Вместо этого они заказали ему высокотехнологичный сейф, то бишь интеллектуальную сторожевую систему, а теперь желали снабдить ее еще более коварными ловушками.
Свидание с полковником Трейнором протекало в столь теплой и дружественной атмосфере, что Беккет уже почти не чаял вырваться на свободу. Набравшись смелости, он приказал шоферу отвезти себя прямо домой, поскольку изнывал от желания очутиться наконец в своем кабинете: мобильный блок памяти, на котором было записано начало первой главы, казалось, готов был прожечь дыру в его новеньком портфеле!
Марианна оказалась уже дома.
– Удалось выбраться пораньше, — сказала она, вручая мужу стакан апельсинового сока. — Деловой ланч с Лизой Хэррис! Черт бы побрал эту женщину, у меня от нее сплошная головная боль. Вобразила, что она — пуп Земли. Тебе пришел ответ от издателя.
– Что-что?
Беку понадобилось целых пять секунд, чтобы догадаться, о чем идет речь. Невзирая на десятилетнюю практику сортировки разнородной рассеянной информации, которую его жена имела обыкновение вкладывать в свои монологи, он так и не научился делать этого быстро.
– Я говорю, что просмотрела электронную почту. — Она повысила голос, поскольку Бек уже бежал к своему кабинету, расплескивая по пути апельсиновый сок. — Какой-то барон из какого-то Сетона!
Барон оказался Лоренсом Бурбоном, а издательство — Сефтон-Хаузом. Послание гласило: «Через неделю я буду по делам издательства в Бостоне, и мне хотелось бы встретиться с Вами, чтобы обсудить Ваш роман. Я обнаружил там множество интересных идей, и думаю, мы могли бы поработать над ним вместе. Что Вы скажете о ланче в «Шератоне» в будущий вторник? Если это предложение Вас устраивает, будьте добры послать мне весточку». Далее следовал сетевой адрес, а в качестве приложения — стереоскопический фотопортрет немолодого улыбающегося мужчины с живыми темными глазами, аккуратной бородкой и роскошной шевелюрой, тронутой сединой.
Рухнув в кресло перед компьютером, Бек молниеносно вошел в Интернет. «Буду счастлив побеседовать с Вами! — трясущимися пальцами отстучал он на клавиатуре. — Может быть, встретимся в час дня? До полудня у меня лекции». К этому посланию он присовокупил собственный фотоснимок, дабы великолепный Лоренс Бурбон смог опознать его без труда.
Ответ пришел почти сразу, пока Бек, машинально прихлебывая остатки апельсинового сока, все еще читал и перечитывал первое послание. «Час дня — прекрасное время. С нетерпением жду встречи», — сообщил Бурбон.
– Дорогой, ты весь дрожишь, — промурлыкала ему в ухо Марианна. — Кажется, когда-то ты реагировал подобным образом и на меня? Профессор не был настолько рассеянным, чтобы не уловить намека.
– А почему бы нам не выбраться в город? Пообедаем в хорошем ресторане, прогуляемся…
Марианна бросила взгляд на руки мужа, машинально поглаживающие клавиатуру.
– Мы сделаем так. Быстренько перекусим у Джованни и сразу вернемся домой. У тебя будет целых три часа для работы над первой главой, но ровно в одиннадцать ты должен быть в постели!
С этими словами она удалилась, предоставив Беку возможность заархивировать драгоценную переписку с издателем и просмотреть остальную почту. Проводив жену глазами, он не мог не отметить (как и всегда!) ее гибкую, истинно кошачью грацию и в очередной раз изумился, как же это ему удалось завоевать такую удивительную женщину.
Остаток недели профессор, с замиранием сердца предвкушавший заветное свидание, посвятил на редкость плодотворной деятельности. Е свободное от лекций и семинаров время он ухитрился проделать большую часть работы по модификации пентагоновской штучки, то бишь пресловутой сторожевой системы, внес в ее программное обеспечение ряд тонких нюансов, а заодно заложил солидный фундамент проекта под кодовым названием «Банковский сейф». И каждую минуту, какую удавалось урвать от этих важных дел, он уделял доработке своего романа.
Руби, деловая партнерша Марианны, сочла последнее занятие мартышкиным трудом.
– Зачем все это, если твоей книгой уже заинтересовались?
– Издатель может; потребовать определенных изменений, — объяснил Бек.
– Но ты ведь не знаешь, каких!
Замечание это настолько его расхолодило, что всю субботу и воскресенье профессор занимался только программированием. Если не считать, конечно, двухчасовой прогулки на велосипедах с Марианной (уступка ее настоятельному требованию поддерживать физическую форму) да двух-трех коротких абзацев нового рассказа, коему, несомненно предстояло быть похороненным в той же архивной директории, где упокоились предыдущие.
Отель «Шератон» блистал вызывающей роскошью. Его гигантский центральный холл был весь в огромных зеркалах, бронзовых завитках, бежевой коже и персиковом бархате, и даже растения в кадках при ближайшем рассмотрении оказались искусными декоративными конструкциям! из той же бронзы, натуральных шелков и искусственного жемчуга.
Бек был впечатлен. Его даже слегка затошнило от волнения. Прежде он полагал, что львиная доля доходов от издательского бизнеса достается тем, кто пишет и публикует бесконечные семейные саги, душещипательные любовные романы и зубодробительные боевики, а также те кто владеет правами на их экранизацию. Сам факт, что издатель фантастики поселился среди этакого великолепия, навел его на глубокие размышления. Ни один из знакомых ему редакторов учебной литературы мог позволить себе ничего подобного.
Лоренс Бурбон оказался довольно рослым, выше самого Бека, и был одет в светлый щегольской костюм с ослепительно-белой рубашкой красным шелковым галстуком. И хотя наряд придавал ему образ лощеного сноба, лицо издателя выглядело открытым и приветливым, а в темных глазах мерцали искорки юмора. Беккет проникся к нему симпатией с первого взгляда, и надежды его воспряли… особенно когда он увидел в центре круглого столика, где их дожидался вычурный кофейный сервиз, распечатанную на отличной бумаге копию своего романа.
– Итак, доктор Ходж! — жизнерадостно воскликнул издатель, лишь только они уселись друг против друга.
– О! Прошу вас, зовите меня Беккетом или Беком… Как вам будет угодно.
– Хорошо, пусть будет Беккет, — согласился Бурбон, предупредительно наливая ему кофе. — Итак, Беккет! Я искренне рад, что наша встреча состоялась, поскольку… — Он отставил кофейник и со значением возложил обе ладони на плотную стопку печатных страниц. — Мне чрезвычайно приятно сообщить вам, что это действительно КНИГА!
Бек почувствовал, что неудержимо краснеет.
– Мне чрезвычайно приятно это слышать, — пробормотал он, — сказать по правде, я удивлен, что вы обеспокоились распечатать рукопись, ведь столько бумаги… В конце концов, любой киберчтец…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
