class="p1">Шамур и тут справился — научился разговаривать. Объяснил юноше, как познакомиться и обаять девушку, объяснил девушке, что нужно не только предъявлять требования, но и самой им соответствовать.
Навык словесно-звукового общения, разумеется, ещё не раз пригодился.
Повстречал как-то крылатый вестник любви молодого философа и заядлого спорщика. Тот был влюблён в одну девушку, но никаких попыток сблизиться не предпринимал и проявил ещё большее упрямство, чем все предыдущие молодые майхары, вместе взятые. Впрочем, это естественно, ведь все коты очень упрямы.
— Ты меня не удивишь и не убедишь. Ты вовсе никакой не майхар, а просто говорящий зверь, атавизм летающий. А во всяких высших существ и их покровительство я не верю.
Шамур отбросил хвост и всю шерсть, кроме шевелюры на голове, и перед молодым философом снова предстал кошачий купидон, только уже в виде настоящего майхара, прекрасного и крылатого.
Но упёртый влюблённый по-прежнему препирался.
— Вообще-то — это насилие над личностью! Вот это вот всё, что ты делаешь! Я не просил о вмешательстве в мою жизнь! И я — против!
Настоящий кот, даже с божеством спорить вздумал. Но помочь-то ему надо! Страдает же в одиночестве!
Кошачий купидон разозлился.
— Никакого насилия! Я тебе не колдун, я никого ни к кому не привораживаю! Просто определяю, кто твоя истинная пара и где она находится, потому что ощущаю незримые связи, вижу магию! У нас же есть маги-миарны, вы с ними иногда советуетесь. Вот я — такой же миарн, только крылатый. И почему бы тебе не послушать моего совета, если я могу подсказать, где находится наиболее подходящая девушка?
Ладно, убедил.
3
В конце концов, Шамур обнаружил, что на родной планете ему больше делать нечего.
И он улетел в космос. Ведь кошачья цивилизация давно уже расселилась по многим звёздным системам и планетам.
Он улетел прямо так, без корабля, без скафандра, без другой защиты, кроме собственного энергетического поля. Вначале мчался по обычному космосу, любовался. Разноцветными туманностями, что, как вуали, прикрывают многие и многие манящие вселенские тайны. Искрящимися галактиками, этими величественными колоссальными колёсами, что, вращаясь, порождают вездесущую жизнь. Неисчислимыми звёздами, большими и маленькими, яркими и тусклыми. И планетами, этими живыми и бесценными космическими жемчужинами.
Даже безжизненные планеты казались ему прекрасными, своей особой, суровой, первозданной красотой.
На одной из таких планет, среди невообразимо древних руин, Шамур нашёл небольшой артефакт и ощутил, что может безопасно для себя взять его. Артефакт по воле нового владельца трансформировался в цветочный лук. Теперь Шамур мог держать такое орудие или оружие, ведь у кошачьего купидона уже были не лапки, а настоящие руки, когтистые, правда.
Насмотревшись на бескрайнюю Вселенную, волшебный странник нырнул в гиперпространство. Кошачье «шестое чувство», чёткое ощущение направления, помогало ориентироваться в разноцветном хаосе.
Яркий кокон поля, окружавший крылатую фигуру, привлекал внимание. Шамура пытались ловить, он не интересовался, зачем. Отправить в зоопарк, в рабство, в гарем? Далеко не все разумные этичны. Он легко избегал засад и улетал от погони.
На планеты с подобными обществами он пока что и не думал соваться, хотя в первую очередь именно там его помощь не помешала бы.
Однажды его неодолимо потянуло к очередной планете, и он с удивлением ощутил, что это связано не с его миссией, а с ним самим. Ну, что ж, давно пора. Не всё же ему устраивать чужую личную жизнь, надо позаботиться и о своей, он взрослый уже.
Шамур наметил курс и устремился вперёд.
4
Юная майхарани по имени Синхайя сидела возле распахнутого окна, читала сборник иномирных сказок, безмятежно мечтала.
Тихий, тёплый ветер колыхал занавеску, доносил сладкий запах цветов, навевал грёзы.
Девушка недавно отпраздновала совершеннолетие, приготовилась встретить первую, настоящую, взрослую любовь и прикидывала, кому её подарить. Вот только выбирать было особо не из кого. Планета-форпост, перевалочная и пограничная база, народу немного. К тому же Синхайя хотела вступить в отношения с кем-то необычным, вроде героя легенд. Или даже бога, если эти самые божества когда-либо существовали.
Наступила ночь. Луна зашла, облака затянули небо, поднялся туман. Ночная мгла сгустилась и стала непроглядной. Это ведь миф, что кошки видят ночью так же хорошо, как днём. На самом деле в полной темноте они не видят ничего, подобно многим другим существам.
Синхайя с сожалением закрыла книгу и вздохнула, не торопясь включать свет.
За окном зашуршало. Девушка не вздрогнула. Она майхарани, а значит, бесстрашна.
— Эоро! Ты звала, я пришёл!
Молодой мужской голос ей понравился, бархатный, мягкий, и по этому голосу было слышно, что парень улыбается.
— Привет. Я никого не звала! Ты кто?
Синхайя повела бровью, вибриссы насторожённо затрепетали. Но девушка не двинулась с места, ведь её оружие всегда при ней — когти.
— Ты мечтала, я услышал. Я майхар, и зовут меня Шамур.
Не врёт. Она это чётко ощущала, к тому же мурлыкающий акцент ни с каким другим не перепутаешь. По ментальному фону было понятно и то, что девушка незнакомцу искренне нравится. Однако, ну и самомнение. Хочет сказать, что он не обычный майхар? Если некто читает мысли, это не значит, что он — божество. Все майхары так умеют.
— Как ты сюда забрался? Этаж высокий, стена совершенно гладкая, неприступная даже для когтистого.
Невидимый гость засмеялся.
— У меня есть крылья. Пригласи войти, убедишься.
Его голос ласкал, как будто к ней уже с нежностью прикасались руки. Его чистая аура окутывала теплом и любовью. И имя… Неужели действительно живая легенда?
— Входи.
Прозвучало двусмысленно, она хихикнула, отодвинувшись от окна. И тут же попала в сладостные, немного несмелые объятия. Обняла в ответ, в самом деле, нащупала крылья, взволнованно вздохнула.
— Подожди, я включу свет.
Он мягко, но решительно придержал её.
— Не надо.
Она удивилась.
— Почему не надо? Ты некрасивый? Но для меня это не имеет значения! Ты думаешь, я стесняюсь, потому что у меня это в первый раз? Но я готова, мне старшие подруги всё подробно рассказали! Так почему я не могу увидеть тебя?
Он взял её за руки и положил маленькие кисти себе на лицо.
— Нельзя. Беда будет.
И это — все объяснения? А купидон-то косноязычный, рублеными фразами изъясняется. Ладно, сие не самый большой недостаток. Главное, что этот майхар добрый и ласковый. А может, у него это тоже в первый раз, и он попросту стесняется? Синхайя снова хихикнула и повела кончиками пальцев вниз.
А он красив. Высокий, плечистый, статный. Чёткие брови с вибриссами, большие раскосые глаза, прямой
