Читаем без скачивания "Золотой" конвой (СИ) - Супруненко Алексей

— Не куда их грузить, — стоял на своем Карпов.

— А, что прикажете мне делать? У меня задача вывезти ценности.

— Я не знаю, что вам с ними делать, но лишнего я брать не собираюсь. Машины и так перегружены, — вступил в полемику Иван Семенович.

— Тогда пусть вам дадут еще автомобили, — не сдавался банковский работник. Его простой взгляд на сложные вопросы начинал бесить Баранова.

— Почему вы раньше этим не занимались? Чего ждали? Когда немец в город войдет? — выразил свое неудовольствие капитан.

— Я такой — же, как и вы, и действую по разнарядке. Почему об этой проблеме забыли старшие товарищи, мне неизвестно.

— Привыкли жить по указаниям. Ни какой инициативы, — сетовал Иван Семенович.

— Инициатива бывает, наказуема, — напомнил ему директор банка прописную истину.

— В том то и оно, — вздохнул особист.

— Товарищ капитан, сюда едет лимузин и грузовик, — доложил один из солдат. Машину первого секретаря обкома он и банковский чинуша, узнали сразу. Приметная машина.

— Будет, кому пожаловаться, — довольно потер руки гражданский. Автомобили остановились напротив них. Из легковушки вышел первый секретарь Смоленского обкома ВКП (б) Дмитрий Иванович Попов.

— Хорошо, что тебя застал, — пожал руку партийный работник капитану и директору банка. Баранов собирался взять под козырек, но понял, что это ни к чему.

— Сергей Алексеевич сказал, что поручил эвакуацию ценностей проверенному человеку. Коль он так тебя ценит, то и я решил просить об услуге, — высоко оценил морально-деловые качества Баранова первый секретарь. Иван Семенович ждал продолжения. Какая еще услуга понадобилась партийному руководителю области?

— Немец уже на окраинах Смоленска, а мы полностью не успели вывезти областной архив ВКП (б). Кое-что отправили в Москву, что-то просто сожгли, но остались еще документы, которые следует передать в ЦК.

Баранов посмотрел в сторону нового грузовика.

— Правильно мыслишь, — перехватил этот взгляд Дмитрий Иванович.

— Я думаю, мой грузовик будет тебе не помехой. Одним больше, одним меньше. Документы важные и нельзя допустить, чтобы враг их захватил.

Что тут скажешь? Не станет же перечить Баранов первому секретарю обкома?

— А я вот как раз и хотел поговорить насчет грузовика, — встрял в разговор директор банка.

— Что ты хотел сказать Петр Ильич? — повернулся в его сторону секретарь.

— Ваш капитан отказывается брать векселя и денежные знаки. Мне нужна еще машина.

Попов ждал, что ответит начальник конвоя.

— Машины уже перегружены. Мы потеряем ход и станем легкой добычей для «юнкерсов». Наше преимущество скорость и маневр. Если будем перегружены, то потеряем, то и другое. Машины не новые, могут не выдержать нагрузки, — настаивал на своем Иван Семенович.

— Но не оставлю же я в банке наличность? — возмущался Петр Ильич.

— И много ее у тебя? — размышлял над решением проблемы Попов.

— Прилично. Вся упакована в мешки. Описи, печати, как полагается.

— Сожги, — неожиданно распорядился первый секретарь.

— Как сжечь? — опешил директор.

— Это же деньги!

— Я понимаю. Только капитан прав. Золото и серебро важнее. Бери капитан по максимуму, а остальное уничтожьте, — приказал Попов.

— Но так нельзя! — не понимал Петр Ильич такого решения.

— Не оставлять же деньги врагу? Составишь акт, и я подпишу. Только поторопись. Немец со дня на день будет в городе. Поспеши капитан. Вот тебе бумага для Москвы. Здесь все сказано, кому и что надлежит передать, — отдал Дмитрий Иванович красную папку Баранову в руки. Больше задерживаться не стал. У него была еще масса неотложных дел.

— Закончить погрузку! — приказал Баранов и эту команду повторили лейтенанты.

— Кто со мной ехать будет? Или тоже красную папочку передашь? — иронично спросил он у Петра Ильича. Тот недовольно фыркнул.

— Поедет мой заместитель. У него будут все описи ценностей.

— По машинам! — зычно крикнул капитан. Военные засуетились.

— Эй, сержант! — подозвал Баранов к себе мужчинусо знаками различия, соответствовавшие сержантскому званию.

— Сержант Петренко! — представился мужчина.

— Петренко, бери под свой контроль обкомовскую полуторку, — распорядился Иван Семенович. Сержант козырнул и побежал к нужному автомобилю. Начальник конвоя подозвал к «эмке» своих офицеров.

— Здесь, — он показал красную папку, переданную ему первым секретарем обкома.

— Сопроводительные документы к партийному архиву, находящемуся в полуторке. Машина идет с нами. Груз считать таким же важным, как и золото. При угрозе захвата, уничтожить. Маршрут следования по старой Смоленской дороге до Вязьмы. Дальше по минскому шоссе до Москвы.

Он достал планшет с картой и показал офицерам направление движения.

— Почему по старой Смоленской дороге, а не по Минскому шоссе, так ведь быстрее? — поинтересовался Храпач.

— По нашим данным шоссе уже перерезано. Остается только эта дорога. В Дорогобуже заправка. Ее обеспечит начальник милиции. Он уже предупрежден. В Вязьме, возможно, будут дополнительные инструкции.

— Товарищ капитан, а зачем вы нам это рассказываете, вы ведь начальник конвоя, — не понял такого откровения Храпач.

— Каждый в нашей группе должен знать свою задачу. Наша с вами задача, довести колонну до Москвы и не допустить попадания груза в руки врага. В случае если со мной что-то случиться, вы должны продолжить ее выполнение. Старшим после себя назначаю лейтенанта Карпова.

— Есть! — отдал честь Сергей.

— Хочу предупредить, что по сведениям разведки в области работают несколько диверсионных групп и имеется агентурная сеть противника. Лишнего нигде не болтать и быть предельно внимательными. Если они пронюхают о нашем конвое, то мы можем стать предметом охоты. Я возглавляю колонну. Со мной старшина и представитель банка. В первой машине идет лейтенант Карпов, замыкает лейтенант Храпач. Обкомовскую машину поставьте в середину колонны. Все понятно?

— Так точно! — хором ответили лейтенанты. Появился и обещанный заместитель. Невзрачный человечек, чертами лица напоминающий крысеныша. Он держал в руках коричневый портфельчик и заискивающе улыбался. Улыбочка натянутая, не искренняя. Банковский клерк забрался на заднее сидение авто и вел себя словно мышка. «Эмка» пустив из выхлопной трубы сизый дымок, рванулась вперед, увлекая за собой всю колонну грузовиков. Директор банка едко улыбнулся удаляющимся грузовикам, а затем повернулся к своим рабочим.

— Три мешка бросьте в мой автомобиль, а остальные сжечь! — прикрикнул мужчина на своих подчиненных. Пора и ему бежать из этого города, пока еще не поздно.

Из Смоленска выскочили, когда начинало смеркаться. На дороге все еще попадались беженцы, желающие вырваться из городской ловушки. Передвигались остатки каких-то воинских подразделений и санитарные машины. Колонна, с включенными фарами покинув окраины областного центра, выехала на старую смоленскую дорогу. Встречного транспорта почти ноль. Обогнали парочку повозок и втянулись в лесной массив. Здесь стало по понятным причинам еще темнее. Фары «эмки» прощупывали лучами света передний путь для всей колонны. И тут в свете фар появились военные с красными повязками на руках.

— Комендантский патруль? Так далеко? — удивился Баранов. Красноармейцы стояли возле легковушки с замазанными грязью номерами. От группы солдат отделился офицер и подал знак рукой на остановку. Водитель Баранова притормозил. Капитан открыл дверцу и, выйдя из машины, зашагал в сторону неизвестных. Старшина Борисенко достал из кобуры револьвер, будто-бы почувствовав что-то неладное. В этот момент в глубине остановившейся колонны в ЗИСу Митюшина, копошился боец конвойной роты Хабибулин. Он шарил по кабине в поисках одному ему известной вещи.

— Что ты потерял? — недовольно спросил Константин.

— Звездочку с пилотки, — пожаловался парень.

— Брось. Потом найдешь. Лучше посмотри, в чем заминка, — попросил водитель. Солдат внутренних войск недовольно засопел и шагнул на подножку. Тут и грохнул выстрел, а за ним второй, третий. Митюшин моментально вылетел из кабины и от страха залег за колесо. Его карабин, так и остался в ЗИСу. Перестрелка быстро набирала обороты. Бойцы сопровождения груза, палили в темноту ночи. По вспышкам из-за деревьев можно было определить, что нападавшие устроили им засаду, разместившись по обе стороны дороги. Когда в дело вступили автоматы Шпагина, ситуация поменялась в пользу парней из народного комиссариата внутренних дел. ППШ прошлись свинцовыми струями по ближайшим кустам. В ответ пальнули пару раз и все стихло. Машины, урча моторами, стояли одна за другой, освещая своим светом часть безлюдной дороги. Самое время забрать из кабины карабин. Он придал Митюшину некоторой уверенности.