— А какова в общем потребность страны в гастарбайтерах?
— Насколько я знаю, так вопрос не ставился никогда. Не было ни одной серьезной научной работы, которая позволила бы представить потребности нашей экономики в мигрантах. Есть какие-то поверхностные исследования, версии, декларации, заявления, но фундаментальных расчетов не существует. Недавно было официально заявлено, что России может потребоваться в обозримом будущем 10 миллионов новых рабочих рук. Это чушь: нам не надо даже того количества мигрантов, которое есть сейчас. Притом что у нас в России нет как таковой экономики, разрушены производственные мощности (станкостроение, авиастроение, ВПК и т. д.), сельское хозяйство, в стране за двадцать лет после развала СССР уничтожено порядка 25 миллионов квалифицированных рабочих мест, которые занимали коренные граждане. Теперь нам вдруг понадобились плохо говорящие по-русски и без какой-либо квалификации рабы.
Касса для мигрантов
— Да, получается, что ФМС — какая-то билетная касса для мигрантов. Приходилось самому сталкиваться с этим бизнесом?
— Приходилось. Мне предлагало высшее руководство быть соучредителем такой фирмы. Говорили, мол, нужны свои люди, которые оформляют миграционные документы на коммерческой основе.
Полторанин рассказал, как однажды позвонил Ромодановский и странным голосом приказал: «Приезжай ко мне». — «На Житную?» — «Нет, домой ко мне приезжай». Так молодой сотрудник впервые оказался в квартире своего шефа на проспекте Мира.
Оказалось, рабочий кабинет Полторанина прослушивался («бывшие чекисты страдают одной манией — не могут не заниматься «прослушкой»), а он во время делового застолья с журналистами как-то неосторожно высказался в адрес своего начальника. По словам Полторанина, генерал по-отечески укорял его: «Ты ж мне как сын родной… А потом стал выговаривать: что я его «поливаю», плохо о нем говорю и прочее. Потом Ромодановский неожиданно предложил: «Сейчас надо латать еще одну должность. Тут одни создали структуру, надо бы тебе туда войти учредителем. Пойдешь?»
* * *
Из досье:
Константин Олегович Ромодановский (1956 г. р.) окончил 1-й Медицинский институт по специальности «Лечебное дело» (1980 г.) и Высшие курсы КГБ СССР в Минске (1983 г.). Работал в 5-м управлении КГБ СССР. С 1992 года — в Управлении собственной безопасности ФСБ России. В 2000 году назначен первым заместителем начальника УСБ ФСБ. С мая 2001 года — начальник Департамента собственной безопасности МВД России. В 2005 году назначен директором Федеральной миграционной службы. Был трижды женат, имеет трех детей.
* * *
О ком говорил начальник, Полторанин не ведал, но уже давно заметил, что вокруг него постоянно крутятся представители крупных банков и подозрительные бизнес-личности. «Кого-нибудь из родственников поставь — жену, брата, свата.» — учил генерал молодого коллегу.
Полторанин ответил, что все понимает, бизнес уважает, но «уж очень это поганое дело, которое для всех работорговцев рано или поздно выходило боком». После этого отношения генерала с пресс-секретарем «отрезались». Было это два года назад.
Иерархия поборов
— После этого я чуть ли не каждый день кричал в радио- и телеэфире, что мы боремся с коррупцией, — продолжал Полторанин, — ас другой стороны, очень четко видел, как выстраивались коррупционные схемы, которые замыкались на высшем руководстве.
По словам бывшего пресс-секретаря ФМС, некоторые руководители территориальных
управлений занимались посредничеством. Регулярно, в определенный день, они привозили вышестоящим начальникам деньги, часть которых могла идти на благотворительность. Например, Ромодановский патронировал хоккейный клуб МВД. Как предполагает Полторанин, один из его сослуживцев ежемесячно отвозил 50 тысяч долларов наличными президенту этого клуба. Взнос в клуб, как он считает, составлял примерно десятую часть от «доляны».
Схема очень проста. Существуют официальные спонсоры, которые перечисляют деньги «безналом», и «неофициальные», дающие наличные, в кейсах. Официальные — это крупные банки, нефтяные компании ит. п., а неофициальными могут быть владельцы рынков и многие другие, которым надо разрешение на оформление рабсилы.
— Представляешь, какой оборот? — спрашивал Константин. — Думаю, только с Москвы они имели порядка 15–20 миллионов долларов налом каждый месяц. Такая построена иерархия поборов.
— А сколько всего фирм задействовано в этой иерархии?
— Фирм может участвовать сколько угодно. Но, понятно, чиновники из миграционной службы не могут создать систему, по масштабам подобную «Почте России» или Сбербанку, и установить на каждом углу пункт приема документов. На крупного оператора, непосредственно связанного с ФМС, выходят мелкие фирмы-посредники. Они исполняют всю черновую работу, получая меньше десятой части от стоимости «услуги». Без посредников ФМС может работать с крупными строительными фирмами, например «ДОН-строй» или «Су-155», на которых работают десятки тысяч гастарбайтеров. Диаспоры также являются основными операторами-посредниками. Руководство ФМС создало систему, которая позволяет напрямую вывести на себя представителей таджикских, узбекских и киргизских гастарбайтеров. С ними очень удобно работать: русского языка не знают, пользоваться Интернетом не могут, беспрекословно подчиняются клановым законам.
— Кто же занимается подделкой миграционных документов?
— Да, помимо перечисленных выше «поставщиков» легальных документов, есть еще куча посредников, которые делают нелегальные «дубликаты». За 500 рублей, например, можно купить фальшивый талончик миграционного учета со штампом почты, чтобы отвязаться от постового. Бороться с фальшивками, конечно, надо, но, во-первых, выясняется, что эти бланки не такой уж строгой отчетности. Во-вторых, управлению экономических преступлений это невыгодно. Сизифов труд: одну конторку закрыл, тут же открылось пять, и никого не привлечешь. Милицейская статистика показывает, что за эти преступления сидят… ноль. Потому-то и вызывают смех предложения ужесточить наказания за нарушение миграционного законодательства, изложенные в статье Путина.
Твердых правил на рынке миграционных услуг не существует. Вышло очередное распоряжение директора об «ужесточении» — цена на паспорт или разрешение на работу выросла вдвое. Очередной генерал дачу строит — надо еще скинуться. Система поборов кажется незыблемой, как в договоре: «Мы, коллектив всех спецслужб России, гарантируем друг другу нормальное существование.»
Константин Полторанин горько шутит: «Будем жить по-прежнему», — сказал Косыгин Брежневу». Он убежден, что вся область миграционного администрирования пронизана коррупцией и создана для финансирования определенных семей или кланов. Поэтому измениться может только одно: поможем, чтобы вы еще больше собирали денег.
ВИПы службы
— Получается, даже смешно говорить о том, что в России есть ведомство, призванное решать национальные проблемы…
— В России есть только ведомства, создающие национальные проблемы. Как руководитель пресс-службы, я еще исполнял обязанности заместителя начальника Управления содействия интеграции ФМС, которое должно было заниматься безработными мигрантами. В этом управлении Ромодановский собрал своих приближенных, среди них был его советник Анатолий Фоменко. Бывший первый зам. начальника УСБ ФСБ, генерал-майор, несколько лет проживший где-то на Балканах. Вроде бы коллеги-чекисты хотели его посадить. Вопросы интеграции разрабатывал очень просто: за основу взял канадский и новозеландский варианты подобных программ, скачанные из Интернета, хотя российские условия радикально отличаются от западных.
— А как сам Ромодановский, вроде бы не близкий к Путину кадровый чекист, оказался во главе миграционной службы?
— В свое время Ромодановский заметил: «Они не на
тех поставили, а я поставил на тех». Как мне рассказывали, в конце 90-х замначальника отдела ФСБ Константин Ромодановский был без двух минут пенсионером якобы из-за одного распространенного пристрастия. Выручила кстати пришедшая в ФСБ питерская команда, которая активно искала, на кого опереться в Москве. Главный путинский кадровик Виктор Иванов принял предложенные Ромодановским услуги и со временем назначил его первым замом УСБ.
* * *
Из досье:
Виктор Петрович Иванов (1950 г. р.) окончил Ленинградский электротехнический институт связи (1974 г.). Работал на оперативных и руководящих должностях Управления КГБ СССР по Ленинградской области (с 1977 г.). Начальник Управления административных органов мэрии Санкт-Петербурга (1994–1996 гг.). Начальник Управления собственной безопасности, руководитель Департамента экономической безопасности ФСБ России (1998–2000 гг.). Помощник Президента Российской Федерации (2004–2008 гг.), директор Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (с 2008 г.).
