аристо приоткрыл краешек ткани и залпом опорожнил сосуд.
— Оставь себе, — отмахнулся торгаш, скрестив руки на груди.
Очевидно, два экоина в несколько раз перекрывали стоимость пойла вместе с кружкой, потому продавец так «расщедрился». Но реальная причина была в неодобрительных взглядах прохожих. Если узнается, что делец позволяет пить из одной посуды обычным людям и отбросам, то от него уйдут все клиенты.
Ганс гневно сжал ручку.
— Что-то не так? — угрожающе нависнул над ним рослый мужик, несколько граждан остановились неподалёку.
— Всё в порядке, — ответил Ганс и бросил посудину возле прилавка. Разбившиеся черепки разлетелись в стороны.
— Урод, — прошипел сквозь зубы продавец, но в драку не полез. Мускулистые руки взялись за метлу, чтобы убрать беспорядок перед прилавком.
Пройдя мимо площади, Ганс чуть не попался целому отряду Красных. Слишком много. Десять служителей порядка на варанах промчались по площади и свернули как раз рядом с ним. Пришлось вжаться в проулок и скатится по стене — иначе воспримут как угрозу. А так он обычный нищий. Голодранец в тряпье.
Когда всадники скрылись, Ганс не спешил вставать. Появилось время обдумать произошедшее. Он распеленал рот, чтобы лучше дышалось, и как-то слишком хладнокровно подвёл итоги.
Итак, он уничтожил глав двух семейств, отец и брат мертвы, а вместе с ним и сотни невинных людей, попавших под руку. Из хороших новостей — у него теперь есть Ноксил. Артефакт рода Хьюзов, хотя какой там род… Хисториусы и Арлинги убили всех, кого он знал, либо сейчас этим занимаются. Аристократы Андервуда методичны в своей мести.
«Значит, у меня теперь нет дома».
Ганс не переживал об этом раньше. Ведь он бунтовал против отца и практически не появлялся в семейном гнезде за исключением парочки случаев, когда его притащили к отцу гвардейцы. Кстати, о них… Ребята пали смертью храбрых, защищая своих хозяев. Со многими из них он был знаком — отличные мужики.
В столкновениях знати страдали больше всего как раз они — обычные исполнители. Мир их праху. Ганс отомстит за них. Ведь с двумя семействами ещё не всё покончено. Лидеры мертвы, личная гвардия потрепана, но оставались ещё наследники.
«Похоже, жара только начинается, да дружище?» — усмехнулся он про себя, потрогав ненавистный рог. По ощущениям тот уменьшился на несколько сантиметров.
— А вот он, Кляйн! Иди сюда. Торговец сказал нарушитель был в разноцветной чалме.
— Да точно он. Вставай, отброс. На тебя поступила жалоба гражданина Андервуда за недостойное поведение.
К говорившим присоединилось ещё двое служителей порядка. Это не Красные плащи, но тоже довольно сильные маги — прослеживалось по их уверенной походке.
— Осторожней, у него меч!
— Поздно, — прорычал Ганс и одним движением рассёк подошедшего к нему полицейского.
Удар был настолько сильным, что поверженный умер не сразу, а с ужасом смотрел на вторую половинку тела, отлетевшую в сторону.
В узком переулке, куда вошли блюстители порядка, неудобно сражаться в два ряда, поэтому Ганс тяжёлым танталовым мечом враз отсушил руки наглецу и пробил рогом в открывшееся лицо. Раздался хруст, и череп обидчика смялся. Сам же аристо просто перешагнул через тело и принялся за следующего.
Щеглы. Какие вы фехтовальщики? Вы недостойны и ножи держать! Он так напугал оставшихся двоих, что напарники сдрейфили и пульнули в него струёй магического огня. Пошли ва-банк.
Ганс оттолкнулся от стены ногой, и пламя лишь лизнуло его огнеупорный комбинезон. К сожалению, на голове защиты не было, так что он не стал рисковать. В полёте приземлился позади двух магов и боковым движением отсёк торс одному из них. Второй успел-таки его ткнуть остриём меча и выпустить целую кучу каменных пуль.
Благо под рукой была половинка его товарища, и аристо просто побежал с ней вперёд. Ноксил пронзил мясной щит в лопатку трупа, вышел из груди и воткнулся в последнего мага.
Тот харкнул кровью и пытался ещё как-то отстреляться, но зелёный камешек, со страом сжимаемый руке, давно иссяк. Тоже подмастерье.
Ганс вынул тяжеловесный клинок и очистил белый металл от крови. Та на удивление не приставала к поверхности и легко счищалась.
Постоянные драки с монстрами в подземельях были лучшей практикой, чтобы стать мастером меча. Если ты не смотришь в лицо смерти большую часть жизни, то никогда не добьёшься успехов на этом поприще. Умерщвлённые клоуны максимум, что видели в своей жизни — тренировочный плац. Гансу они неровня.
Магию угрозы он не стал высвобождать. И так на пределе своих сил. Каждое использование приближало его к становлению монстром. Пока есть возможность лучше избегать новых навыков.
На своей шкуре он ощутил предупреждения Саймона. Сенсей был прав. Он дурак — не послушал, но времени сожалеть нет. Аристо обшарил куртки полицейских и раздобыл себе тридцать маленьких кристаллов.
Кинул их в карман, Ноксил вогнал обратно в ножны и шустро убрался из переулока. Емирова руда постепенно растворялась и впитывалась в кровь. Очищение работало.
Рог уменьшился в размерах, но не исчез полностью. Ганс выкинул цветастую ткань в мусорку и покрыл лысину соломенной шляпой. Теперь точно оторвался. Кожа на руках тоже изменилась — хитин отвалился, но вместо него зияли кровоточащие стигмы, будто он сорвал с раны засохшую корку. Сочащаяся сукровица капала на землю.
Он смахивал на обычного пропойцу в порванном комбинезоне. Снятая с трупа куртка дополняла образ. Теперь Ганс не нищий, а опустившийся искатель приключений. Один из тех, что пропил всё заработанное и снова готов отправиться за кордон рисковать жизнью ради наживы.
«Этого должно хватить», — пронеслось в голове.
Школа боевых искусств уже совсем рядом, километров десять и он будет дома.
За пару лет практики у Ганса выработался рефлекс на приближающуюся опасность. В такие моменты время словно бы замедлялось, а уши улавливали нехарактерные для местности звуки. Это как ощущение что всё в порядке. Нет, не в том порядке, как это обычно бывает, а всё СЛИШКОМ в порядке. Настолько неправдоподобно, что подозрительно.
Всегда существует угроза падающего кирпича, и ты осознаёшь сей факт. А тут даже это напряжённое состояние
