психологический портрет того или иного человека. Надо сказать, что мне всегда было довольно стыдно это делать, поэтому, когда мой взгляд ловил кто-нибудь из незнакомцев, я мгновенно отворачивался в поисках новой цели и больше не поднимал на него глаза.
Казалось, что сегодня все шло против меня. Вселенная и на этот раз не решила оставить меня в покое и с первого раза подкинула мне следующий экземпляр. Первым человеком, на котором остановился мой взор, была молодая девушка в коричневом пальто, стоявшая у выхода из автобуса.
Сейчас я с трудом могу вспомнить ее портрет. По всей видимости моя память сделала мне великую услугу и стерла из головы все детали ее внешности, оставив только воспоминания о моих мыслях и коричневое пальто.
Неужели женщина… Нет, в целом – человек, может быть настолько красив, думалось мне. Снова и снова убеждаясь в реальности происходящего, я рассматривал ее несколько волшебных десятков секунд, по истечению которых она поймала мой взгляд. Я спешно отвернулся и продолжил свой анализ, рассматривая окно. Нет, совсем не то, что было за ним, а именно автобусное окно.
Я размышлял о том, что девушке, наверное, очень одиноко в этом мире с нами. В мире, переполненном некрасивыми в сравнении с ней людьми. Я бы даже сказал страшно некрасивыми. Было неприятно это осознавать, особенно учитывая то, что она прямо сейчас стояла в автобусе, забитом всякими страшилами. Ей здесь не место, это точно.
Поступив не по своим правилам, я снова поднял на нее глаза, проникся существованием этой девушки и на всякий случай вернул свои орбиты в безопасное положение. В окно. В нем недостаточно красивая женщина в черном плаще перебегала через дорогу на своих стройных ногах.
Я вспомнил о том, что и у меня где-то был такой же длинный и не слишком-то удобный плащ. Стоило бы его достать, весна как никак. В кожаной дубленке становится жарковато. Несмотря на все неудобства, я очень его любил и связывал с ним огромный багаж воспоминаний, о которых я обязательно расскажу как-нибудь в другой раз.
Сейчас же он терпеливо ожидал меня на балконе в дальнем шкафу. Казалось, что стоило мне только достать его и порыться в карманах, как я смогу неожиданно для себя обнаружить в них много сильно помятых и скомканных обрывков моего прошлого и десятирублевую монетку. Все это я забыл в плаще либо много лет назад, либо прошлой осенью.
Кто-то из толпы нечаянно пнул меня в ногу. Пришлось вспомнить, где я нахожусь. Внезапно меня охватило какое-то подобие паники. Я обернулся на девушку в коричневом пальто и в тот же миг успокоился. Она все еще была со мной, подумал я, как бы глупо это не звучало. Со мной…
Мне пришлось снова отвернутся к окну, так как я был пойман с глазнично-поличным уже во второй раз. Проклиная себя, я заметил в окне старика, который словно сошел со страниц сказки о Кощее Бессмертном или по крайней мере напоминал хозяина дома-монстра из старого американского мультфильма. Он стоял на остановке и яростно смотрел по сторонам. Черные зубы и глаза, остатки грязных волос на старческих висках и сильно опухший лысый затылок, который возможно был симптомом какой-то болезни. Женщина средних лет испуганно пятилась в противоположную от него сторону. Признаться честно, даже мне становилось жутко через толстое автобусное стекло от одного его вида. Я поймал себя на мысли, что скорее всего выглядел ничем не лучше него для девушки в пальто. Я снова всполошился и проверил ее наличие недалеко от себя.
Порой мне приходилось почуять какой-то приятный запах, принадлежность которого я, конечно же, наивно списывал девушке в пальто. Я покорно наблюдал за окном и за тем, что происходит снаружи, все оставшееся время. Последним, что я увидел перед выходом из автобуса, была совсем юная особа с непомерно большой для своих лет грудью. Она куда-то шла с парнем и постоянно поглаживала свой живот.
В моем спальном районе всегда было немноголюдно и прохладно. Только вечерний воздух встретил меня, хлестко пробежав по волосам и заставил встрепенуться. Я был уверен, что если бы он имел способность говорить, то обязательно бы заявил нечто подобное:
– Расслабься, парень, нет гарантии, что ты снова с ней встретишься.
– В этом есть доля правды, – ответил бы я.
– Конечно, я живу на этой земле испокон веков, как же я могу ошибаться?
Следующим утром я ехал на автобусе до университета и как обычно пялился в окно под японские мотивы Киши Баши в наушниках. Спускаясь по сильному склону вдоль того самого торгового комплекса, мне заложило уши в стократ сильнее обычного. Явная причина такому явлению была девушка, севшая справа от меня. Она сама и ее коричневое пальто заложили мне не только уши. Глаза, нос и все остальные органы чувств тоже решили моментально отказать. Боже, хоть бы она села со мной не из-за отсутствия других свободных мест, думалось мне. Я стремительно обернулся в поисках таковых. Однако так оно и было – все места были заняты.
– Черт! Паршивый ветер! – вслух пробормотал я, но к счастью не был услышан.
Я снова рассматривал многослойное стекло автобусного окна, припомнив старую тактику, и прорабатывал дальнейший план действий. Я нашел тему для разговора, мысленно ухватившись за ее чертежную папку, как Леонардо Ди Каприо за плот после крушения Титаника. По всей видимости, она так же, как и я, поступила на строительное направление. Возможно, архитектурное.
В какой-то момент девушка достала наушники и вложила их себе в уши. Я облегченно выдохнул и решил отложить разговор с ней на потом. Время на то, чтобы собраться с мыслями и пойти на контакт, оставалось достаточно. Наверняка, ведь она едет в университет.
Она сложила свой телефон в левый карман пальто и в нем же оставила свою руку, локоть которой теперь касался моего предплечья. Оставшееся время я ехал не шевелясь и с пустой головой на плечах. Только ветер ехидно завывал в ней, влетая и вылетая из заложенных ушей. Меланхоличная “Angelin” теперь звучала откуда-то из глубины этого эмоционального урагана.
На выходе из автобуса я пропустил ее вперед. Она легко спустилась на землю и направилась в сторону моего учебного корпуса, совершенно ни о чем не подозревая. Я же медленно шел за ней на ватных ногах. Несколько минут ранее я из прошлого наивно доверил этот тяжелый шаг себе из будущего. Зря? Спросите вы. Конечно, зря! Отвечу я. Все, что я мог сделать, – это отыскать какой-то ориентир,
