class="p1">Именно сюда, в Олдувай, направил писатель-фантаст Артур Кларк загадочный космический монолит, научивший местных питекантропов (спорный термин с научной точки зрения) использовать примитивные орудия охоты.
Вот как описывает Кларк это очаровательное местечко в начале своего культового романа «2001: Космическая одиссея»: «Засуха продолжалась десять миллионов лет, и царству ужасных ящеров давно пришел конец. Здесь, недалеко от экватора, на континенте, который когда-то назовут Африкой, с новой силой вспыхнула борьба за выживание, и еще вовсе не было очевидно, кто именно выйдет из нее победителем. На этой иссушенной зноем, бесплодной земле могли благоденствовать или даже просто выжить только маленькие или ловкие и свирепые. Обитавшие в первобытном вельде питекантропы не обладали ни одним из этих свойств, а потому они не только не процветали, а, напротив, были очень близки к полному вымиранию».
И они почти наверняка бы вымерли, если бы не монолит. Воздействуя на подсознание «питекантропов», он внушил им возможность использования камней, подручной гальки для охоты на бородавочников – местную породу диких свиней. И даже для защиты от хищников (леопардов).
В реальности – а не только в фантастических романах – обитавшие здесь австралопитеки или какие-то их близкие родственники на самом деле каким-то образом выучились охотиться и вышли победителями в борьбе за выживание. В 1959 году археологи Мэри и Луис Лик сделали здесь важнейшие археологические открытия. Они раскопали остатки палеолитической культуры и охотничью стоянку возрастом более двух миллионов лет, кости Homo habilis – Человека умелого. Обнаружены были и примитивные каменные орудия охоты, изготовленные из подручной гальки. И кости убитых (и съеденных, разумеется) зверей.
Некоторые исследователи предполагают, что именно отсюда, из ущелья Олдувай, ведет свое начало весь род человеческий. Если это так, то начался он не с орудий труда, а с орудий охоты. Что наводит на некоторые размышления…
Посетив ущелье, Данкен так проникся настроением этого места, что решил назвать в его честь свою знаменитую апокалипсическую теорию. (Ее более ранний вариант именовался «Транзиентно-пульсовой теорией индустриальной цивилизации».)
Человечество, полагает Данкен, поднялось в своем развитии до степени высокой индустриализации исключительно благодаря изобилию легкодоступной, дешевой энергии (прежде всего в форме нефти и газа) и по мере истощения запасов энергоносителей неизбежно опустится опять вниз, до состояния каменного века. Вернется, так сказать, из больших городов в ущелье Олдувай.
Данкен определяет срок преходящего («транзиентного») существования индустриального общества примерно в сто лет, с 1930-го по 2030-й. (Представляете! Мы-то разбежались, разважничались, а оказывается, всего-то и дано нам воображать себя царями мироздания век один какой-то несчастный!) Если Данкен прав, то получается, что весь наш индустриальный шик есть лишь временное, «транзиентное» недоразумение, случайное одномоментное «ускорение пульса» жизни с неизбежным затем возвращением к норме – сначала в 20-е годы ХХ века, потом – в ХIХ, ХVIII, XV, потом в Средние века и, наконец, в самое естественное состояние человека – в пещеры, в звериные шкуры, к дубинам и охоте на мамонта. С тем отличием, что вымершего мамонта вернуть не удастся, да и слонов может хватить ненадолго, придется охотиться на кого-нибудь помельче, опять на бородавочников, например, или на одичавших коров и лошадей, а эта «мелочь» вряд ли сможет прокормить очень большое племя.
Начало высокоиндустриальной эры Данкен отсчитывает от того момента, когда потребление энергии человечеством достигло 30 процентов от максимальной, пиковой величины. А конец, соответственно, когда оно же, потребление, опустится ниже тех же 30 процентов.
Абсолютная величина максимума, «пика» в этом контексте не имеет особого значения. Центральная категория – это энергообеспеченность мира, которая измеряется величиной «e» – всемирным потреблением энергии в расчете на душу населения. И этот показатель должен по идее достаточно быстро падать, ведь число жителей земного шара продолжает расти, а количество доступной человечеству энергии в лучшем случае остается более или менее неизменным и, согласно олдувайцам, вот-вот начнет сокращаться. Единицы же измерения могут использоваться разные, например килокалории в день или условные «нефтяные» баррели в год.
Действительно, человеков все больше. А вот производство баррелей нефти постепенно замедляется. То есть вроде бы еще кое-как растет, но, кажется, вот-вот совсем застопорится. А потом, считает Данкен, непременно покатится вниз.
Всю историю человечества он разделил на три фазы: первая – от первобытных времен до конца 20‐х годов ХХ века – эпоха простеньких инструментов и малоэффективных машин. Вторая – сильные машины и инструменты временно («транзиентно») открывают обманчиво бесконечные перспективы роста и повышения качества жизни. И наконец, печально неизбежная третья фаза, когда энергетический голод положит конец погоне за красивой жизнью, приведет к крушению машинной цивилизации. И все тогда вернется на круги своя – в каменный век, в Олдувай. Причем, с точки зрения Данкена, это означает возвращение к естественному равновесию в природе, к наиболее органичной форме существования человека в полной гармонии с окружающей средой. Нынешнее же наше роскошество он считает нарушением натурального баланса.
«Если Бог создал Землю для того, чтобы на ней жили люди, то он имел в виду модель обитания каменного века», – пишет Данкен.
Сторонники теории Олдувая предупреждают, что этот путь – возвращение к естеству – будет, мягко говоря, «безрадостным».
И это, конечно, классический английский «андерстейтмент», типичная недосказанность, когда имеют в виду гораздо больше того, что произносится вслух.
На самом деле подразумевается, что впереди – столетия гнусной, ничем не прикрытой борьбы за выживание. Войн за скудеющие энергетические ресурсы – нефть, газ, уран и так далее.
Эти бойни помогут резко сократить численность населения, а значит, несколько сдержать и падение энергообеспеченности. Но военные действия и, главное, постоянные отключения электричества будут разрушать промышленность и ускорять общий упадок. Пока не будет достигнуто состояние Олдувая. А после этого пусть всякие там потусторонние монолиты не соблазняют чем-то инопланетным. Все равно для рывка к звездам никогда уже недостанет сил – не будет энергии. Да что там звезды – как бы элементарно прокормиться, вот как будет стоять вопрос.
Данкен предсказывает, что уже к середине нынешнего века население Земли сократится до двух миллиардов. (И будет быстро уменьшаться и дальше.)
Неужели же миллиарды человек должны будут умереть – от голода, болезней, в битвах за остатки еды и тепла – уже в ближайшие десятилетия? Неужели нам всем придется вооружаться чем попало, чтобы отбиваться от голодных соседей, защищая свои жалкие припасы? А когда кончатся консервы, переходить на подножный корм – питаться грибами и ягодами, жуками и тараканами?
Как-то во все это не верится. Или, по крайней мере, не хочется верить. И, кстати, как насчет сланцевого газа? Не говоря уже об альтернативных источниках энергии? Этих факторов Данкен, кажется, не учел.
Но страшная сказка завораживает. Недаром один из главных
