Кристалис несколько секунд глядела на него прежде, чем ответить.
– С кем еще я сплю, не твое дело, – наконец протянула она с британским акцентом, фальшивым, насколько знал Бреннан, хорошо разбираясь в языках.
– Тогда я лучше пойду, – сказал он, кивая и вставая.
– Подожди, – сказала она, тоже встав. Они долго глядели друг на друга, и она наконец заговорила примирительным тоном: – По крайней мере, выпей. Спущусь, налью в графин. Ты выпьешь, и мы… мы поговорим.
Бреннан устал, и у него не было в Джокертауне другого места, где он мог бы остаться.
– Хорошо, – тихо сказал он. Кристалис укуталась в шелковое кимоно, расписанное струями дыма в виде силуэтов скачущих во весь опор лошадей, и оставила его, наградив улыбкой, скорее, смущенной, чем загадочной.
Бреннан принялся расхаживать по комнате, глядя на свое отражение во множестве антикварных зеркал, украшавших стены спальни Кристалис. Надо было уйти, сказал он себе, оставить все это, но Кристалис была потрясающей женщиной не только в постели. Вопреки здравому смыслу он понимал, что ему нужна ее дружба, сказать честно, ее любовь тоже.
Прошло уже больше десяти лет, и впервые он позволил себе полюбить женщину, но, как он осознал, попав в Джокертаун, чувства – не единственное, что он позволил себе. Он не мог жить лишь во имя ненависти. Сложно понять, полюбил ли он Кристалис настолько же сильно, как свою жену, женщину, в которой смешались французская и вьетнамская кровь и которая погибла от рук убийц, подосланных Кином. Он вовсе не желал испытывать любовь к женщинам, продолжая слежку за Кином, но, несмотря на всю его концентрацию на текущей задаче, несмотря на дзенский тренинг духа, желаемое и реально происходящее часто различались очень сильно.
Он молча стоял в спальне Кристалис, стараясь не вспоминать прошлое. Шли долгие минуты, и он вдруг понял, что Кристалис уже пора бы вернуться.
Он нахмурился. Непостижимо почти что, чтобы что-то случилось с Кристалис в «Кристальном дворце». Но привычная настороженность, которая спасала Бреннану жизнь столько раз, что он уже и со счету сбился, заставила его собрать лук прежде, чем идти на ее поиски. Было бы глупостью натолкнуться на нее в темноте, но для него это не впервой. Лучше чувствовать себя глупым, чем мертвым, а последнее ощущение было знакомо ему куда лучше, чем хотелось бы.
В коридоре на третьем этаже Кристалис не было и на лестнице, ведущей в бар, тоже. Он услышал приглушенные голоса, бесшумно спускаясь по лестнице.
Вынул стрелу и наложил на тетиву. Выглянул из-за угла, в бар. Стиснул зубы. Он был прав, приняв меры предосторожности.
Кристалис стояла у длинного полированного деревянного стола, протянувшегося почти через весь бар. Рядом стоял пустой графин, о котором ей уже пришлось забыть. Она скрестила руки на груди и стиснула зубы. Ее губы вытянулись в тонкую линию, выражая крайнее недовольство.
Ее держали за руки двое, а третий сидел за столом напротив нее. В полумраке ночного освещения Бреннан с трудом мог разглядеть пришедших, но у них были грубые и жесткие лица. Сидящий за столом постукивал пальцами, рядом с его рукой лежал хромированный пистолет.
– Давай же, – сказал он тихо, но очень угрожающе. – Нам просто нужна информация. Вот и все. Мы даже не расскажем, откуда ее получили.
Он откинулся на спинку стула.
– Скоро начнется война, но мы не знаем, в кого стрелять.
– Думаешь, я знаю?
Бреннан уловил в протяжной манере речи Кристалис гнев, но за гневом скрывался и страх.
Сидящий улыбнулся.
– Мы знаем, что ты знаешь, малышка. Ты все знаешь про эту хренову дыру по имени Джокертаун. А мы знаем, что кто-то собирает вместе грошовых грабителей в нечто, что теперь называется «Призрачный кулак». Они начинают работать на нашей территории, отбирают у нас клиентов, лишают нас прибыли. Пора прекратить это.
– Если бы я и знала имя, – с нажимом ответила Кристалис, – у тебя бы денег не хватило, чтобы за ответ расплатиться.
Сидящий покачал головой.
– Ты не понимаешь, – сказал он. – Это война, малышка. И она обойдется тебе дороже, чем ты могла бы заплатить за право промолчать.
Он сделал паузу, давая Кристалис время осознать смысл сказанного.
– Сэл, – обратился он к человеку, стоявшему справа от Кристалис, – я все время думал, а будут ли шрамы на ее знаменитой невидимой коже?
Сэл задумался.
– Давай проверим, – наконец сказал он. Раздался громкий щелчок, и Бреннан увидел, как блеснул свет на отполированном лезвии. Сэл махнул ножом в сторону Кристалис, и та отшатнулась к бару. Открыла рот, чтобы закричать, но второй мужчина, стоявший слева, закрыл ей рот рукой в перчатке. Сэл рассмеялся. Бреннан встал во весь рост и выпустил стрелу. Она ударила Сэла в спину, и тот кувыркнулся через стол. Никто не понял, что произошло, разве что Кристалис. Сидевший за столом вскочил, хватая пистолет. Бреннан хладнокровно выпустил следующую стрелу, пронзая ему горло. Второй громила, державший Кристалис, разразился потоком ругательств и принялся лихорадочно вытаскивать пистолет из-под куртки, из нагрудной кобуры. Бреннан прострелил ему правое предплечье. Выронив пистолет, бандит отпустил Кристалис, резко разворачиваясь и с изумлением глядя на охотничью стрелу с дюралевым древком, пронзившую ему руку.
– Боже, о боже… – пробормотал он. Наклонился, чтобы подобрать пистолет.
– Тронь его, и следующая будет у тебя в правом глазу, – тихо сказал из темноты Бреннан.
Громила осознал угрозу и выпрямился, опираясь о бар. Сжал раненую руку, тихо постанывая.
Бреннан вышел от лестницы в пространство, освещенное рассеянным светом ночного светильника. Бандит пристально глядел на бритвенно острый наконечник стрелы, наложенной на тетиву.
– Кто они? – резко и отрывисто спросил Кристалис Бреннан.
– Мафия, – дрожащим от напряжения и страха голосом ответила она.
Бреннан кивнул, не сводя глаз с бандита, который, не отрываясь, глядел на направленную ему в горло стрелу.
– Ты знаешь, кто я такой?
Мафиози энергично закивал.
– Ага. Ты тот самый Йомен, киллер с луком. Всю дорогу про тебя в «Пост» читаю.
От страха слова полились из его рта потоком.
– Точно, – согласился Бреннан. Мельком глянул на того, что перед этим сидел за столом. Бандит лежал на полу, скрючившись, под ним расплывалась лужа крови, а из его шеи торчало оперение стрелы. Сэла Бреннан и проверять не стал. Ему он попал точно в сердце.
– Тебе повезло, – таким же мертвенно ровным голосом продолжил Бреннан. – Знаешь почему?
Мафиози резко затряс головой и вздохнул с облегчением, когда Бреннан ослабил тетиву и отставил лук в сторону.
– Кому-то надо доставить послание от меня. Кто-то должен сказать твоему боссу, что Кристалис неприкосновенна. Сказать, что у меня припасена стрела с его именем и я не замедлю познакомить его с ней, если узнаю, что с Кристалис что-то случилось. Как думаешь, сможешь объяснить ему это?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
