Мертвец пару раз сжал кисть правой руки в кулак, удостоверившись, что простреленная рука уже затягивается. Значит, все в норме. Способности на месте. Вот только сила что-то ослабла.
Покурить бы… Да. Точно. Но где Мы?
Сидящий перед Ним на земле человек, мало был похож на человека. И тут даже дело не в крови, за которой почти не было видно нижней части лица. Дело в глазах. Страх и ужас. Вот и все что они могли сообщить. Трясущееся тельце, мешок с мясом и костями. Где вся та храбрость и самонадеянность, что была во взгляде минуту назад?
Обнищала человеческая цивилизация. Хотя… Такие были всегда… Во все времена…
Задумавшись над всем этим, Мертвец, внимательно всматривался в сидящего перед ним. Присев на согнутых ногах, чтобы их лица были на одном уровне, Он заговорил ужасающе спокойным голосом:
— Прошу прощения, но не подскажите ли вы, где мы находимся?
Худощавый, продолжая смотреть в эти голубые глаза, которые ничего не отражали, и были больше похоже на застывшие глубины ада, молчал, будто загипнотизированный. Невероятно спокойный, нечеловечески спокойный и размеренный голос говорившего, дарил странный покой. Подобный, должно быть, покою, что дарит Смерть.
— Где Мы находимся? — повторил свой вопрос медленно и раздельно, посланник смерти. А может он и был Смерть?
— Н-Н-Невада… Вегас… — с трудом выдавил из себя мужчина.
— Хмм… Америка, значит… Что ж. Благодарю.
Он поднялся во весь рост, развернулся, сделал пару шагов и вновь обернулся:
— Еще один вопрос: а с кем война?
— Ч-что? — переспросил его испуганный собеседник, окончательно потеряв нить разговора.
— Я говорю, с кем воюем-то?
— …В-В-Война?
— Ааай, черт с тобой… Видимо все таки сильно приложил… — пробурчал себе под нос, удаляющийся вниз по улице Мертвец.
Глава I
СТРАННИК
(Dion — The Wanderer)
А с этой крыши открывался неплохой вид.
Город — опустевший, притихший — представлял собой, довольно умиротворяющее зрелище.
Пустые здания, пустые магазины и бары — двери которых все еще иногда беспокоил ветер, — но в которые уже никогда не войдет посетитель. Брошенные машины, что уже никогда не смогут отвезти кого-либо туда, куда ему было необходимо. На улицах царствовали смерть и покой…
Прекрасную картину тишины и покоя окрашенную лучами заходящего солнца, нарушало размеренное чавканье, доносившиеся снизу. Небольшая группа людей доедала какого-то бедолагу. Впрочем, на людей они были мало похожи. Скорее на мертвецов, поднятых на ноги каким-то некромантом. Грязные, изуродованные тела, иссохшие лица, ободранная кожа, обнажавшая чернеющие внутренности и кости.
И те несчастные, кому не повезло встретить Его, тоже говорили о мертвецах ходящих по улицам.
Твари поглощали человеческое мясо с удивительной скорость, отрывая куски от тела зубами, разрывая плоть своими костлявыми руками…
Какой же прекрасный вид открывался с этой крыши.
А сигареты были отвратны.
Конечно, сигара была бы куда лучше. Но, за неимением лучшего, и это сойдет.
На это крышу, Его привели именно поиски табака. Видимо здесь, кем-то был оборудован наблюдательный пункт. Небольшое двухэтажное здание, какая-то закусочная. Внутри оказалось пусто. Совсем. Это и не удивительно. Если ситуация такая повсюду — значит выжившие мародерствуют. И кажется, уже давно. Одиноко стоявший на крыше пляжный зонтик, который виднелся с улицы, и привлек Его внимание. Поднявшись по пожарной лестницы с боку здания, Он обнаружил там садовое кресло стоявшее под зонтом в окружение различных коробок. Здесь же, в углу лежал расстеленный на картонках спальный мешок. Рядом с креслом валялись пустые бутылки и банки от пива. Кое-где и пустые жестянки от различных консервов. По правую ручку от кресла, на деревянном ящике, стояла не открытая бутылка того же пива и лежала начатая пачка сигарет. Повезло что зажигалка была здесь же. Сев в кресло, Он позаимствовал сигарету. Трепещущий огонек зажигалки подарил желаемое. Затянувшись сигаретным дымом, Он осмотрелся получше. На карнизе крыши, напротив кресла, лежали две упаковки патронов.308 Winchester. Одна была вскрыта и несколько патронов, скатившись, лежали на крыши. Самого оружия рядом не оказалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Еще затяжка. До чего же они мерзкие.
Пиршество внизу продолжалось. Мертвяки уже жрали, когда Он приблизился к закусочной. Посмотрев на всю эту картину пару мгновений, Он прошел внутрь, потом поднялся на крышу. Они были так заняты поглощением человеческих внутренностей, что не обратили на Него никакого внимания. Да и Он не стал им мешать. Они с таким аппетитом ели…
Сигарета догорала, как и этот день. Поднявшись с пластикового кресла и подойдя к краю крыши, Он щелчком пальцев отправил окурок в пустоту. Патроны лучше забрать. Чего добру пропадать? Открыв упаковку — ссыпал патроны в карман. Неожиданно, Его внимание, привлек предмет лежащий внизу. Перегнувшись через карниз Он посмотрел вниз. А вот и ружье. Винтовка лежала на матерчатом навесе, натянутом над входом в закусочную. По всей видимости, Он находился в гостях именно у того парня, которого доедали мертвецы посреди улицы.
Похоже он обронил ее когда заряжал. Спустился забрать, но так и не достал. Смерть достала его быстрее.
Нужно забрать. Пригодиться.
Стоя перед входом, и смотря на этот самый навесик, Ему вспомнился один из случаев во Вьетнаме…
♠♠♠♠♠♠♠
Разведгруппа отправилась в патрулирование, вдоль реки Сонгнонг. В группе тогда присутствовали новые парнишки, почти дети. Новобранцев перебросили в лагерь по запросу о пополнение личного состава. Начальство видимо думало, что наш лагерь это наилучшее место для детишек. Вообще-то, наверху мало о чем вообще думали, а уж о жизнях молодых пацанов и подавно. Жизнь солдата на войне ничего не стоит. Как будто она в другое время что-то стоит…
Группа продвигалась не спеша. Сержант забрал с собой всех новеньких, которые утром прибыли в расположение лагеря Нуй-Пэк. «Всего-то четверо человек, устроим экскурсию…» — помниться говорил он, неприятно посмеиваясь. Сержант Доддс ни когда Ему не нравился. Он не понравился Ему с самого начала, когда Доддс присоединился к группе Чарли — для которых Нуй-Пэк стал домом. Дерганый, не особо приятный тип, который кажется ничего ни ел и не пил кроме бурбона. Несмотря на свой несильно большой возраст, он «успел проявить себя в сражении с врагом», как представил его при знакомстве с группой Чарли, лейтенант. Причина же, по которой новый сержант Ему не понравился — была довольна проста. Доддс «тащился» от войны. От всего что она может предложить. Он с возбуждения пересказывал об убийствах. О том, какое «это удовольствие, выпотрошить ножом какого-нибудь ублюдка» или «развлечься с узкоглазой мартышкой, перед тем как ее прикончить».
Жара…
Одежда прилипала к телу, ноги практически жарились в ботинках. И бесконечная, умопомрачительная зелень — с далекими, яркими проблесками голубизны неба.
Доддс шел первым — подобно конкистадорам, вступающим на «новую землю». Под ноги он не смотрел, если сказать проще. Помниться, Он сам вызвался сопровождать разведгруппу, как раз, чтобы присмотреть за «детишками». Доддс было пытался сопротивляться, но лейтенант — всегда прислушивающийся к Нему — тут же дал добро. Лейтенант Розенфилд прекрасно знал на что Он способен и что Он, слов на ветер не бросает. У Него вообще было довольно странное положение в лагере. Ни с кем особо не сближался, всегда один. Где-нибудь сидел и читал, покуривая свои неизменные сигары. Никто понятия толком не имел, какое у него звание, да и было ли оно? Прекрасный солдат, всегда выполнявший приказы и поставленные боевые задачи… Даже странно, что по направлению сюда, в личном деле имелась пометка: «Своевольный. Постоянное невыполнение приказов. Склонен к агрессии.» Розенфилд, так ничего подобного и не увидел. А после того, как Он вытащил шестерых парней из-под обстрела в зоне эвакуации, свидетелем чего был сам лейтенант — Розенфилд окончательно убедился, что в штабе сидят сплошные яйцеголовые.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
