– Я понимаю, – орк картинно поднял руки, – у вас нет причины мне доверять. Но поверьте – у меня не было иного способа вас предупредить о грозящей опасности. Чтобы вы смогли больше доверять – код «Мифриловая звезда”, – произнёс он.
О как! Этот пароль почти год назад мне сказал мастер Турин именно для того, чтобы информации о готовящемся нападении на королевском балу была принята всерьёз. Но мне поверили и без пароля. Правда я, балбес, так и запамятовал выяснить, что означает – код «Мифриловая звезда».
– Почему вы с этого сразу не начали? – задал вопрос сделавшийся ещё более напряжённым посол.
– Это для чрезвычайных ситуаций, а вас пока никто не убивает, но по моим данным – собирается. Скорей всего, совет матерей народа дроу не хочет, чтобы неподконтрольное им княжество налаживало контакты. Им выгодно, чтобы оно по-прежнему находилось в изоляции.
– Подполковник, понимаете, что я запрошу всю возможную информацию о вас? – спросил Виктор Геннадьевич. – Пароль – это конечно хорошо, но мне хотелось бы больше знать о том, кто принес подобные известия. Подтвердить, так сказать, личность.
– Я не имею ни чего против этого, – заявил орк.
Тем временем, посол достал лист бумаги из стола и начал очень быстро что-то писать.
– Уж простите моё любопытство – начал мой шеф. – Если не секрет – что вы тут делаете? Я имею в виду королевство Ровалия. Зачем сюда посылать целого подполковника, есть что-то, с чем не справится местная резидентура? Только не надо отрицать её существование, – мгновенно отреагировал полковник на попытку зеленокожего заговорить.
– Даже не буду пытаться, – рассмеялся гость. – Знаете, есть задания, которые своей спецификой, скажем так, сильно выходят за рамки возможностей обычных сотрудников. Вот тогда и привлекают таких, как я.
Орк говорил правильно, без привычного для его народ рычащего акцента, из-под манжет дорогой сорочки выглядывали золотые браслеты воина. Да не простого воина, а настоящего Волчьего всадника или, как назвал его профессор Деверо – Степного лорда. Интересно, как представитель высшей военного сословия Великой степи попал на службу в Имперскую военную разведку.
– Неужели нашим потребовалось здесь кого-то «убрать»? – задал я вопрос, до этого момента предпочитая молча наблюдать за пикировкой старших офицеров.
– Почему сразу «убрать»? – возмутился орк.
– Ну… господин Труигар, стоит взглянуть на вашу мор… мужественное лицо, – быстро поправился я, – и сразу становится понятно, что вы явно не профессор филологи, и приехали не на симпозиум по эльфийской поэзии.
Гость пару секунд смотрел на меня, а потом расхохотался.
– Вы правы, лейтенант, я далёк от эльфийской поэзии, но когда задействуют специалистов вроде меня, это совсем не значит, что готовится ликвидация. Я не могу рассказать, что конкретно за дела меня привели в Ровалию, но могу сообщить, что они были за её границами. Точнее – в Огненной пустыне, в одном из давно заброшенных и частично занесённым песком городе.
– А этот город случайно находится не в «Оазисе Аль-Альбейни»? – поинтересовался полковник.
– Нет! Что вы! Соваться туда могут только безумцы! Там даже на ближних подступах без отряда сильных магов делать нечего, а уж о самом городе я и не говорю. В Огненной пустыне есть ещё несколько городов на древнем, всеми забытом караванном пути, – ответил орк.
– Так шастать по пустыне тоже совсем небезопасно. Там живут далеко не мирные племена кочевников – бандиты, не оставляющие попыток разграбить гномий караван с алмазами, да порой и магические твари появляются, – вновь вступил в разговор посол.
Он закончил писать и теперь достал из сейфа крупную линзу на подставке, сплошь покрытой рунными знаками. Установив её на столе так, чтобы гость попал в фокус, а рядом пристроил лист бумаги. Проведя рукой над конструкцией, активировал неяркое свечение рун. Пару-тройку секунд ничего не происходило, а потом синеватый расширяющийся луч упал на бумагу. Под его воздействием на ней быстро стало проявляться изображение сидящего на диване орк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Магография! Я и не знал, что у Виктора Геннадьевича есть подобный артефакт. Эта вещица во многом удобней обычных громоздких фотоаппаратов: не надо возиться с стеклянными фотопластинками, специальными механизмами для регулировки длительности воздействия света, штативами и главное – изображение переносится на абсолютно любую бумагу. Но и есть несколько неудобных моментов. Во-первых, с фотопластинки можно напечатать сколько угодно копий и когда захочешь, а с магографией – только сейчас, невозможно отложить этот процесс на будущее, во-вторых, из-за сильного магического фона изображение может «поплыть», причем даже экспериментальным путём не удалось понять, почему на одни и те же заклинания этот артефакт может как среагировать, так и нет. Но все согласны это терпеть – вещь-то крайне удобная.
Когда изображение полностью сформировалось, посол убрал в конверт и портрет гостя и написанное сообщение, запечатал двумя печатями (личной и посольства), потом прошёл к маленькой каменной плите, сплошь исписанной рунной вязью. Над портальной плитой Магической почты видимо заколебался воздух, и Виктор Геннадьевич положил конверт на неё. Конверт с хлопком исчез. Но прежде чем исчезнуть, поверхность конверта приобрела ярко-алый цвет. Видя моё недоумение, он хитро, по-мальчишески подмигнул. Рискует посол, видно обида на министерских всё ещё свежа – так маркируется почта чрезвычайной важности: ну, если бы вдруг королевство Ровалия решило объявить войну нашей Арсанийской Империи. А тут всего и делов-то – нас просто собираются убить, не впервые раз, к тому же. Даже полковник осуждающе покачал головой. Все это (печать портрета гостя, отсылки письма, и наш обмен взглядами) заняло от силы с десяток секунд, которые ушли у орка на то, чтобы подобрать слова для ответа послу.
– Знаете, это не так опасно, как кажется, при наличии опытного проводника, хорошо экипированного и надёжного отряда поддержки. Все риски сводятся к приемлемым величинам.
– Это если наёмники не предадут, – сказал дядя Лёша.
– Ну, с этим наёмным отрядом наша служба сотрудничает довольно давно и плодотворно. Его надёжность проверялась неоднократно, да и деньги мы платим неплохие без задержек.
– Пока запрос на подтверждение вашей личность к нам не вернулся, может начнёте свой рассказ? – предложил Виктор Геннадьевич.
– Согласен. Собственно, в общих чертах события развивались так… Возвращались мы после очередной вылазки в Огненною пустыню и уже подходили к предгорьям, как передовой дозор заметил тонкую струйку дыма от костра. Решено было проверить, кто это разбил лагерь, хотя вариантов было немного – или кочевники, или бандиты. Как по мне, так одни от других ничем не отличаются. Разведчики смогли подобраться довольно близко и выяснили, что на отдых расположилась банда рыл в тридцать на лошадях и с десятком вьючных мулов. Расположились они у колодца, о котором не знал наш проводник, а он из кочевников, не раз доказывал, что знает в пустыне каждый источник и чуть не с каждой ящерицей знаком. Поэтому интерес к ним серьёзно вырос, решили понаблюдать, расположившись поблизости.
– А не рискованно было? Если они в пустыне как дома себя чувствуют и даже вашего проводника сумели удивить, – поинтересовался полковник.
– Мы предприняли меры, чтобы нас не обнаружили. Маг отряда большой специалист по иллюзии, такие миражи насылает – от настоящих не отличишь. Вот он ещё один бархан и сотворил. Как бы хороши наши противники ни были, а все барханы наперечет знать не могут. Под этой иллюзией мы и затаились на время. В пустыне темнеет быстро, и как только спустились сумерки я и ещё несколько бойцов, хорошо экипированных и подготовленных к скрытным проникновениям, выдвинулись к лагерю бандитов. Сторожевая магическая сеть у них была простенькой, миновали её без проблем, часовых тоже не побеспокоили. Подобрались к палаткам близко, место стоянки находилось в небольшом углублении у подножия дюны, так что слышали все, о чем говорят в лагере. Сначала ничего интересного не происходило, но вот спустя время к ним прибыл всадник на ездовой ящерице. Этот гость и затеял разговор о вашем убийстве, предложив атаману почувствовать в этом деле.
