Лично я в свои 17 была девственницей до мозга костей. Я даже ни с кем не целовалась. Нет, я не была уродиной или задротом. У меня была прекрасная фигура, благодаря спорту, рост 170, длинные волосы и симпатичное лицо, я не была прыщавой или очкариком, просто мальчики не интересовали меня совершенно. Всем, кто пытался за мной ухаживать, я вежливо отказывала раз и навсегда. На фоне Аньки я была некрасивой подругой, но это меня мало волновало. Ровно до того момента, пока я не встретила ЕГО.
Заканчивался первый курс. Приближалось лето. Вместе с другими студентами мы с Анькой почти каждый день где-нибудь тусовались, кроме, разве что, квартирников, на которые я ходила без нее, поскольку такие вечеринки моя подруга находила весьма скучными. Именно там я подружилась с гитаристом Артёмом. Он находил мои стихи талантливыми настолько, что написал музыку к ним, и теперь я читала их под аккомпанемент. Наш дуэт вскоре стал настолько популярным, что мы начали выступать в барах на небольших капустниках. Самым излюбленным нашим местом был небольшой бар «Рыцарь». Атмосфера там была своеобразная. Щиты, шкуры и шлемы на стенах, грубые длинные деревянные столы. Было ощущение, что вот-вот войдет дружина после утомительного похода, пропустить по кружечке эля. Быдла среди посетителей я не встречала. Здесь никогда не было драк или склок. Почти все гости были знакомы друг с другом, а в случае, если все столы были заняты, можно было сесть за любой, где свободно место, и никто не посмел бы тебя прогнать.
Барменом с самого открытия заведения здесь работал здоровенный детина по имени Петя и по прозвищу Зверь. Он был барменом от Бога и очень весёлым человеком. Он следил, чтобы всем гостям, кто заказывает алкоголь, было 18, и постоянно травил весёлые байки. В основном по пятницам и субботам профессионалы здесь играли фолк и рок, в остальные дни гости развлекали себя сами. Чаще всего здесь проводились такие вечера, где любой желающий мог подняться на сцену и спеть или прочесть что-нибудь. Любое творчество тут было в почёте и уважении.
На первом таком выступлении я сломала каблук, поэтому мне пришлось выступать босиком, а единственное мое приличное платье, в котором я пришла, было черным. Артем быстро мне придумал псевдоним Helga Duran, который сразу же прижился. С тех пор я выступала в чёрном и босиком — это было моей фишкой.
Артём был гораздо старше меня. Он водился со мной в силу своей инфантильности. Вся наша тусовка была примерно такого же возраста. Мне было неинтересно с ровесниками, больше импонировали люди неординарные и творческие, у которых был какой-то опыт за плечами. Тёма и был таким парнем. Он любил выпить, поэтому не на одной работе долго не задерживался. Жил с родителями и довольствовался случайными заработками гитариста. Ему было 26, он был талантливым музыкантом и просто веселым распиздяем. Он первый парень, с которым я подружилась за свою жизнь. Между мной и Артёмом были чисто творческие отношения. Он ни разу не намекнул мне на то, что я нравлюсь ему, как девушка. Я никак не могла понять, бесит меня это или нет. С одной стороны мне нравилось с ним дружить, а с другой страдало мое девичье самолюбие. Неужели довольно симпатичный обаятельный парень не находит меня привлекательной девушкой? Впрочем, вокруг было столько красоток, что я, совершенно не пользовавшаяся косметикой и ходившая в одном и том же платье, вряд ли могла заинтересовать Артёма, пользовавшегося огромной популярностью у девушек.
Но, что такое настоящая популярность, я узнала совсем скоро. Артём написал мне во VK, что вечером будет концерт в баре. Его бывший одноклассник и друг Максим, про которого он мне все уши прожужжал, вчера вернулся из армии, и они дают концерт. Я еле выпросила денег у отца, в очередной раз соврав, что деньги мне нужны для учёбы. Если бы отец узнал, где я пропадаю по вечерам, он бы меня убил на месте. Мне пришлось выслушать очередную лекцию о распущенности молодежи, наркотиках и ранних абортах. Я понимала, что папа просто беспокоится обо мне, но в такие моменты его запоздалое воспитание меня накаляло. Я смиренно выслушала пламенную речь родителя, чмокнула его в щёку и побежала звонить Аньке. Одной мне идти не хотелось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Анька, привыкшая общаться в более светских кругах, в компании знаменитостей, идти ни в какую не хотела. Мне еле удалось её уговорить, потом я прокляну свою настойчивость, когда пойму, что звать её с собой было ошибкой. А пока я радостно бросила свой «Айфон» на кровать и начала собираться. В этот вечер я, повинуясь какому-то внутреннему чутью, надела простенькое платье, но вкупе с кедами, а не с туфлями, чуть завила волосы и подкрасила ресницы. Из зеркала на меня смотрела совсем другая девушка. Этот образ был для меня непривычен, лучше бы я собрала волосы в хвост и натянула джинсы, но сойдет и так. Если бы отец меня увидел в таком виде, то завалил бы расспросами, поэтому тайком я вылезла в окно и наперевес с рюкзаком отправилась развлекаться.
У самого входа в бар, мне пришло смс от Аньки, что она опаздывает. Это было в её стиле, потому я не удивилась. Я писала ей ответное «ясно» прямо на ходу, идя по узкому коридору, поэтому не заметила, как с размаху на меня налетел парень. От падения меня спасли его крепкие руки, которыми он ловко меня подхватил. А вот моему телефону повезло меньше, он с грохотом шмякнулся об пол, а следом за ним и моё сердце. Если он разбился, отец меня убьёт. Точно убьёт. Я и сама была готова на убийство придурка, который не смотрит, куда прёт.
Но стоило мне поднять глаза, как я забыла обо всем на свете. Бранные слова, готовые обрушиться на голову этого несчастного, застыли на языке. На меня смотрели огромные, абсолютно синие глаза, обрамленные густыми чёрными ресницами. Я немного откинула голову назад, разглядывая парня. Он был высоким, выше меня на полголовы. Темные, почти чёрные, слегка вьющиеся волосы, высокие, скулы, чувственные губы, ямочка на гладковыбритом подбородке. Мои глаза спустились ниже. Широкие плечи, мощный раскачанный торс, поверх которого была натянута сине-белая майка в полоску, как у моряков. Майка так плотно обтягивала мужскую грудь, что казалось, сейчас лопнет.
Я стояла в оцепенении, уставившись на этого красавца, который будто сошел с обложки журнала, пальцами всё ещё цепляясь за его плечи. Его руки держали меня за талию, прижимая к себе. Я тяжело дышала, вдыхая его пряный, неведомый мне доселе, запах, который закружил мою голову. Парень улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов, и я пришла в себя.
— Малышка, ты в порядке? — спросил он. Я кивнула головой.
— Какого чёрта ты не смотришь, куда идёшь? — зло зашипела я, вырываясь из его крепких рук. Меня буквально передёрнуло от слова «малышка».
Парень ничего не ответил. Он ловко подхватил с пола мой телефон. Увидев его марку, он усмехнулся и протянул его мне. Я поняла, что он цел, и облегченно вздохнула.
— Хей, детка, все хорошо? — переспросил парень, кивая на телефон. — Ты одна? — поинтересовался он. Я хотела зайти в дверь, но мне перекрыли дорогу.
— Хей, придурок, — передразнила я его. — Я тебе не детка. — Я попыталась оттолкнуть его с дороги, но это было все равно, что толкать стену. — Пропусти-ка, меня ждут! — грозно потребовала я.
Парень рассмеялся, но все же отошёл в сторону и даже открыл для меня дверь.
— Благодарю! — бросила я парню, даже не взглянув больше на него, и отправилась на поиски Артёма.
Я нашла его в гримёрке. Тёма сидел за столом, настраивая гитару. Стол ломился от выпивки и закусок.
— Ольга, приве-е-ет! — радостно протянул он. Я поцеловала его в щеку, чувствуя резкий запах алкоголя. Присмотревшись к нему внимательней, я поняла, что он уже изрядно навеселе. — Познакомься, это Макс! — воскликнул Артём, показывая рукой в сторону двери. — Макс, это моя Олечка!
Я обернулась и обомлела. На меня с улыбкой смотрел тот самый парень, с которым я только что поцапалась у входа в бар. Он подошел ближе, и я отметила, как грациозно он двигался. Было что-то звериное в его облике и невероятно опасное.
