Мелисанда устало улыбнулась.
– Многие мужчины считают времяпровождение с семьёй утомительным. Сегодня не сильно отличается от любой другой ночи: будь то праздник или нет.
– Я был уверен, что сегодня у тебя выходной.
Настала её очередь пребывать в замешательстве.
– Тогда что ты здесь делаешь?
Его щёки стали ярко-красного цвета.
– Вот, – сказал Билл, и когда протянул руку, Мелисанда заметила маленькую коробочку в середине его ладони.
Девушка смотрела на деревянную коробочку, пока не осознала, что холод начал просачиваться сквозь её сапоги к подошвам ног.
– Я постучал в дверь, но никто не открыл. Подумал, что служанка на кухне скоро появится, – когда девушка не ответила, мужчина немного приподнял ладонь. – Это подарок.
– Для меня? – Мелисанда прижала руки в перчатках поближе к груди и напряжённо сжала пальцы. К коробочке она не притронулась. – Но почему?
– Я... – мужчина покачал головой. – Мне просто показалось, что тебе должно это понравиться. Когда я увидел это, то подумал о тебе.
Подарок для неё. В этом не было никакого смысла. Мелисанда поглядела на мужчину с опаской.
– Я не знаю, должна ли принять его.
Билл накрыл рукой подарок.
– Почему?
Потому что ей мерещился подвох. Девушка покачала головой.
– Тебе нужно подумать?
Она отступила назад, пока все еще наблюдала за ним. Девушка не знала, как должна была поступить, но почему-то это решение казалось ей весьма важным.
– Я иду на мессу, так что мне не стоит задерживаться.
– Блудницы ходят в церковь? – спросил Билл, высоко подняв брови.
Мелисанда наклонила голову, пока её плечи напряглись от шока.
– Некоторые ходят, – отрезала девушка.
– Прости, – покаялся мужчина даже прежде, чем она закончила говорить. – Я не это имел в виду.
– Не имел в виду что? Что я – шлюха? Или что Бог не может любить меня?
– Мелисанда... извини. Просто возьми это, – он схватил её за руку и перевернул, чтобы положить на ладошку подарок. – Последний раз, когда я был здесь, ты сказала, что твоей семьи больше нет, и я переживал о том, что нет никого, кто мог бы пожелать тебе счастливого Рождества. Вот и всё. Извини, если побеспокоил тебя.
Девушка посмотрела вниз на руку и коробочку, которую мужчина принёс для неё. Она сказала ему, что у неё не было семьи? Должно быть, когда лежала с ним в постели после секса. Он оказывал на Мелисанду странный эффект. Она не могла понять, почему, но он ей нравился. Билл не был похож на других.
Правда в том, что её мать была жива, но Мелисанда ушла от неё много лет назад. Мать превратила её в проститутку в возрасте тринадцати лет. Она терпела это до семнадцати, а потом поняла, что лучше у неё вообще не будет матери, чем будет та, что заставляла её этим заниматься.
У девушки где-то были даже тетя и кузены, но они были уважаемыми людьми, слишком порядочными для такой как Мелисанда.
– Мне надо идти, – тихо сказала она, пока всё ещё смотрела на подарок.
– Я провожу тебя, если хочешь.
Это потрясло её гораздо больше, чем презент. Мелисанда хмуро посмотрела на мужчину.
– Проводишь шлюху до церкви?
Мужчина поджал губы. Он казался мрачным человеком, которому нелегко давалась улыбка, и его высокий рост заставил девушку понервничать, когда он посетил её впервые. Сейчас же Билл выглядел как никогда сердитым.
– Всего лишь удивился, что ты захотела туда пойти. Я разочаровался в церкви давным-давно. Полагал, что и ты тоже. Но составлю тебе компанию, если возьмешь меня с собой. Хотя, возможно, ты предпочитаешь быть в одиночестве.
Честно говоря, Мелисанда не была уверена, что хотела находиться в одиночестве. Когда она работала, то жаждала этого одиночества. Хотя бы часа наедине с собой, без постороннего тела, которое вторгалось в неё. Но когда девушка оставалась одна, то чувствовала себя одинокой, потому что в этом мире не осталось больше души, которая бы любила её.
Именно поэтому Мелисанда по-прежнему ходила в церковь при первой возможности.
– Ты можешь проводить меня, – импульсивно произнесла она. – Если хочешь. Но внутрь не заходи. Я не могу находиться там с мужчиной.
Напряжение с его лица сошло на нет.
– Хорошо. Спасибо.
Девушка повернулась, чтобы продолжить путь к церкви, и нахмурилась от того, что он поблагодарил её, как будто для него было большой честью сопровождать такую женщину куда-либо. Билл шёл рядом с ней, почтительно сложив руки за спиной, как будто посылал ей сигнал о том, что не обидит. Мелисанда чувствовала, что он бросал на неё косые взгляды, но мужчина так и не проронил ни слова.
Они вышли на улицу, которая была залита солнечным светом, но это не спасало от холода. Мелисанда была уверена, что её нос покраснел, но она старалась не чувствовать себя неловко из-за этого. Его бледные ирландские щёки до сих пор были розовыми от ветра.
Билл всегда ей нравился. Золотистые волосы, белая кожа и тёмно-карие глаза. Его бледность казалась прекрасным дополнением к её коричневой коже. Когда руки мужчины скользили по её бедру, то от этого у Мелисанды горела кожа. Странно, что она воспринимала Билла таким образом, в то время как другие белокожие мужчины казались ей больными.
– Разве ты не проводишь Рождество со своим братом? – спросила она.
Он как-то упомянул о том, что у него есть старший брат.
– Он сбежал в Калифорнию. Думаю, что он исчез точно так же, как и другие мои братья. Один в Мексику. Один вернулся в Ирландию. Он родился здесь, как и я, но после смерти мамы, не мог дождаться того дня, когда вернётся на родину.
– Получается, что у тебя тоже нет никого, кто пожелал бы тебе счастливого Рождества?
– Нет, но я и не против. Все хорошо.
Было приятно идти с ним по улице; здания становились всё меньше и проще, по мере того, как они шагали дальше. Брусчатка под ногами была устойчивее. Сегодня всё пахло чистотой, дымком и специями, что уносило её заботы прочь всякий раз, когда она вдыхала эти ароматы.
Они достигли церкви раньше, чем девушке бы того хотелось, и вдруг их окружил шум, движение и слишком большое количество людей.
Мелисанда колебалась, пока стояла у чугунной ограды погоста, потому что не хотела, чтобы их интерлюдия заканчивалась.
– Ты можешь войти, – предложила она. – Но не вместе со мной. Сядешь рядом с другими белыми людьми.
– Я подожду здесь.
– Почему? – не такого ответа она ожидала.
– Потому что я так хочу. Если, конечно, ты не желаешь, чтобы я ушёл.
Было бы лучше сказать ему, что он должен уйти. Мелисанда знала это. Любое поощрение с её стороны и некоторые мужчины могли решить, что они уже не просто клиенты, а люди с определёнными правами на неё. Она видела, как это происходило с другими девушками. Мелисанда должна была отправить Билла прочь с простым «спасибо» и на этом успокоиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
