Билл проснулся на рассвете и почувствовал, что больше не может спать. Ничего удивительного: его биологические часы все еще были настроены по Гринвичу. Завтра в восемь утра Тигр отвезет его в один из пудунских небоскребов, где помещался офис «Баттерфилд, Хант и Вест», и у мистера Холдена начнется новая работа. А сегодня ему не терпелось увидеть, как при дневном свете выглядит мир, куда они попали. Попробуй усни тут! Билл осторожно выбрался из кровати, оделся и покинул квартиру.
Во дворе стояла единственная машина — лимузин Тигра. Сам Тигр спал в кабине, закинув босые ноги на приборную панель. Едва завидев Билла, китаец вскочил, будто солдат по тревоге.
— Куда желаете, босс? — спросил Тигр, торопливо надевая ботинки.
— Сегодня ведь воскресенье, — удивился Билл. — Неужели тебя заставляют работать и по выходным?
Вопрос озадачил и почему-то задел Тигра.
— Так куда поедем, босс? — вновь спросил водитель.
— Я пройдусь пешком. И перестань называть меня боссом.
Возможно, Тигр был китайским трудоголиком и воскресенье не имело для него никакой ценности. Однако на улицах Новой территории Губэй воскресное утро выглядело почти так же, как в Лондоне. Зашторенные окна спящих домов. Вокруг — ни души, если не считать одинокого любителя бега трусцой да собаковладельца, которого его зверь выволок из дому в такую рань. Но в отличие от Лондона начало июня в Шанхае было ощутимо жарким.
Билл не знал, куда идет. Ему не терпелось увидеть настоящий Китай, не имевший ничего общего с плазменными телевизорами и элитным шампанским «Дом Периньон». Этот настоящий Китай был где-то рядом; он просто должен быть где-то рядом. Однако Билла окружали многоквартирные дома самых невообразимых архитектурных стилей, перемежаемые аккуратно подстриженными лужайками и газончиками. Его поразило обилие непропорционально больших статуй. Потом Билла занесло на улицу, сплошь занятую ресторанами. Рестораны располагались чуть ли не в каждом доме: тайские, итальянские, какие угодно, но только не китайские. На глаза попался супермаркет «Карфур»,[3] затем пара международных школ, включая и ту, куда в понедельник утром отправится Холли. Билла приятно поразили маленькие, уютные парки. Симпатичное место. Даже не верится, что еще недавно они жили в угрюмом лондонском районе с высоким уровнем преступности. Здесь у них будет совершенно иная жизнь. Жена и дочь будут счастливы. Билла наполняла тихая радость.
Он посмотрел на часы. Пару часов Бекка и Холли еще точно проспят. У него есть время на знакомство с Шанхаем. Билл пошел навстречу восходящему солнцу. Новая территория Губэй осталась позади. Улицы вдруг начали быстро заполняться народом. На тенистых боковых улочках китаянки торговали мятыми фруктами. Увидев иностранца, они удивленно глядели ему вслед. Здесь никто не называл его боссом и не уступал дорогу. Наоборот, один прохожий довольно ощутимо задел Билла плечом, а другой плюнул ему под ноги. На стройплощадке трудились рабочие. Спецодежду им заменяли старые, заскорузлые от грязи пиджаки и такие же брюки. И это в воскресенье? А людей становилось все больше. Вскоре все пространство вокруг Билла было плотно забито людьми.
Билл остановился, попытавшись сориентироваться. По широким улицам, отчаянно сигналя, катились машины. Их водители одинаково игнорировали и пешеходов, и красные сигналы светофоров. Мимо Билла проехал дорогой серебристый «бьюик». За рулем сидела модно одетая девушка в солнечных очках. Следом пронеслась целая стая юрких «фольксвагенов-сантана» — городских такси. Прогромыхал грузовик со щебенкой; прямо на ней, в кузове, сидели люди. Вскоре Биллу показалось, что вся улица запружена грузовиками. Что они только не везли! Ящики, оранжевые пластиковые конусы, какими огораживают места дорожных работ, громко хрюкающие свиньи… Потом улицей вновь завладели легковые машины, новенькие, словно владельцы только что их купили и еще не успели удалить защитную смазку с корпусов.
Солнце поднималось все выше, а Билл по-прежнему шагал в восточном направлении. Городской шум нарастал. Он впервые ощутил себя чужаком. Может, для первого знакомства с «настоящим» Китаем хватит? Его чуть не сбила ехавшая на мотороллере китаянка. Женщина отчаянно сигналила. За ней, словно рой мух, понеслись велосипедисты в несуразных черных шлемах. Только сейчас Билл сообразил, что сон его был неглубоким, а усталость от долгого перелета никуда не исчезла. У него кружилась голова, на лбу выступили капельки пота. Но Билл продолжал упрямо шагать вперед. Он должен понять и прочувствовать Шанхай.
Билл забрел в район узких улочек, где сухощавые мужчины брились, обмакивая кисточки в старинные металлические чаши, а женщины кормили толстых малышей. На красных черепичных крышах ветхих домов сохло выстиранное белье, мирно соседствуя с тарелками спутниковых антенн. Потом этот квартал резко оборвался, словно был киношной декорацией. Билл вышел в ту часть города, где высились небоскребы и сияли витрины суперсовременных торговых центров.
Контрасты. Они подстерегали на каждом шагу. За стеклами витрин стояли невозмутимые манекены, наряженные в «Prada», а на улице смуглые от солнца и грязи китайцы пытались заманить Билла поддельными часами «Ролекс» и пиратскими копиями DVD-дисков с последним фильмом Тома Круза. Молодые китаянки прятались от солнца под разноцветными зонтиками, а обнаженные европейские модели на гигантских рекламных щитах предлагали косметику для сохранения белизны кожи. Билл мысленно сравнивал улицы Лондона и Шанхая. Здесь все было по-другому. Билл вдруг почувствовал, что и впрямь находится в самой населенной стране мира и ему надо признать этот факт, сжиться с ним. Шанхай просто не оставлял иной возможности.
Решив сократить дорогу до Бунда, Билл махнул рукой, подзывая юркую «сантану». Водитель не понимал по-английски и высадил его у берега Хуанпу. Чувствовалось, что он был рад поскорее избавиться от чужеземного пассажира. Билл огляделся и понял, что находится в районе верфи. Неподалеку виднелся паромный причал. Рядом стоял грязный паром, служивший местным жителям чем-то вроде общественного транспорта.
Билл подал контролеру самую мелкую из лежавших в его бумажнике купюр. Китаец оторвал ему билет и вручил несколько замызганных монет сдачи. Так Билл получил законное право пересечь реку Хуанпу. Осталось найти конец очереди. Потоптавшись немного, Билл, к своему удивлению, сообразил, что очереди как таковой не существует. Люди просто заполняли паром. Ему оставалось лишь последовать их примеру.
Старенький паром был уже и так набит под завязку, а желающих переправиться не убавлялось. Билла теснили со всех сторон, и он, чтобы не быть раздавленным, стал тоже пихаться и толкаться. Где-то на периферии мозга шевелилась тревожная мысль: перегруженная посудина может опрокинуться и затонуть. Но ее тут же заслонила другая. Билл наконец увидел настоящий Китай.
Люди.
Невероятное, ошеломляющее количество людей, исчисляющееся огромными цифрами. И это — тот фактор, благодаря которому он завтра приступает к своей новой работе. Он же определит ближайшее будущее его семьи в этом городе. Благодаря количеству людей, населяющих Китай, денежные проблемы семейства Холденов вскоре станут достоянием прошлого. Для Билла эти цифры были живыми. Еще бы! Он, как и любой бизнесмен от Сиднея до Сан-Франциско, ощущал их нутром. Миллиард населения! Миллиард клиентов, миллиард новых капиталистов. Миллиардный рынок, жаждущий насыщения товарами.
Билл не без труда выдернул руку и взглянул на часы, прикидывая, успеет ли вернуться к пробуждению своих женщин.
Паром стал медленно отползать от берега.
Днем они втроем совершили то, что делают все туристы, приезжающие в Шанхай. Отстояв очередь, Билл, Бекка и Холли поднялись в скоростном лифте на смотровую площадку «Восточной жемчужины» — шанхайской телебашни. Только там Билл увидел истинные размеры Шанхая. Город тянулся во все стороны и везде смыкался с линией горизонта.
С такой высоты все корабли на Хуанпу казались игрушечными. Но намного более красочное зрелище представлял собой близлежащий парк, наполненный невестами. Девушек было несколько сотен, в своих белых платьях они напоминали лебедей. Служащий, немного говорящий по-английски, рассказал, что сегодня праздник невест, когда они приходят к озерам парков и приносят разноцветный корм для тамошних карпов.
Билл поднял дочку на руки, чтобы ей было лучше видно.
— Завтра ты пойдешь в новую школу, — сказал он Холли.
Холли не ответила; она не могла оторваться от красочного парада невест.
— У тебя появится много новых друзей, — добавила Бекка, ободряюще похлопывая дочь по ноге.
Холли подумала об этом и закусила губу.
