Свернув за угол, карета выехала на набережную. Впереди по курсу показался Вестминстерский дворец.
– Так что конкретно нам известно о Хадсоне? – поинтересовался Рейф.
Зено состроил кислую мину.
– Пока немного. Достоверно известно, что Хадсон занимался биржевыми спекуляциями и сделал несколько удачных инвестиций в железные дороги, чем и нажил приличное состояние. – Карета притормозила у здания парламента. Инспектор вышел из экипажа первым и, не дожидаясь остальных, энергично зашагал к помпезному входу для членов парламента. Рейф и Флин поспешили следом.
– Хадсон получил место в правительстве четыре года назад. – Зено говорил отрывисто, глядя прямо перед собой и не замедляя шага. – У него дом в Лондоне и поместье в Кентербери.
Зено предъявил документы охране у входа и, коротко бросив: «Они со мной», провел сослуживцев под нарядные дворцовые своды, отделанные золотистым бутовым камнем. В палате общин кипела работа. Эксперты-криминалисты, кто с лупами, кто без, прочесывали проходы в поисках улик.
Рейф окинул взглядом обитые зеленой кожей скамьи. Ничего, кроме пустых сидений.
– Где тело?
Зено посторонился, дабы обеспечить лучший обзор. Бывалые сыщики Скотленд-Ярда перевидали немало трупов на своем веку, но вид этого покойника поверг в изумление и Рейфа, и Флина.
На скамье третьего ряда, в самом центре восседала мертвая голова. Вернее, не восседала, а плотно сидела на обутых в модные остроносые ботинки ступнях, которые, в свою очередь, стояли в луже крови, растекшейся по зеленой коже сиденья.
Зрелище не для слабонервных.
Рейф, выйдя из кратковременного ступора, окинул росшую из ботинок голову оценивающим взглядом.
– Впечатляет.
Флин кивнул:
– Хотелось бы знать, кто с ним так разделался. Есть какие-нибудь соображения?
– Хадсон был человеком богатым и к тому же членом парламента. У него наверняка имелось немало завистников, – резонно заметил Зено.
От созерцания мрачной картины их отвлек эксперт-криминалист, который, подойдя к голове с раскрытым мешком для улик, деловито осведомился у начальства:
– Мы можем забрать останки, мистер Кеннеди?
Зено приподнял бровь и, обернувшись к Рейфу и Флину, коротко бросил:
– Вам достаточно того, что вы увидели?
Рейф нехотя приблизился к мертвой голове и присел перед ней на корточки.
– Надо бы оценить характер повреждений. – Эксперт-криминалист послушно приподнял обескровленную голову. Рейф вынул карандаш из внутреннего кармана пиджака и с его помощью приподнял нос незадачливого члена парламента, с глубокомысленным видом изучая то, что когда-то было неотъемлемой частью единого организма. – Нам известно, какого роста был мистер Хадсон? – Зено неопределенно пожал плечами, и тогда Рейф обратился к эксперту: – Мы можем хотя бы примерно оценить рост жертвы?
Эксперт с молчаливого согласия детективов убрал голову в мешок и развернул складной металлический метр. Измерив один ботинок, он заявил:
– Джентльмен был высоким, сэр. По моим предположениям, не ниже шести футов.
Рейф с довольным видом кивнул, словно услышал именно то, что хотел.
– И какое расстояние между рельсами в Кенте?
Зено пристально посмотрел на Рейфа. Глаза его блеснули пониманием.
– Кто-нибудь знает, какова стандартная ширина железнодорожной колеи?
Молодой, лет двадцати на вид, эксперт, что изучал проход между скамьями ярусом ниже, поднял голову.
– Разные железнодорожные пути имеют разную ширину колеи. Единого стандарта пока нет, мистер Кеннеди, хотя… – Парень снял кепку и почесал затылок. – Что-то между четырьмя футами и девятью дюймами и пятью футами с лишним, если я правильно помню.
Рейф невольно усмехнулся.
– Получается, что его положили поперек узкоколейки, а тут выехал поезд, и…
– И снес ему голову. – Флин мрачно усмехнулся. – И ступни.
Даже Зено не сдержал кривой ухмылки.
– Я отправил нашего главного эксперта-криминалиста в Кент. Он опрашивает членов семьи покойного. Сегодня вечером я получил телеграмму от Арчи. Похоже, Хадсон пропал среди ночи.
Рейф хотел присесть на скамью, но в последний момент передумал.
– Его похитили прямо из спальни?
Главный инспектор вздохнул и задумчиво окинул взглядом зал заседаний.
– Похоже на то. – Взгляд его остановился на Флине. – Арчи хороший работник, но он ученый. У него нет вашей интуиции. Я хочу, чтобы вы встретились с ним в Кентербери. – Зено достал из внутреннего кармана пухлый конверт и протянул его Флину. – Здесь суточные и контактная информация.
– И возьми с собой Алфреда. – Зено кивнул в сторону собаки-ищейки, что обнюхивала проход ярусом ниже. – Сдается мне, что, прогуливаясь вдоль железнодорожных путей между поместьем Хадсона и железнодорожной станцией в Кентербери, ты наткнешься на кое-что интересное. Например, на пропавшее тело.
– Или на коровью лепешку. За что я и не люблю деревню. – Рейф подмигнул своему партнеру. – Соглашайся, все лучше, чем торчать на Кливленд-стрит.
Зено наклонился к Рейфу:
– Борьба с безнравственностью тебя не вдохновляет?
Рейф брезгливо скривился.
– Невелика доблесть – копаться в чужом грязном белье, даже если этого требует гражданский долг.
Зено лишь согласно хмыкнул в ответ.
– Если бы не тот чертов шантажист, так и жили бы себе спокойно и другим давали жить.
Сыщики покинули дом парламента, прихватив с собой пополнение – собаку-ищейку по кличке Алфред. Теперь в салоне кареты их ехало четверо. Флин и пес вышли в Сохо – там у Флина имелись апартаменты.
– Прошу докладывать мне о ходе расследования дважды в день, мистер Рис, – распорядился Зено и тут же постучал набалдашником трости в потолок кареты, давая кучеру знак отъезжать.
– Куда теперь? – поинтересовался Рейф.
– На станцию Чаринг-Кросс, – непререкаемым тоном заявил инспектор. – Мы с Флином будем вести расследование здесь, в Лондоне. А ты отправишься в Эдинбург.
В Эдинбург? В свой родной город? Только не это. Но Зено, зная кое-какие подробности биографии своего подчиненного, не стал бы посылать Рейфа в Эдинбург просто так, без веской причины.
– В Эдинбург, значит? Расследовать убийство… кого? – То ли он вправду обладал шестым чувством, то ли сработала профессиональная интуиция, но Рейф вдруг понял, что знает ответ на свой вопрос. И от догадки по спине его пробежал холодок. – Эмброуза Грейвил-Ньюджента?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
