— Нет. Я не твоя возлюбленная. Я не А-я . И я никогда не отрекусь от Никс.
Стоило мне произнести имя Никс, как кошмар исчез.
Я села в постели, дрожа и задыхаясь. Стиви Рей тихо сопела рядом, но Нала уже проснулась и включила ворчалку. Моя кошка выгнула дугой спину, распушила шерсть и, угрожающе прищурив глаза, смотрела куда-то поверх моей головы.
— Вот черт! — взвизгнула я и выскочила из постели. Потом обернулась и задрала голову, ожидая увидеть Калону, парящего над нами, подобно гигантской летучей мыши.
Но никого не было. То есть вообще никого и ничего.
Я схватила Налу, уселась на кровать и трясущимися от страха руками принялась гладить свою кошку.
— Это был просто кошмар… дурной сон… Бывает же, правда? Просто кошмар, — твердила я Нале, хотя прекрасно понимала, что все это вранье.
Калона был не просто кошмаром. Он был реальным , причем реальным настолько, что каким-то чудом ему удалось проникнуть в мои сны.
ГЛАВА 2
Ладно, хватит страдать! Пускай Калона настоящий, пусть он ухитрился пролезть в твой сон, но теперь-то ты проснулась. Соберись, тряпка!» — грозно приказывала я себе, продолжая гладить Налу.
Ее знакомое мурчание потихоньку меня успокоило. Стиви Рей пошевелилась во сне и пробормотала что-то неразборчивое. Потом, не просыпаясь, улыбнулась и сладко вздохнула. Ну вот, хоть кому-то повезло со снами!
Я осторожно отогнула край одеяла, под которым лежала моя подруга, и с облегчением перевела дух. На повязке, туго намотанной поверх страшной раны, не было крови. Это был хороший знак.
Стиви Рей снова зашевелилась и открыла глаза. Несколько мгновений она растерянно смотрела перед собой, потом узнала меня и сонно улыбнулась.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.
— Нормально, — сипло ответила Стиви Рей. — Не волнуйся, все обойдется.
— Попробуй не волноваться, когда твоя лучшая подруга взяла моду то и дело умирать, — улыбнулась я.
— На этот раз я осталась жива. Чуть-чуть не умерла, только и всего.
— Скажи это моим нервам! — вздохнула я.
— Передай своим нервам, чтобы они успокоились и шли спать, — посоветовала Стиви Рей и, закрыв глаза, натянула одеяло на голову. — Со мной все в порядке, — сонно повторила она. — И со всеми нами тоже.
Дыхание ее стало глубоким и ровным, и не успела я опомниться, как моя лучшая подруга снова уснула.
Я подавила глубокий вздох, вернулась в постель и постаралась устроиться поудобнее. Нала, уже свернувшаяся клубочком между мной и Стиви Рей, скорбно подняла голову и выдала свое жалобное «ми-ии-уф». Похоже, она тоже советовала мне расслабиться и уснуть.
Уснуть? И снова попасть в тот же сон? Нет, спасибо. Как-нибудь в другой раз.
Я лежала, прислушиваясь к дыханию спящей Стиви Рей, и рассеянно поглаживала Налу. Просто не верилось, до чего обычно все выглядело внутри созданного нами крошечного островка спокойствия. Глядя на мирно сопящую Стиви Рей, невозможно было представить, что всего несколько часов назад грудь ей пронзила стрела, наш привычный мир раскололся на миллиард осколков, и мы бежали из Дома Ночи.
Я изо всех сил боролась со сном, и в моем затуманенном мозгу опять замелькали жуткие события вчерашней ночи. Заново перелистывая страницы этой страшной книги, я снова и снова поражалась тому, как же нам все-таки удалось спастись…
Я вспомнила, как Стиви Рей попросила меня взять карандаш и листок бумаги, чтобы, не теряя времени, составить подробнейший список всего, что может нам понадобиться в туннелях, если судьба заставит нас обосноваться там надолго.
Она говорила все это совершено спокойным тоном, сидя передо мной с торчащей из груди стрелой. Помню, что меня дико мутило при одном взгляде на нее, и я отвернулась и пробормотала:
— Стиви Рей, мне кажется, сейчас не лучшее время для составления списков.
— Ой, божечки, как болит-то! Даже сильнее, чем когда наступишь голой пяткой на колючку чертополоха, — Стиви Рей со свистом втянула в себя воздух и поморщилась, однако нашла в себе силы обернуться через плечо и улыбнуться Дарию, который, резким движением разорвав рубашку на ее спине, хмуро осматривал торчащее между лопаток Стиви Рей острие стрелы. — Извини, я не имела в виду, что мне больно из-за тебя. Кстати, как тебя зовут?
— Имя мне Дарий, о жрица.
— Он воин, Сын Эреба, — добавила Афродита и улыбнулась на редкость милой улыбкой. Почему на редкость? Да потому что Афродита ужасно вредная, избалованная и злобная девчонка, хотя все больше и больше мне нравится. Короче говоря, милой она бывает крайне редко и практически всегда этому есть серьезная причина. Сейчас причина лежала — вернее, стояла — на поверхности. И имя этой причины было Дарий.
— Редкий случай, когда пояснения излишни, — заметила Шони. — Мы и так видим, что он воин. Он же сложен, как гора!
— Божественная гора! — промурлыкала Эрин, посылая Дарию воздушные поцелуи.
— У этой горы уже есть хозяйка, Близняшки-Деревяшки! Идите, поиграйте друг с дружкой, — мгновенно огрызнулась Афродита, но на этот раз без особой злобы.
Да, кстати, Шони и Эрин на самом деле никакие не Близняшки и даже не сестры. Белокожая и гoлyбоглaзaя красотка Эрин выросла в Оклахоме, а жгучая карамельная брюнетка Шони родом с Восточного побережья, в ее жилах течет ямайская кровь. Но духовная близость связала наших Близняшек сильнее скучных уз генетики. Порой нам всем кажется, что Шони и Эрин разлучили при рождении, но они нашли друг друга благодаря таинственному близнецовому радару.
— Ладно, как скажешь. Спасибо за напоминание о том, что мы остались без своих парней, — буркнула Шони.
— Которых, может быть, сожрали эти вонючие птицелюди, — добавила Эрин.
— Выше нос, Близняшки! Бабушка Зои не говорила, что пересмешники едят людей! Она сказала, что они просто хватают их своими огромными клювами, а потом колошматят об стену, пока все кости не переломают, — с ослепительной улыбкой пояснила Афродита.
— Афродита, тебе не стыдно? — вздохнула я. На самом деле она была права. Но еще страшнее было то, что и Близняшки, возможно, не ошибались…
Но я не хотела даже думать об этом, поэтому сосредоточилась на Стиви Рей. Она выглядела просто жутко — бледная, в испарине, вся залитая кровью.
— Стиви Рей, может быть нам лучше перенести тебя…
— Нашел! Нашел! — В небольшой боковой туннельчик, переоборудованный под жилище Стиви Рей, ворвался раскрасневшийся Джек в сопровождении неизменной палевой лабрадорши по имени Инфанта. Джек радостно размахивал над головой небольшим белым чемоданчиком с Красным крестом. — Он был там, где ты и сказала, Стиви Рей! В этом отсеке, типа кухни.
— Как только отдышусь, непременно отмечу, что был приятно изумлен, обнаружив здесь исправные холодильники и работающие микроволновки, — пропыхтел Дэмьен, входя в комнату следом за Джеком. — Не забудь объяснить, как вы умудрились оснастить туннели всеми этими чудесами, включая работающее электричество. — Увидев залитую кровью рубашку Стиви Рей и торчащую из ее груди стрелу, Дэмьен замолчал и побелел, как полотно. — Разумеется, все это ты расскажешь мне после того, как придешь в себя и перестанешь быть en brochette [1].
— Бро — что? — прищурилась Шони.
— Чего шет? — вздернула брови Эрин.
— Это французское слово, ослицы. Обозначает нечто — чаще всего мясо — насаженное на вертел. Даже когда зло «над этою страной носиться будет, к убийству призывая гласом мощным, и птиц войны спуская» [2] — в этом месте Дэмьен выразительно поднял брови, намекая Близняшкам, что он намеренно перефразировал Шекспира, приблизив его к современности, — нельзя забывать о расширении своего словарного запаса, — закончил он.
Судя по растерянному виду Близняшек, стрелы Дэмьена пролетели мимо цели. Он мученически закатил глаза и повернулся к Дарию. — Вот, я нашел это в груде совершенно нестерильных инструментов. — С этими словами Дэмьен достал нечто похожее на гигантские ножницы.
