2
Ричард Катлетон медленно застегивал пуговицы на рубашке и напряженно размышлял о том, как же ему жить дальше. Дело в том, что это была последняя новая рубашка, и носить ее предстояло очень долго, так как денег у Ричарда не было даже на то, чтобы позавтракать. В дверь комнаты постучали, но он даже не оглянулся.
— Ты оглох, что ли? — спросил его, войдя, Уоррен.
Ричард протянул другу руку.
— Что случилось? Кого хороним? — поинтересовался Уоррен, усаживаясь на колченогий стул.
— Ты случайно не знаешь, где можно найти работу для меня? — спросил Ричард.
Уоррен глубоко вздохнул.
— Этот вопрос ты задаешь мне по двадцать раз на дню. Если бы я мог тебе чем-то помочь, то помог бы. Я предлагал тебе работу официанта, но ты отказался.
Ричард вышел из ступора и громко фыркнул.
— Официанта! Еще чего не хватало!
— Ах, простите, ваше величество! Я и забыл, что вы не можете позволить себе опуститься до уровня «кушать подано»!
Ричард открыл окно, но тут же захлопнул его, чуть не задохнувшись от смога.
— Что за город! — возмутился Ричард. — Не дают спокойно вдохнуть ни в прямом, ни в переносном смысле!
— Это не город виноват, а район, в котором ты живешь. Не могу понять, как только ты мог забраться в такую глушь, учитывая твои эстетические запросы.
— Даже мои эстетические запросы меркнут перед дороговизной жилья в других районах, — сказал Ричард. — Если в ближайшее время мне не дадут какую-никакую роль, мне придется умереть от голода. Я согласен даже на массовку!
— И все же официант — это куда более стабильный вариант, — осторожно заметил Уоррен.
— Я актер, а не официант!
— Ты безработный актер со множеством ненужных амбиций.
— Вон, — прошипел Ричард. — И без тебя тошно.
— Ну уж нет. — Уоррен положил ноги на соседний стул. — Я себя здесь прекрасно чувствую. К тому же кто-то ведь должен вправить тебе мозги.
— Может быть, в твоей конторе есть хоть какое-то место для меня? — с надеждой спросил Ричард.
— Ты же актер, — напомнил безжалостный Уоррен. — Какое у нас может быть для тебя место?
Ричард с размаху опустился на кровать. Пружины под ним жалобно заскрипели. Уоррен покосился в его сторону.
— Может быть, реклама? — предположил он.
— Пробовал. Мест нет. Туда пробиться еще сложнее, чем в массовку в самой захудалой картине.
Уоррен покачал головой.
— Плохо твое дело.
Ричард не ответил. Хорошо Уоррену рассуждать. У него-то есть постоянная работа. Даже если он ее потеряет, то без труда устоится еще куда-нибудь. А он, Ричард? Единственное, что он умел, — играть. А безработных актеров и без него пруд пруди. О чем он только думал, выбирая эту профессию? Впрочем, известно о чем. Тогда он был еще слишком юн, чтобы задумываться о будущем. Ричарду казалось, что он станет знаменитым и будет всю оставшуюся жизнь греться в лучах славы. А на поверку все оказалось иначе. Ему тридцать два, и даже второстепенные роли уже давно никто ему не предлагает. Ричард знал, что у него есть талант, но таких, как он, актеров, талантливых и безработных, было полно.
— Просто кому-то везет, а кому-то нет, — пробормотал Ричард.
— Что? — не расслышал Уоррен.
— Пойду утоплюсь! — громко провозгласил Ричард. — Идем со мной, будешь свидетелем того, как умирают таланты.
3
Маргарет Крауфорд стояла у могилы мужа и утирала слезы кружевным платочком. Даже в траурном наряде она выглядела сногсшибательно. Бетти вздохнула, подумав, что это даже неприлично, если вдова так хорошо выглядит. По-видимому, так думала не одна Бетти, потому что на Маргарет бросали косые взгляды многие женщины. Зато мужчины не могли оторвать от молодой вдовы восхищенных взглядов. Маргарет, широко раскрыв свои и без того большие серые глаза, которые блестели будто хрусталь, даже когда на них не наворачивались слезы, смотрела на священника. Она старательно припудрила щеки, но даже качественная косметика не смогла скрыть естественный румянец. Словом, вдова цвела, как майская роза.
После окончания печальной церемонии Бетти взяла Маргарет под руку и отвела в машину, которая ждала их. Маргарет оглянулась, бросая последний взгляд на могилу, и гордо прошествовала за подругой.
— И все-таки мне его очень жаль, — сказала Маргарет, когда они с Бетти вечером сидели у камина и потягивали вино.
— Гм… — неопределенно отозвалась Бетти.
— Он был таким… неприхотливым, — продолжала Маргарет, не обращая внимания на хмыканье подруги. — Идеальный, по сути, муж. Сидит себе целыми днями в кабинете, дает мне деньги на наряды, иногда выбирается со мной на приемы… Одно плохо: он был совершенно равнодушен к сексу.
— Ты могла бы завести любовника, — сказала Бетти. — Многие мужчины с радостью кинулись бы к твоим ногам, если бы ты просто их поманила пальцем.
Маргарет сделала еще глоток из своего бокала и прищелкнула языком.
— Прекрасное вино… Нет, Бетти, я поступала честно по отношению к Чарльзу. Наш брак был не чем иным, как сделкой, и я по возможности старалась не нарушать ее условия.
— По возможности? — переспросила Бетти, с интересом посмотрев на Маргарет.
— Ну да. — Маргарет замялась. — Видишь ли, несколько раз я все же изменила Чарльзу.
— И я об этом ничего не знаю?! — Возмущению Бетти не было предела.
Маргарет была довольна произведенным эффектом.
— Извини, я не могла об этом рассказать даже тебе. Это было всего четыре раза за все эти годы. И все получалось совершенно спонтанно. Да простит меня Чарльз, если он меня сейчас слышит.
Бетти поёжилась.
— А ведь и правда. Вдруг он сейчас здесь?
Маргарет расхохоталась.
— Ну, Бетти! Никогда не думала, что ты такая трусиха.
— Трусиха не трусиха, — сказала Бетти, украдкой осматриваясь, — но я верю в жизнь после смерти.
— Ну а я нет! — провозгласила Маргарет. — Меня не интересует, что будет после того, как я умру. Мне интересно знать, что со мной станется завтра. А каким будет это завтра, целиком зависит от меня самой.
— Что ты намерена делать?
Маргарет поднялась с кресла и поставила свой бокал на каминную полку.
— Прежде всего, необходимо знать, сколько мне досталось в наследство. Чарльз никогда не был жадиной, но и транжирой его можно назвать с трудом. Так что, думаю, меня ожидает солидный куш. А при помощи денег, с мужем или без оного, но я буду вхожа в любое общество. Фамилия Чарльза откроет передо мной все двери. Жаль, что до оглашения завещания придется ждать. Ненавижу эти правила!
— У него есть близкие родственники? — спросила Бетти, которую заразил азарт Маргарет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
