Читаем без скачивания Мальчишкам до 16 и старше - Эдуард Веркин

Потом ты узнаешь, что там, за поворотом, и тебе сильно-сильно захочется вернуться в то время, когда ты еще не знал, что за этим самым поворотом сплошная ерундень. В то время, когда ты надеялся, что там сплошной мармелад.

Один учитель одной средней общеобразовательной школы, глядя, как ученики на перемене развлекаются тем, что цепляются за проезжающие мимо грузовики и скользят за ними по обледенелой дороге, сказал, что детство похоже на минное поле. Каждый шаг таит опасность, каждый прыжок может обернуться малоприятными последствиями. Чуть влево – чуть вправо – и все, дырка в голове. И продемонстрировал список погибших учеников школы за десять лет. Погибших не в войнах, не в авиакатастрофах, а на улицах города и дома.

Список был довольно внушительный.

«Я его показываю каждой новой параллели, – сказал педагог. – Все читают, удивляются. И продолжают кататься за грузовиками по льду. На минное поле им плевать».

Я с ним вполне согласен. Плевать. Ведь в самом деле пережить детство без потерь – большая удача. Значительный процент поломанных рук и ног приходится как раз на период от десяти до шестнадцати лет. Неудивительно – велосипеды, лазание по деревьям и сальто вниз головой с гаража в сугроб мало способствуют сохранности опорно-двигательного аппарата.

А страхи? А комплексы, которые расцветают буйным цветом на пустом месте? А психозы, посещающие четырнадцати-шестнадцатилетних подростков с завидной регулярностью?

Вообще опасных для здоровья и рассудка ситуаций в детстве встречается даже больше, чем во взрослой жизни. И поэтому эта книжка может быть интересна прежде всего тому, для кого детство – не веселая прогулка с отцом в парк аттракционов, а путешествие по долине гейзеров. Тому, у кого глаза кролика-альбиноса от просиженных за монитором часов. Тому, кто в двенадцать лет, чтобы позабавить сестренку, пришивает к мозолям на руках разноцветные пуговицы. Потому что с одиннадцати лет ему уже приходилось вкалывать на дурацкой папашиной свиноферме.

Если тебе не очень уж плохо, если ты учишься не в обычной школе, а в учебном заведении типа лицея, где в программе бальные танцы и фехтование, тебя вряд ли беспокоят несостыковки с физкультурником или, напротив, состыковки с хулиганами. Зато у тебя наверняка имеются вопросы по поводу происков твоих «друзей», по поводу общения со сверстницами и холодной войны с родителями. По поводу страхов. По поводу комплексов. Да мало ли еще какие вопросы возникают у человека от десяти до шестнадцати лет. И даже если ты не найдешь нужных ответов, то сможешь взглянуть на свои проблемы по-другому. И не исключено, что они не покажутся тебе такими уж страшными.

Тем же счастливчикам, у кого трудностей нет вообще, тоже будет интересно – всегда приятно осознавать, что тебя проблемы обходят стороной. Я в детстве обожал читать книжки про французских оборванцев. Читал и радовался, что у меня есть дом, обед и телевизор. Что у меня все более-менее в порядке. Это укрепляет сердечно-сосудистую систему.

И взрослым интересно будет. Вернее, полезно. Вдруг случится чудо, и взрослые попробуют оглянуться назад, сумеют посмотреть на свое детство чуть по-другому, сумеют протереть глаза и вытащить из ушей бананы. И если они попробуют хоть краем уха услышать своих детей, значит, они не совсем потерянные типусы. И, выражаясь высокопарным языком, установление контакта между родителями и детьми – существами, по сути, с разных планет – станет возможным.

И еще. Эта книжка напомнит взрослым, что их дети – капризные, вздорные, вредные и непослушные – существуют в мире непрекращающейся войны.

В мире детства.

В мире, где проблемы, смешные для взрослого человека, разрастаются до вселенских масштабов и могут не просто покалечить. Могут убить. И пусть взрослые станут более терпимыми, добрыми и, самое главное, понимающими.

Девочкам.

В эту книжку будет интересно заглянуть и девчонкам. Хотя сама книжка и предназначена для мальчишек, но девчонки ведь должны знать своего противника в лицо!

Так что вперед.

Прочитай, может, полегчает.

Глава 1

Комплексы

Правила крысобоев

Вводный пример

СКОРБНАЯ ИСТОРИЯ БОРЬБЫ ДЕВЯТКИНА С ИУДУШКОЙ ГОЛОВЛЕВЫМ

С Девяткиным жил Иудушка Головлев. Жил не в одной комнате, нет. Если бы Иудушка поселился еще и в девяткинской комнате, Девяткин бы точно рехнулся. И наложил бы на себя руки.

Иудушка Головлев жил внутри Девяткина.

Как-то раз, еще в начальной школе, классная руководительница заметила сходство Девяткина с одним из самых неприятных героев Салтыкова-Щедрина. И озвучила – в те времена учителя особенно с детишками не церемонились: что думали, то и говорили. И делали тоже.

Так, один мальчик на уроке рисования отказался изображать предложенного в качестве модели Эдика Геворкяна, сказав, что это не модель для рисования – у него слишком уши оттопыренные и нос картошкой. За что рисовальщица поставила этого мальчика на табуретку, на шею ему привесила табличку с надписью «националист» и продержала так до конца урока. Кто такие националисты, никто тогда толком не знал, но факт стояния на табуретке перед всем классом был весьма унизительным.

Все сорок минут урока «националист» обливался слезами.

Так вот классная руководительница сказала Девяткину, ты, мол, Девяткин считаешь хорошо, недаром на Иудушку Головлева похож. Класс восторженно грохнул: «Иудушка, Иудушка!» Что означало это слово, никто тоже не знал, даже приблизительно. В том числе и сам Девяткин. Но оно чрезвычайно всем понравилось, и целую неделю Девяткина дразнили Иудушкой. Потом, конечно, забыли, переключились на кого-то еще.

А Иудушка остался. И стал жить с Девяткиным. Правда, тогда, сразу, Девяткин этого не заметил. Но просто так, для общего развития, решил узнать, кто такой этот Иудушка. Он заглянул в справочник по русской литературе и выяснил про Иудушку и всю его компанию. И даже изображение Иудушки нашел. И ужаснулся – он и в самом деле был весьма похож на Иудушку.

Маленький, остроносенький, тощий. Подбородок скошен. Уши острые.

Иудушка – и Иудушка. Девяткин испугался, что он, возможно, не только внешне похож на этого персонажа, но и внутренне – не зря же учительница так сразу его определила. И стал читать саму книжку, стараясь выяснить, насколько он схож с Иудушкой характером.

За месяц одолев приключения Иудушки, Девяткин успокоился – на этого негодяя он походил лишь снаружи.

Однако успокоился он рано. Очень скоро Девяткин понял, что Иудушка – не такой простой парень. Иудушка уже подкрался к Девяткину на расстояние броска. Он притаился. И ждал только удобного случая. А может, уже и дождался…

Девяткину стало казаться, что все вокруг знают, что он Иудушка, за глаза его так называют и улыбаются за его спиной. И всеми силами Девяткин стремился не походить на Иудушку.

И все больше и больше, как ему казалось, на него походил.

Куда бы Девяткин не пришел, ему сразу же начинал мерещиться легкий шепоток: «Иудушка, иудушка, иудушка…» Трудно придумать что-либо хуже Иудушки. Иудушка – это как справка. Кто будет дружить с Иудушкой? То-то и оно.

Вот и Девяткин ни с кем не дружил, сидел на задней парте и вообще был букой. Он, конечно, рад был бы с кем-нибудь задружиться, но боялся, что едва попытается это сделать – ему сразу же ответят, что приличные люди с Иудушкой не водятся.

Девяткин ненавидел Иудушку. Как ненавидел и господина Салтыкова-Щедрина, в девятнадцатом веке стряхнувшего этого мерзавца с кончика своего талантливого пера. Ненавидел и боролся с Иудушкой всеми силами.

Он стригся накоротко, тренировал перед зеркалом гримасу, отличную от выражения лица Иудушки, изучал первоисточник, чтобы не быть похожим на Иудушку. Борьба с Иудушкой стала поглощать почти все свободное время Девяткина. Он шлифовал антииудушкинскую маску, занимался в кружке фехтования, даже одну военно-спортивную секцию посещал.

Но Иудушка не сдавался. Стоило Девяткину посмотреть в зеркало, он видел в нем Иудушку. В конце концов однажды, это было уже классе в восьмом, Девяткин спросил у отца, со скольких лет можно делать пластические операции. Отец насторожился и постепенно вытянул из Девяткина всю скорбную историю его борьбы с Иудушкой Головлевым.

После чего потащил Девяткина к своему знакомому психологу.

Эту историю, кстати, рассказал сам психолог, естественно, изменив фамилию своего юного пациента. Комплекс неполноценности, развившийся у Девяткина из-за худобы, низкого роста и не очень симпатичного лица, при столь забавном стечении обстоятельств оформился в образ Иудушки. И начал собственную жизнь.

Психолог сказал, что Девяткина привели к нему как раз вовремя – Иудушка набирал силу и неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не визит к специалисту.

Специалист разделался с Иудушкой быстро и весьма ловким способом. Он сказал Девяткину, что к нему уже приходило три человека с просьбой избавить их от Иудушки и он тех парней от персональных Иудушек легко избавил.