«Испугалась, что перевозбудишься?» Из-за ее плеча спросил Шейн. «Пожалуйста, скажи «да».Он схватил свою пару джинс из стопки. «И, пожалуйста, не лезь в мой шкаф.»
Ева показала ему палец. Если ты беспокоишся что я найду твои спрятанные порно. то это старые новости парень. Как и то что у тебя кучный вкус. Она схватила одеяло с дивана и кивнула в направлении угла. Нет нигде ничего приватного в этом доме сегодня ночью. Пошли, мы соорудим раздевалку.
Трое из них двигались за людьми и вампирами, которыми был набит Дом Глассов. Он стал неофициальным центром их военной компании, что означало много топающих вокруг людей, получающих свои вещи и ниодного из них не пустили бы за порог при нормальных обстоятельствах.
Возьмём Монику Моррелл, которая сбросила свой тонко сработанный костюм Марии Антуанетты и опять стала изящной красивой подхалимистой девушкой какой её знала и ненавидела Клер.
О Бох ты мой, Клер стиснула зубы. Она что носит мою блузку? Ето её лучшая. Шёлковая. Она только что её купила на прошлой неделе. Теперь она никогда больше не будет в состоянии её опять надеть. Напомни мне её позже сжечь. Моника видя что она смотрит, потрогала воротник рубашки, и недобро ей улыбнулась. Она произнесла одними губами, спасибо. Напомни её сжечь дважды. И растоптать её пепел.
Ева схватила Клер за руку и затащила Клер в пустой угол комнаты, развернула одеяло и держа его на вытянутых руках, соорудила временное укрытие.
Клер, со вздохом облегчения, стянула свой пропитавшийся потом костюм Арлекина, и вздрогнула когда прохладный воздух коснулся её раскрасневшейся кожи. Она чувствовала себя неловко и нервничала, раздеваясь до нижнего белья, когда между ней и десятком незнакомцев, было только одеяло, некоторые из них, возможно желали сьесть её.
Шейн перегнулся через верх. Ты закончила?
Она взвизгнула и и бросила в него скомканным костюмом. Он поймал его и и поднял брови, когна она натянула джинсы и бвстро застегнула рубашку.
Готово, крикнула она.
Ева опустила одеяло и ядовито улыбнулась Шейну.
Твоя очередь, кожанный мальчик. произнесла она. Не беспокойся. Я не хочу тебя случайно смутить.
Нет, она смутит его полеостью целенаправленно и по взгляду брошенному им на Еву, Шейн знал это. Он нырнул за одеяло. Клер не была достаточно высокой чтобы подсмотреть за ним через верх-не то что бы ей этого не хотелось-но когда Ева по немногу начала опускать одеяло, Клер схватилась за угол и потянула его наместо.
С тобой не весело, произнесла Ева.
Не задирайся с ним. Не сейчас. Он туда наружу пойдёт один.
Лицо Евы застыло и зделалось твёрдым и в первый раз Клер поняла что блеск в её глазах на самом деле не смех. Это жестко контролируемая паника. Да, произнесла она. Я знаю. Это просто— мы все разделяемся, Клер. Я хотела бы, что-бы нам этого не нужно было делать.
Импульсивно Клер обняла её. Ева пахла пудрой и какимито тяжёлыми цветочными духами, и едва заметно потом.
Хей! Полный боли возглас Шейна был достаточным что-бы они обе начали хихикать. Одеядо было достаточно опущено что-бы видеть как он застёгивает молнию на штанах. В попыхах. Серьёзно девочки, это не круто. Парень может серьёзно пораниться.
Теперь Шейн был больше похож на себя. В кожаных штанах он выглядел роскошно и сексуально, как модель. В джинсах и старой футболке с Мэрлином Мэнсоном он был гораздо проще, был кем-то, с кем Клэр могла бы целоваться.
А она об этом и мечтала. И как всегда, это было восхитительно, и сердце билось так сильно.
«Майкл тоже пойдет,» сказала Ева, и напряжение, которое она до сих пор скрывала, проявилосьдрожью в ее голосе. «Надо сказать ему…»
«Давай,» сказала Клэр. «Мы прямо за тобой.»
Ева уронила одеяло и двинулась, расталкивая толпу, к своему бойфренду, а по совместительству неофициальному лидеру их странного облажавшегося братства.
Майкла было нетрудно выделить в любой толпе: он был высокий блондин с лицом ангела. Когда он заметил Еву, пробиравшуюся к нему, он улыбнулся, и Клэр подумала, что это, наверное, самая сложная улыбка, которую ей приходилось видеть: она была полна облегчения, одобрения, любви и беспокойства.
Ева ринулась к нему, чуть не сбив его с ног, и они обнялись.
Шейн придержал Клэр за плечо. «Дай им минутку,» сказал он."Им есть, что сказать друг другу.» Она повернулась, чтобы посмотреть на него."И нам тоже.»
Она сглотнула и кивнула. Ладони Шейна лежали на ее плечах, глаза смотрели спокойно и пристально.
«Не выходи туда,» сказал Шейн.
Как раз это она собиралась сказать ему. Она заморгала от удивления.
«У нас с тобой одна паранойя,"сказала она. «Я собиралась сказать «Не ходи."Но ты же все равно пойдешь, что бы я не говорила, так?»
Это заставило его несколько занервничать. «Ну, да, конечно, я пойду, но…»
«Но ничего, я буду с Амелией, я буду в порядке. А ты? Ты уходишь словно на матч с командой рестлеров из телевизора. Это разные вещи.»
«С каких это пор ты начала смотреть рестлинг?»
«Заткнись. Не в этом дело, и ты это знаешь, Шейн, не ходи,» Клэр вложила в эти слова всю силу убеждения.
Но этого было мало.
Шейн погладил ее по волосам и наклонился, чтобы поцеловать. Это был самый сладкий, самый нежный поцелуй, который у них когда-либо был, и от него все мышцы ее шеи, плечей и спины расслабились. Это было обещание без слов, и когда он наконец отодвинулся, он провел большим пальцем по ее губам, словно запечатывая поцелуй.
«Я должен кое-что тебе сказать,» сказал он."Я ждал подходящей минуты.»
Вокруг было полно народу, В Морганвилле царил хаос, и, скорее всего, они не доживут до восхода, но Клэр почувствовала, как замерло и вновь понеслось ее сердце. Казалось, весь мир замолчал вокруг нее. Он скажет это.
Шейн наклонился, так близко, что его губы касались ее уха, и прошептал: «Мой отец возвращается в город.»
Совсем не это она надеялась услышать. Клэр отшатнулась в изумлении, а Шейн прикрыл ей рот рукой. «Не надо,» прошептал он. «Ничего не говори. Мы не можем говорить об этом, Клэр. Я просто хотел, чтобы ты знала.»
Они не могли говорить об этом, потому что отец Шейна был врагом номер один Морганвилля, самым разыскиваемым преступником, и любая беседа о нем — особенно здесь — могла быть подслушана недружественными вампирскими ушами.
Не то чтобы Клэр была фанаткой папаши Шейна, он был холодным, жестоким человеком. Он использовал и обижал Шейна, и ей не терпелось увидеть его за решеткой…только она знала, что Амелия и Оливер не станут его сажать. Отец Шейна был приговорен к смерти. Через сожжение. И хотя сама Клэр не зарыдала бы по нему, ей не хотелось, что Шейн прошел через это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
