препараты отлично поддерживали тела больных при полном погружении в виртуальность. С относительно недавних пор, клиника Николая Владимировича получила аккредитацию и как химическая лаборатория по созданию медикаментов. На полках магазинов изготавливаемая здесь продукция конечно же продаваться не будет, потому как каждый препарат должен проходить многие проверки, но поскольку у владельца клиники было безвыходное положение, он дал добро на лечение сына экспериментальными таблетками. Поначалу даже был заметен успех медикаментозного лечения, но болезнь всё же взяла своё.
— Михаил Павлович гений своего времени, однако даже он не может успевать создавать одно лекарство за другим, — удручённо качнул головой руководитель проекта. — Болезнь Олега слишком устойчива. Она не похожа на простую Лейкемию, она словно вирус, постоянно адаптируется. Боюсь, традиционными образами мы ему помочь никак не сможем.
— Значит и привычная методика погружения в виртуальность не поможет?
— Вы редко к нам заходите и вам простительно незнание многих нюансов. Стандартный виртуальный мир для одного не пожожет. Как и с другими смертельно больными, он был бы счастлив в виртуальности только до момента пока его физическая оболочка не дала бы финальный сбой, — ответил учёный. — Однако, мы всё же добились кое-каких успехов. Благодаря дополнительным финансовым вливаниям со стороны и помощи Михаила Павловича, мы как никогда прежде оказались близки к решению проблемы со смертельно больными.
Успех Смирновых в освоении технологий виртуальной реальности пока что был скрыт от большей части общественности, однако в скором времени это должно было измениться. Клиника Николая Владимировича на текущем этапе могла дать людям с недееспособностью возможность жить полноценной жизнью в собственных мирках. Так бы всё и оставалось, но прежде чем быть сражённым болезнью, Олег высказал предложение об изменении концепции проекта.
— Мы бьёмся над проблемой смертельно больных людей и достаточно не безрезультатно, — стоя у настенной доски полгода назад, молодой человек активно расписывал свою идею. — Однако, даже если мы решим эту проблему, то погрузив их в текущий вариант виртуальных миров, мы обречём их на вечное одиночество в красивой тюрьме! Наши текущие пациенты периодически покидают капсулы для встречи с родными и близкими. Если бы у них не было тел, то и покидать капсулы они бы не смогли. Кто придёт навещать мозги в банке?
Эти слова послужили толчком для чего-то нового. Имея базу в виде разработанных виртуальных миров, учёные стали работать над концепцией общего подключения. И несмотря на болезнь Олега, центр добился успехов в этом деле. Несколько удачных экспериментов, а затем стабильный канал подключения и даже несколько демонстраций для узкого круга заинтересованных лиц. На самом верху оценили перспективы проекта Смирновых, правда не совсем в том ключе, в котором изначально планировалось. Многие влиятельные люди захотели вложиться в это направление, с условием что это будет общедоступный проект с открытыми транзакциями в обе стороны. Они захотели создать игру. Идею подключения умирающих к ней оставили, но работы существенно прибавилось. И теперь, в скором времени, компания Смирновых должна будет заявить о себе теперь ещё и как игровая студия нового поколения.
— К вам можно? — дверь в палату приоткрылась и в неё заглянул невысокий и пухлый мужчина с сильными залысинами.
— Михаил Павлович, вы как раз вовремя, — ответил руководитель проекта. — Заходите, я как раз пытался объяснить как мы можем разрешить проблему болезни Олега.
— Разрешить, кхм, да, это мы можем, — полноватый химик вошёл в палату держа в руках толстую тетрадь с записями. — У меня всё тут, всё с собой.
— Опять записи? — нахмурился Николай. — Я вам пять моделей планшетов привозил, чтобы вы не теряли время на переписывание формул.
— Вы хоть сто привезите, а мне всё одно на бумаге удобнее, — фыркнул химик и шлёпнул свою толстую тетрадь на стол. — Кстати, вам просили от сердца взять, вот.
Химик достал из нагрудного кармана халата баночку с препаратом, что по своим качествам на порядок превосходил любое успокоительное.
— Одну таблетку, больше нельзя, иначе думать будете словно сонная муха, — быстро добавил учёный, видя что бизнесмен высыпал себе целую горсть таблеток на ладонь. — Так, собственно что мы имеем. Олег умрёт примерно через сутки, это видно по его показателям, возможно у нас времени даже меньше. Мозг существовать без тела не может, однако, вместе с Эдуардом мы разработали методику, благодаря которой даже после фактической смерти, он не будет мёртв.
— Я не читал большинство ваших выкладок. Проект перерос в нечто грандиозное и я вынужден тратить всё своё время на встречи, переговоры и улаживание сопутствующих нюансов, — произнёс Николай Владимирович и сильно сжал челюсти, чтобы постараться не выдавать излишнего напряжения. — Как это возможно?
— Мы дадим Олегу таблетку, повышающую его мозговую активность, — ткнул химик пальцем в сложную формулу. — Я работал над ними больше трёх месяцев. Для здорового человека это яд, вызывающий перегрев мозга. Условно говоря, если мозг работает в стандартном режиме, то таблетка разгонит его и на короткий промежуток времени человек станет гением, но после окончания эффекта, останется до конца своих дней слабоумным, если и вовсе не отбросит коньки. С больными чья мозговая активность сильно ниже, всё будет по-другому. На короткий промежуток времени, он будет мыслить как здоровый человек или чуть лучше. Этого хватит, чтобы с помощью аппаратов оцифровать бег его нейронных связей и просканировать те области мозга, что отвечают за воспоминания.
— То есть, вы хотите сказать что просто сделаете его цифровую копию? — переспросил владелец клиники.
— Пока что, это единственный способ обойти смерть, — произнёс Эдуард. — У нас было два добровольца до этого дня, и оба они сейчас бродят по своим виртуальным миркам. Мы наблюдали за ними, и ведут себя они точно также, как и оригиналы.
— Это дерьмовое решение! — вспылил Николай, но быстро почувствовал что желание ругаться у него нет, он просто устал и сердце его полнится печалью.
— Либо так, либо Олег окончательно умрёт, — покачал головой Эдуард. — Мы будем это делать?
Николай повернул голову и посмотрел на серое лицо сына. Тот был столь безмятежен, словно уже ушёл на покой. Смириться? Отдать сына костлявой старухе, просто потому что по случаю тот заболел? Нет, глупость. Отец и сын, одна порода. Николай вылез из дерьма девяностых, а сын вырвется из лап смерти. Пусть это будет уже не он, просто копия, но что ему остаётся?
— Как долго будет проходить процедура? — задал вопрос бизнесмен. — Его сестра в Англии, занимается местным филиалом нашей компании. Брат в колледже в Америке. Мать разве что здесь недалеко.
— Процедура займёт полчаса, но лучше всего начать прямо сейчас, — недвусмысленно кивнул на мониторы жизнедеятельности Эдуард. — Только ответьте, в индивидуальный мир
