— Ты сделала мне одолжение девочка, избавившись от Паулино. Теперь ты в моем распоряжении!
Лилиана царапалась и кусалась, но бесполезно. Бандит обхватил ее одной рукой за талию и крепко прижал к своей груди.
— Отпусти меня! — кричала она.
Он покачал своей косматой головой:
— Не так быстро, детка. Я еще должен прийти в себя после твоего «приветствия». Я хочу тебя прямо там, где ты находишься!
Девушка ударила насильника ногой по голени, и только тогда до нее дошло, что она босая. Должно быть, она потеряла свои «шпильки» во время похищения. Этот удар причинил ей большую боль, чем ее противнику, она вскрикнула, а он издевательски засмеялся.
Лилиана перехватила взгляд третьего мужчины. Именно его, должно быть, звали Крисом. Он невозмутимо наблюдал за тем, что происходит. Его полуприкрытые веками глаза были переполнены презрением и ненавистью, губы кривились в гримасе отвращения. Она не могла оторвать своих глаз от него даже тогда, когда Паулино крепко прижимал ее тело к себе.
На его подбородке виднелся шрам. В мочке одного уха сверкал бриллиант, а чуть ниже закатанного рукава черной рубашки красовалась какая-то мрачная татуировка. Черная щетина, покрывавшая его лицо, не скрывала угловатости черт. Все это вместе отнюдь не делало человека красавцем. Лилиана в мгновение ока оценила незнакомца как такого же бандита, как и первые два. Продолжая отчаянно вырываться, она старалась освободиться от хватки мексиканца. Диас оторвал у нее лиф от платья, обнажив белый жесткий корсет.
— Сопротивляйся, сука! — прошипел он низким, скрипучим, словно от ржавчины, голосом. — Я люблю, когда женщина сопротивляется!
Лилиана не стала разочаровывать его. Разъяренная и напуганная, она вцепилась ногтями в лицо мерзавца, оставляя на щеках кровавые царапины. Затем, схватив его за волосы, с силой рванула их. В ответ он ударил ее по лицу открытой ладонью, и из прикушенной губы у нее полилась кровь.
Тогда только наконец вмешался Крис. Он схватил и отбросил мексиканца. Освободившись от хватки Диаса, Лилиана полетела мимо него и сильно ударилась о стену. На мгновение ее оглушило, и она опустилась на пол.
— Я говорил тебе, чтобы ты оставил ее в покое!
Потрясенная, девушка смотрела, как в угрожающей позе он встал напротив Диаса, такой же высокий, как мексиканец, но тощий по сравнению с толстым, как бочка, противником. Облегающие фигуру черные джинсы четко обрисовывали тело Криса, состоящее, казалось, из одних мускулов. Он сжал кулаки, на щеках играли желваки. Карие глаза казались почти черными, и в этих глазах не было жалости. Они выражали угрозу. Всем своим видом этот мужчина давал понять, что не потерпит насилия над девушкой. И по-своему он в эту минуту был прекрасен.
— Не вмешивайся в это, Крис, — проворчал Диас. — Женщина — моя!
— Она принадлежит Майклу Лоузи. Он спустит с тебя шкуру, если ты будешь продолжать то, что сейчас делаешь. Оставь ее!
Глаза мексиканца запылали гневом.
— Убирайся с моей дороги!
Крис не сдвинулся ни на дюйм.
В руке бандита появился нож с автоматически выбрасывающимся лезвием. Лилиану затрясло, когда она услышала резкий металлический щелчок.
— Убирайся с моей дороги!
Крис отрицательно покачал головой.
Диас с ножом в руках сделал бросок вперед, намереваясь захватить противника врасплох. Крис схватил запястье руки, державшей нож, как раз тогда, когда он уже коснулся его груди. Резко повернул кисть нападавшего в сторону, поэтому нож лишь скользнул по его груди, прорезав рубашку и глубоко процарапав кожу, вместо того чтобы вонзиться в тело.
Девушке пришло в голову, что она может спастись, пока двое мужчин заняты смертельной схваткой. Она медленно двинулась спиной к двери, не отрывая глаз от разворачивающейся перед ней драмы. Казалось маловероятным, чтобы Крис победил. Противник, казалось, превосходил его своей мощью.
Лилиана тихонько кралась к двери, заставляя себя не думать, что Крис, вероятно, погибнет из-за того, что пришел ей на помощь. Он был преступником, таким же, как те двое. Если Диас не убьет его, остаток своей жизни он проведет в тюрьме за попытку ее похищения.
Лилиана ухватилась за круглую ручку и приоткрыла дверь всего на какой-то дюйм, когда кто-то схватил ее и решительно эту дверь захлопнул.
Вся во власти ярости и страха, она повернулась, готовая вцепиться ногтями в лицо схватившего ее человека. Это оказался Крис. Диас лежал на полу. Из его груди торчал нож.
Ее затошнило при виде мертвого человека. Но лицо Криса не отражало никаких чувств: ни отвращения, ни угрызений совести. Ничего!
Лилиана, запинаясь, едва смогла пролепетать:
— Он мертв?
— Да.
— Что ты собираешься делать со мной?
— Будь я проклят, если знаю! — зло пробормотал он в ответ. — Но нам лучше убраться отсюда к черту! Молчи, когда мы будем в коридоре. — Он открыл дверь и потянул ее за собой.
Но Лилиана была слишком напугана. Этот спаситель — небритый мужчина с серьгой в ухе, с собранными хвостом черными как смоль волосами и татуировкой на руке не вызывал доверия. Его образ совершенно не соответствовал ее представлению о благородном рыцаре в блестящих доспехах, спасающем прекрасную принцессу.
— Отпусти меня! — взмолилась она. — Я ничего не буду говорить о тебе!
— Смотри, Синие Глазки! — раздался громкий крик, и на пороге появился Паулино, очнувшийся от удара лампой, который так искусно нанесла ему Лилиана. — Эй, куда это вы собрались? — поинтересовался бандит. Его еще шатало. Но мельком взглянув на тело Диаса, он выхватил пистолет из кобуры, спрятанной под пиджаком, направил его на Криса, а следовательно, и на Лилиану, стоящую рядом. — Ах ты сукин сын! — завопил он на Криса.
Девушка крепко зажмурилась, увидев смертоносное дуло пистолета прямо перед собой. Она ждала звука выстрелов. Но возле ее уха несильно прогремел лишь один.
Паулино растянулся на полу в дверях. На бежевом ковре вокруг его тела растекалось пятно крови.
Лилиана в ужасе перевела взгляд на Криса, у которого в руке был пистолет с глушителем. Он хладнокровно вернул смертоносное оружие за пояс джинсов.
Девушка не могла прийти в себя, голова кружилась, к горлу подступала тошнота, ее отчаянно тянуло погрузиться в темноту беспамятства. Но Лилиана понимала, что если сейчас потеряет сознание, то может не увидеть никогда дневного света. Было так мало шансов, что спасший ее бандит не воспользуется плодами своей победы над двумя своими сообщниками.
— Ты в шоке, — сказал он, констатируя факт. Оттащив Лилиану на руках к кушетке, он заставил девушку сесть и нагнуть голову к коленям, используя известный способ избавления человека от головокружения. Когда она попыталась подняться, он приказал: — Оставайся так! — Затем выглянул в коридор, чтобы убедиться, не нашлось ли любопытного или просто глупого, пожелавшего лично разобраться, почему шумят в соседнем номере. — У нас немного времени! Возможно, кто-нибудь позвонит властям и расскажет о стрельбе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
