ка тут с полчаса, парень, как из-за поворота выйдет девушка, русая, в футболочке белой, ты к ней подойди и колечко отдай.
Сердце у меня забилось. Сразу же вспомнились романтические истории, где найденное колечко положило начало отношениям с красивой и верной девушкой, и они потом прожили вместе до глубокой старости, и были счастливы… Ой, а я же не побрился, и три дня не менял рубашку! А что если это судьба? Может, успею ещё…
— Эй, губы-то не раскатывай, — дядя словно опять прочитал мои мысли, — это Ленки из семнадцатого дома, она месяца как два замужем. Ей это колечко муж подарил. Девка она, конечно, красивая, но семья, знаешь ли, святое. Да и не пара вы с ней, уж очень разные, как лиса и заяц.
— Откуда ты знаешь? — недоверчиво ответил я, порываясь спрятать колечко в карман.
— Это вы москвичи дальше своего носа не видите. В деревне все всё про всех знают. Я сам это кольцо у Лены видел, она, поди, по нему сейчас убивается. Муж её, Егор Сотников, на это кольцо полгода копил, даже не выпивал почти. Он мужик хоть и хороший, но тёмный, надумает себе ещё всякого… Так что не жадничай, отдай кольцо, доброе дело всегда вернётся.
— А откуда знаешь, что она сейчас придёт? — продолжая сомневаться в словах дяди, пробубнил я.
— Сейчас обед. Ленка всегда к обеду свежего хлеба берёт.
В это время и правда из-за угла показалась девушка с длинными русыми волосами в белой футболке и серых джинсовых шортах. Я её только один раз видел мельком, и сейчас я смог рассмотреть, какая она была красивая. Такая фигура, что больше ни о чём и ни о ком не думалось, только лишь об этой Елене прекрасной!
Выглядела она, однако, очень грустной и подавленной, шла останавливаясь, то и дело вглядываясь в придорожную пыльную траву.
Робея, словно школьник, я поспешил подойти к ней и прерывающимся от волнения голосом проговорил, переминаясь с ноги на ногу:
— Извините, это не вы к-колечко потеряли?
Я протянул руку с кольцом. Лена вскинула на меня свои огромные, голубые как майские небеса глаза, радостно взвизгнула, вырвала из рук колечко и помчалась к магазину вприпрыжку, голося что-то нечленораздельное.
А я остался стоять несколько обалдевший и ничего не понимающий. По моему мнению, я заслуживал хотя бы элементарного слова «спасибо», не говоря уже о том, что я надеялся, что в благодарность эта восхитительная девушка поцелует меня в щёчку, ну или хотя бы обнимет. Мозг в тот момент упрямо игнорировал тот факт, что замужней женщине как-то неприлично целоваться с первым попавшимся незнакомцем. В расстроенных чувствах я резко повернулся и быстро зашагал к дядиному дому, не проронив больше ни слова.
В доме я быстро залез на свою лежанку и долго там размышлял о несправедливости и испорченности этого мира.
— Ну, хорош дуться, Казанова, — позвал дядя Гриша, — спускайся щи есть.
Нехотя я слез и сел за стол. Дядины щи всё-таки немного смягчили моё горе, и я решил объяснить своё поведение дяде, и, как большинство молодых людей, прибег к тактике нападения.
— Ну вот ты разве никогда не находил драгоценности? Тебе разве никогда не платили неблагодарностью? — с вызовом восклицал я, подразумевая, «Да что ты вообще понимаешь, у тебя же так никогда не было».
— У меня всякое было в жизни, — неспешно отвечал дядя. — В прошлом годе вот клад найти помог, а со мной потом разговаривать перестали.
— Да ну? — недоверчиво буркнул я.
— Было дело, — кивнул дядя Гриша. — Если хочешь, могу рассказать.
Конечно, я хотел его послушать и забыть о той, которая так бесцеремонно разрушила образ милейшего на свете существа своей чёрной неблагодарностью. Я милостиво кивнул дяде, и сейчас поделюсь этой самой историей.
К дяде Грише часто приходили люди за помощью, он всем старался дать совет, спрашивали даже, где пропавших коров искать. Одним тёплым майским вечером дядя сидел на крылечке, вырезая из дубовой коряги новую солонку, когда у его ворот остановился старенький УАЗик. Из него вышел молодой человек с аккуратной чёрной бородкой, интеллигентного вида, в очках, стройный, одетый скромно, на ногах были камуфляжные брюки и берцы.
— Здравствуйте, здесь, скажите, живёт Григорий Александрович? — спросил он у моего дяди.
— Доброго вечера, это я и есть, — ответил он.
— Слава богу, нашёл вас, — ответил молодой человек, — то в одну сторону направят, то в другую. Можно с вами поговорить, если не отвлеку вас?
Обычно деревенские сразу начинали разговор, который мог не заканчиваться часами. Этот человек терпеливо ждал ответа.
— Отчего же, заходите, поговорить всегда можно, — ласково улыбнувшись, ответил дядя Гриша.
Молодой человек вошёл в калитку, немного боязливо осматриваясь кругом. Потом подошёл к дяде, словно собираясь с духом, и выпалил:
— Вы не обижайтесь на меня, Григорий Александрович, мне вас одна женщина рекомендовала, вы, говорила, что-то вроде ведьмы…
— Что? — дядя Гриша нахмурился, откладывая в сторону инструмент.
— Ой, извините, — спохватился молодой человек, — экстрасенс, человек знающий, я хотел сказать…
— Ну-ка ближе к делу, — строго сказал дядя Гриша, — кто вам такого про меня наговорил, и сами вы откуда будите?
— Вы не сердитесь, — отвечал гость, — меня к вам женщина одна направила, Серафима, она у нас за свечным ящиком трудится. Я из села Рождествено, это
