Конечно, «молодежный призыв» на госслужбу, в партии и в общественные объединения должен оказать существенную помощь в борьбе с коррупцией. Если омоложение элит, как считают многие наблюдатели, является одним из основных трендов новой эпохи России, то оно должно быть связано с изменением статуса элит, с изменением процедуры властвования, и, разумеется, омоложение элит должно идти не просто одновременно, а взаимосвязано с кампанией по борьбе с коррупцией.
Новая элита должна приходить во власть именно для того, чтобы бороться с коррупцией. Соответственно она должна добиваться для себя исключительной прозрачности. Именно такое омоложение элит спасительно для страны. Если же мы просто поменяем 50-летних губернаторов на 30-летних, то изменится только статистика. Поэтому нужно не просто омолаживать элиту, а менять ее статус, процедуры властвования, взаимоотношения власти и общественности. Необходимо добиться того, чтобы власть стала прозрачной. И этот посыл должен идти со стороны самой власти. То есть власть должна стать открытой, а сделать ее таковой легче молодым, просто потому, что учиться легче, чем переучиваться, не поддаться соблазну легче, чем отказаться от него, будучи уже соблазненным. И в этом опять-таки большую роль должны сыграть партии, молодежные организации и другие институты гражданского общества, оказывающие воспитательное влияние на молодежь России.
И, наконец, нельзя не сказать о том, что именно создание системы отбора талантливой молодежи – талантливой во всем, в том числе и в такой сложной области, как работа с людьми, – станет огромным стимулом для инновационного рывка России, к которому нас призывает стратегия «2020» и который жизненно необходим стране.
Не только коррумпированность и «старение государственной службы» мешают ускоренному развитию России, но и неповоротливость и инерционность административной машины. На заседании президиума Госсовета «О развитии инновационной системы России» Дмитрий Медведев поставил такой диагноз административной системе:
«...Что касается направления главного удара – насчет главного удара не знаю, но я знаю, кто главный враг инноваций. Я думаю, что главным врагом инноваций является инертность нашей административной системы, которая проявляется везде, начиная с федерального уровня и заканчивая муниципальным. По сути, мы сами вредим себе, потому что у нас общество с блестящим инновационным потенциалом, про креативность нашей нации говорится везде, в самых разных местах, мы сами понимаем, что способны к быстрому и творческому мышлению, но сами же себе и обрубаем все».
II
Контекст
После того как Россия в 2007–2008 годах прошла через горнило исторических по своему значению выборов в Государственную Думу и президента, многие начинания и даже институты путинской эпохи столкнулись с необходимостью осмыслить заново не только свои цели и задачи, но сами основания. Еще до большого выборного цикла было ясно, что период рефлексии и самокритики (критики с большой буквы, в кантовском смысле) неминуем. И этот период наступил. Так, Владимир Путин, став председателем партии «Единая Россия», призвал единороссов к обновлению и к своего рода «кадровой революции». В результате в формате партии возникло несколько проектов и инициатив («Эффективное управление – кадровый резерв», «Школа российской политики» и др.), призванных модернизировать систему кадровой работы в «Единой России».
Обсуждение этих инициатив сразу же вывело участников на злободневную тему: молодежные организации с государственнической идеологией как кадровый резерв партии «Единая Россия». Этот вопрос обсуждался и на различных уровнях в «Молодой Гвардии Единой России». Однако при его обсуждении участники сразу перешли к рассуждениям как бы второго уровня, то есть поставили вопрос о связке между МГЕР и партией. При этом вопросы о самих основаниях молодежной политики «Единой России» и о том, насколько эффективна практика работы с молодежью МГЕР, остались за скобками, что, на мой взгляд, неверно. Разговор о молодежных организациях с государственнической идеологией как о кадровом резерве «Единой России» должен рассматриваться после некоторых предварительных рассуждений. В противном случае прикладываемые усилия могут войти в противоречие с самой задачей.
У многих наблюдателей сложилось впечатление, что в послевыборный период все активные на поле игроки молодежной политики растерялись и не знают, что делать даже с той молодежью, которая уже так или иначе вовлечена в общественные и политические процессы. Это относится и к государству, и к парламентским партиям, и даже к внесистемной оппозиции, которая не знает, на что ориентировать «свою» молодежь, так как все, что можно, было ею – внесистемной оппозицией – проиграно. И это притом, что в общественно-политические процессы за последние годы были вовлечены не десятки даже, а сотни тысяч молодых людей. Многие из них разочаровались, не обнаружив для себя лично перспективы в общественной деятельности или вовсе почувствовав себя инструментом в чужой и не очень понятной для них игре. Однако многие продолжают верить в то, что могут принести пользу Отечеству и при этом самореализоваться на общественно-политическом поприще.
Государство, серьезные политические партии и общественные объединения должны преодолеть растерянность и начать дискуссию о молодежной политике в стране и о ее стратегических перспективах. «Единая Россия» эту дискуссию уже начала, лишний раз доказав, что стремится быть ответственной партией и думает о своем собственном будущем.
Стоит привести несколько высказываний известных единороссов по нашему вопросу:
Председатель Высшего совета партии «Единая Россия», председатель Государственной Думы Борис Грызлов:
«Может быть, наиболее важным для будущего развития партии и государства результатом дискуссий стало возникновение новых подходов к кадровой работе. Раньше, на этапе выборов, призванном обеспечить преемственность власти, были востребованы в первую очередь избирательные технологии. Сегодня пришло время для изучения и разработки новых технологий управления. От представителей партии требуются новые управленческие качества, и дискуссия становится механизмом кадрового отбора... В экспертной работе клубов задействованы участники партийного проекта “Профессиональная команда страны” и внутрипартийных выборов. Активно включились впервые избранные депутаты фракции в ГД, в том числе молодые депутаты. Кстати, надеюсь, что их участие и его результаты позволят реально изменить ситуацию в тех регионах, где до сих пор побаиваются привлекать молодежь к работе в органах власти...»
Секретарь президиума Генерального совета Вячеслав Володин: «“Единая Россия” сегодня активно занимается реализацией кадрового проекта. Здесь мы также могли бы взаимодействовать и, возможно, при участии молодежных организаций качественно усовершенствовать этот проект. 12 октября предстоят выборы в законодательные органы власти четырех регионов – Забайкальского края, Сахалинской, Иркутской и Кемеровской областей. Как и всегда, партия резервирует в списках 20-процентную квоту для молодежи. В этом году пройдет много выборов и на местном уровне...»
Государство, серьезные политические партии и общественные объединения должны преодолеть растерянность и начать дискуссию о молодежной политике в стране и о ее стратегических перспективах
Здесь, увы, дело не идет дальше предоставления квоты на выборах. В том же направлении строят будущее и идеологи «Молодой Гвардии Единой России».
Заместитель секретаря президиума Генерального совета партии, координатор молодежной политики партии Андрей Турчак:
«В итоговом документе, который будет приниматься на президиуме, должна быть связка между “Молодой Гвардией” как партийным кадровым резервом и самой партией. Когда будет прописываться процедура и критерии отбора партийных кандидатов, должно найти отражение пребывание кандидата в молодежной организации – “Молодой Гвардии” или других движениях».
Здесь предложена другая, но тоже формальная связь между партийной молодежной организацией и собственно партией.
Другие руководители МГЕР пытаются ставить содержательные вопросы – правильные вопросы. Член Политсовета «Молодой Гвардии Единой России» писатель Павел Данилин:
«Что значит работать с молодыми? Что партия готова дать молодым? Квоту на выборах, которая не соблюдается? Что еще? Не все хотят избираться. Помимо этого какие механизмы работы с молодежью готова предложить партия?»
К сожалению, ответов П. Данилин не предлагает. Как и его коллеги. И ведь разговор в этих высказываниях идет о собственно партийной молодежной организации. А надо еще решить вопрос с другими молодежными организациями, внепартийными, но «своими».
