Она с издевкой осуждала двоих своих бывших одноклассников, а это означает, что она стала циничнее. Или непримиримее.
Однако жизнь Дэвида Блейза сложилась довольно хорошо. Кайла знала, чем он занимается. Весь город гордился им и с удовольствием отслеживал каждый его успех.
Хотя Кайла вернулась в Блоссом-Вели меньше двух недель назад, она уже видела его фотографию на обложке «Лейксайд лайф». Этот журнал продавался в городе повсюду – в супермаркете, ресторанах и киосках.
Недавно в журнале появилась огромная статья о компании Дэвида. На обложке он красовался на фоне многомиллионного жилища в Йорктоне. Это был реконструированный отель, в котором теперь располагались престижные жилые апартаменты. Дэвид излучал чрезвычайную самоуверенность, властность и успех.
Несмотря на сидячую работу, он обладал отменной фигурой: широкими плечами, мускулистой грудью, узким торсом и стройными, тренированными ногами. На фото он был одет в темно-синюю спортивную рубашку и шорты цвета хаки.
У него был цветущий вид, его волосы оттенка темного шоколада были ухоженными и коротко постриженными. Карие глаза Дэвида казались бархатистыми.
В прошлый раз Кайла видела его два года назад – на похоронах своего мужа, Кевина. В тот день она не особо его разглядывала. Она лишь чувствовала его крепкие и теплые объятия и верила, что все наладится.
Но потом она рассердилась и задалась вопросом, где был Дэвид все эти годы, когда Кевин в нем нуждался. И когда она в нем нуждалась.
Почему Дэвид отказал Кевину в общении? Холодная отстраненность Дэвида после страшной трагедии, случившейся через несколько дней после окончания средней школы, безусловно, расстраивала Кевина. И ничто не могло его утешить. Даже любовь Кайлы.
Жизнь всех троих изменилась раз и навсегда, и Дэвид Блейз доказал, что он отвратительный друг.
Похоронив мужа, Кайла жила на страховку, которую ей выплачивали за Кевина, и была довольно неплохо материально обеспечена. Но на душе у нее было неспокойно. Она больше не понимала, чего хочет от жизни.
Она начала слабеть от укуса пчелы. А еще внезапное появление Дэвида лишило ее душевного равновесия.
– Где твоя аптечка? – властно спросил Дэвид, вырывая Кайлу из болезненных воспоминаний.
– Я обойдусь без твоей помощи.
– Не обойдешься.
Она хотела возразить, но, ощущая растущую слабость, запаниковала. Неужели она умрет от удушья? Кажется, ее дыхание участилось. Начался ли у нее отек? И где ее собака?
Кайла отвела взгляд от Дэвида и оглядела близлежащие кусты.
– Мне не нужна твоя помощь, – упрямо произнесла она, отказываясь поддаваться панике и целенаправленно отводя глаза, чтобы не видеть раздраженный взгляд Дэвида и его нахмуренные брови.
– Бастигал! – позвала она. – Ко мне! Мой пес… Он выпал из корзины. Я должна найти своего пса.
Она почувствовала, как Дэвид решительно коснулся пальцем ее подбородка, заставляя посмотреть в его глаза.
– Кайла? – Его голос был сильным, уверенным и очень суровым. Он говорил медленно, чеканя каждое слово. – Скажи, где твоя аптечка. Сейчас же.
Глава 2
Дэвид Блейз был не из тех, кто привык, чтобы ему возражали. Кайла стала неприятна себе за то, что так легко капитулировала перед его напором. Она вдруг почувствовала, как у нее кружится голова, падает давление. Остается надеяться, что ее нынешнее состояние никак не связано с присутствием Дэвида Блейза.
Она уклонилась от ладоней Дэвида, которыми он обхватил ее лицо. Ей не хотелось, чтобы он думал, что ее слабость связана с его прикосновением.
Кайла напомнила себе, что в свое время Дэвид не удосужился приехать, чтобы поддержать Кевина, и постаралась собраться с силами.
Она присела на бордюр.
– В сумочке. В корзине велосипеда. – Ее поведение казалось ей трусливым поражением.
Она смотрела на Дэвида, и внезапное восхищение им побороло стремление с ним враждовать. Хотя он работал спасателем давным-давно, даже сейчас движения Дэвида были спокойными и уверенными.
При других обстоятельствах его властное поведение взбесило бы Кайлу, но сейчас оно придавало ей уверенности. Она старалась выровнять учащенное дыхание.
Странное дело. Дэвид кажется ей одновременно давним знакомым – она помнила его блестящие волосы, идеальные черты лица и бархатистые глаза – и незнакомцем.
Дэвид подошел к упавшему велосипеду, подобрал рассыпавшиеся подсолнухи и зеленый листовой салат, потом поднял сумочку. Присев на корточки, он бесцеремонно высыпал содержимое сумочки Кайлы на дорогу, проигнорировав ее протест.
Через несколько секунд он приготовил шприц-ручку с адреналином и присел на бордюр рядом с Кайлой.
– Ты сама сделаешь укол? Или я? – спросил он.
Посмотрев в ее лицо, он все понял. Дэвид приподнял ее юбку, обнажая бедро. Кайла закрыла глаза, дрожа от его прикосновения.
Она могла бы потребовать, чтобы он взял специальную иглу, которой можно было сделать инъекцию через одежду, но промолчала. Кайла объяснила свою нерешительность тем, что у нее отекло горло. И, кажется, у нее начали опухать глаза.
Она чувствовала его тепло. Большим и указательным пальцами он натянул кожу на ее бедре, приготовившись сделать укол.
– По-моему, я сейчас упаду в обморок, – трусливо прошептала Кайла.
– Не упадешь. – Его ответ походил на приказ.
Она попыталась сердито на него посмотреть. Что за высокомерное заявление! Ей лучше знать, упадет она в обморок или нет! А он не может этого предполагать! Но вместо негодования Кайла опять ощутила, до чего ей приятно чувствовать близость Дэвида. Их плечи соприкасались, солнечный свет золотил его блестящие волосы цвета шоколада. Когда он наклонился над ней, ее окутал чистый и дразнящий запах его тела.
От страха она положила ладонь на бедро в том месте, где Дэвид собирался делать ей укол. Он решительно отвел ее руку в сторону.
– Я не готова! – запротестовала она.
– Посмотри на меня, – приказал он.
Кайла взглянула в его властные и спокойные карие глаза. Взгляд Дэвида был настолько опьяняющим, что в сравнении с ним пчелиный укус показался ей пустяком.
Время словно повернулось вспять. Она помнила, что было связано с Дэвидом. О том, как он поднимал голову, когда ее слушал, как пристально смотрел на нее, как непринужденно смеялся. Как умел дружить и поддержать в трудную минуту.
Ее дыхание замедлилось.
Кайла посмотрела на его чувственную и полную нижнюю губу и ощутила, как сердце снова бешено заколотилось. Когда-то, давным-давно, она наслаждалась вкусом этих губ, уступая желанию, которое Дэвид всегда в ней пробуждал. Тогда им обоим было по семнадцать.
Она помнила, что вкус его губ казался ей экзотическим и восхитительным. Она не забыла, как Дэвид целовал ее, словно мечтал об этом все два года, что они знали друг друга.
