выкрасить все ворота и заборы так же…. в цвета флага… Государю не понравилось… Доложили ему и о том, чья идея, и о том, каких трудов да растрат всё стоило…
Вошедший в кабинет статный господин, на вид чуть старше Алексея, строгой, но привлекательной внешности прервал беседу и окинул их взглядом с лёгкой улыбкой.
— Фёдор Васильевич, — кивнул в приветствие Архаров, и Алексей сделал то же самое.
— Рад видеть Вас, граф Алексей Петрович, — вздохнул тот и с сожалением обратился к Архарову. — Увы, Вас просят покинуть дворец немедленно, но я пришёл узнать, передали ли Вы все дела?
— Передал, — сообщил Архаров. — Я всегда выполняю всё по точному указанию.
— Вы обижены, я понимаю, — развёл руками Фёдор Васильевич. — Однако не будем обсуждать это. Я пришёл к Вам, граф, — обратился он к Алексею. — Пока Вы не уехали… У Вас есть время?
— Есть…
Алексей последовал за ним на улицу. Хоть и начался дождь, они медленно прогуливались, не покрывая голов и удаляясь от дворца. Фёдор Васильевич скоро снова вздохнул. Он всё же надел треуголку и, глядя далеко вперёд, стал тихо говорить:
— У Вас, знаю, не имеется желания служить в Москве, но Вы можете помочь новому главнокомандующему там…. графу Ивану Салтыкову… Поскольку Ваша служба тесно связана с Архаровым, с расследованиями подобного рода, Вам и поручаем вести тайное наблюдение за обоими братьями Архаровыми. За их поведением…. речами… Понимаете?
Алексей внимательно смотрел в ответ, чувствуя напряжение. Он принимал данное задание, как поступок нечестный по отношению к тому, кому отдал годы верной службы, кто его ценил, уважал, кого уважал сам. Понимая и собеседника, Алексей видел в его глазах не меньшее напряжение.
— Молчите? — кивнул тот, и так всё понимая. — Подумайте, граф… Мы с Вами люди практически одного возраста…. счастливо женатые на прекрасных дамах, молодые отцы.
— На сей раз я приезжал вновь просить об отставке, — смело сообщил Алексей, от чего у Фёдора Васильевича от удивления дёрнулась бровь, и он спросил:
— Вы не обдумали сие желание, полагаю. Я слышал, Вы верный слуга своему делу, но чтобы уйти сейчас?
— Как любой человек, стремлюсь к свободе. Хочу заняться лишь своим имением, семьёй.
— Семьёй, — кивал с пониманием его собеседник. — Такие люди иногда приносят своё счастье химере в жертву, Вы не думаете? Верноподданный так легко может сделаться преступником, нарушителем спокойствия общества, всего лишь поменяв блаженство на гибель… Закончить жизнь в позоре или угрызении совести… Вам ли?
— Вы не подумали, — был строг Алексей. — Здесь нет непослушания, нет восстания против власти или самовольства.
— О, я понял Вас, — кивал тот. — Хотите стать простым помещиком, предпочитающим спокойную жизнь при верном доходе. Кому такое не льстит? Но я хотел бы Вас просто проверить.
— Меня проверять не стоит, Фёдор Васильевич. Я не из тех, кто незаменим. Поручить сие задание, о котором сообщили, можно кому угодно.
— У Вас имеются друзья, — последовала улыбка собеседника. — Уверен, им уже сообщили о том же задании. Ваша троица весьма может прекрасно сослужить, а там, глядишь…. авось…. государь и наградит тем, что желаете.
— Вот как, — усмехнулся Алексей.
Он опустил взгляд на треуголку в своих руках и надел её на промокшие от усилившегося дождя волосы. Разочарование в тех картах, что выпали его судьбе, было глубоким. Он понимал, что попал в сети злого рока, откуда выбраться сейчас пока не удастся…
— Благодарю, Фёдор Васильевич, за пояснение… и задание… Будет выполнено…
Алексей попятился назад, кивнув собеседнику на прощание, и тот, оставшийся довольным, кивнул в ответ. Они разошлись в разные стороны, а на душе им оставался неприятный, тревожный осадок…
Глава 2
Сразу после посещения дворца, где вместо отставки получил неожиданное задание, Алексей не спешил вернуться домой. Мысли разные крутились в голове. Время будто застыло. Даже дождь, что недавно становился лишь сильнее, незаметно прекратился.
Медленно уезжал Алексей верхом к своему имению. Там его ждали, любили и никак не хотели, чтобы вновь наступила какая-либо разлука. Пытаясь найти слова, которых не было, Алексей отдал коня вышедшему конюху и направился в сад, где любимая сидела в тени деревьев с их новорождённым сыном.
Укутанный в нежность простыней и рук матери, тот и не подозревал ещё, как жестока бывает реальность, как мечты могут разрушиться, а жизнь… казаться бессмысленной…
Сев рядом с супругой, Алексей осторожно взял её за руку. Софья не сводила глаз с малыша и тихо сказала:
— Уснул наш беспокойный… Иона с Петром написали… Их малыш тоже плохо спит и часто плачет.
— Может потому что во время беременности пришлось так переживать? — предположил он. — А здесь дождя не было? — заметил он, что вокруг по-прежнему сухо и светит солнце.
— Нет, — улыбнулась Софья, а улыбка тут же исчезла, как только взглянула на любимого.
Глядя на сына, Алексей не скрывал тревоги. Он не собирался ничего скрывать. Слов не мог пока найти, а любимая стала волноваться:
— Что случилось?! Алёшенька?… Ты был у Архарова…
Только он так и молчал, теперь устремив взгляд куда-то в даль. Выдержав паузу, Софья поняла:
— Он снова отказал?
— Архаров, — сглотнул Алексей. — На его место назначили иных людей.
— Как это возможно?! — поразилась любимая, и он вздохнул:
— Уволен… Выслан прочь… И, как понимаю, вместо Москвы, его отошлют в имение в Тамбов. Брата Архарова постигла та же участь.
— За что?!
— За самоволие.
— А ты? — предчувствовала Софья трудные времена и для них. — Не молчи же…
— Мне, как и нашим друзьям, Николя и Антону, поручено следить за Архаровыми… За их речами да поведением. Ты понимаешь, что это значит?
Алексей не стал дожидаться никаких слов в ответ. Он немедленно поднялся, направив шаг к дому и скорее скрылся в нём. Сняв камзол, словно стало душно, развязав галстук и оставив его там же, на стуле, он прошёл в столовую и приказал подать обед с бутылкой вина.
Софья скоро села рядом. Она с тревогой заметила, что милый не притрагивался ни к еде, ни к вину. Всё глядел в стол и думал…
— Ты уедешь? — догадывалась она, а после затянувшейся паузы всё же сказала. — Возьми меня с собой.
— Это предательство, — сказал откуда-то издалека Алексей. — Выполняя этот приказ, я предаю Архарова… Буду уничтожен в его глазах, чего никак не хочу. Однако угроза уничтожения нам всем, если откажусь… Приказано следить, или…
— Быть уничтоженным сильным властелином, — договорила Софья, но вошедший слуга доложил о прибытии друзей.
Николая с Антоном тут же пригласили пройти и присоединиться к обеду. Переживая за происходящее, Софья оставила супруга в их компании.
