Заграничные шоколадные батончики, ароматная жевательная резинка, легендарные шипучие напитки – все это всегда было в доме, не говоря уже о колбасе и всяких деликатесах. И одевала Маргарита Семеновна своих пацанов в самое модное, и компьютер у них был крутой, и мобильники у них появились у первых в классе и на курсе, и высшее образование они получили оба.
Единственное, что Маргарита Семеновна не могла дать своим детям, так это внимание. Работала она спозаранку и допоздна. Оставляла завтрак с запиской, что разогреть на обед и ужин, будила пацанов – и уходила на работу. Общалась с ними лишь по выходным, между домашними хлопотами: нужно было еды на неделю наготовить, постирать, погладить, в доме прибраться. Слушала невнимательно, отвечала невпопад, советов не давала. Весь контроль над сыновьями ограничивался проверкой их дневников и посещением родительских собраний, а воспитание сводилось к слезным просьбам больше так не делать, вести себя хорошо и не забрасывать учебу.
Игорь по темпераменту был экстравертом и ослаблению контроля со стороны матери был только рад. Но свободой он упивался недолго. Взяться за ум его заставил младший брат. В первый класс его водила мама, потом он сидел в продленке, откуда его забирала соседка вместе со своим сыном. А со второго класса обязанности провожать Витю в школу и забирать из нее, помогать с уроками и защищать были делегированы старшему брату, тогда уже пятнадцатилетнему.
Почувствовав ответственность за малого, Игорь моментально повзрослел. Даже учебу подтянул. Школу, правда, без медали окончил, но хорошо. В вуз легко поступил. А вот Витю заставил учиться во всю силу, так что тот даже медаль получил, правда, не золотую, а всего лишь серебряную. И только после того как Виктор окончил школу и поступил в университет, Игорь посчитал, что брат уже взрослый, и уехал на заработки в Москву, где успел-таки сделать карьеру и Вите помог встать на ноги. Вот уже пять лет, как у того было свое кадровое агентство, и в чьей-либо помощи или опеке он не нуждался.
Однако заботы одного лишь брата Вите не хватало, он жаждал материнской ласки, ему требовалось постоянное подтверждение маминой любви, которого он не получал. Недостаток материнского внимания мальчик переживал крайне тяжело. И вот решил для себя, что его дети страдать от недостатка заботы со стороны мамы не будут. Поэтому Маше он сразу сказал, что работать она не будет – он предоставит ей возможность полностью отдавать себя воспитанию детей.
Но это не означало, что он хотел превратить жену в наседку. Он ее уважал, рассказывал ей о своей работе, делился планами, советовался с ней, не контролировал ее расходы и не требовал отчитаться, как она проводит время, пока он зарабатывает деньги.
Отношения в семье были доверительные, и Маша никогда ни на что не жаловалась. И не говорила, что ей не хватает денег. Так что же тогда произошло? Что заставило ее искать источник заработка в ущерб Симе? Об этом Виктор и спросил, еще не до конца придя в себя от «хорошего» сюрприза.
– Что произошло? Заболел кто-то? Валентина Сергеевна? Данила Кириллович?
– Да что ты такое говоришь?! Здоровы все. Тьфу-тьфу…
– Мама, не плюйся, фу-у-у! – перебила Машу дочка.
– Тогда что случилось? Зачем тебе деньги? Не проще ли спросить у меня? Разве я тебе когда-нибудь в чем-то отказывал?
– Дело не в деньгах! Я просто хочу работать, – ответила Маша.
– Ты не на собеседовании, Маш, – поморщился Виктор, – мне-то ты можешь не заливать: работать не хочет никто. Уж я-то знаю: общался с тысячами соискателей.
– А вот я – хочу! – вспылила Маша.
– Такого не бывает. У тебя наверняка что-то произошло, – не поверил Виктор. Но, подумав, что своим проблемы жена может не хотеть обсуждать при ребенке, добавил: – Отложим разговор до завтра.
– А сегодня что, даже не отметим? – упавшим голосом спросила Маша, беря в руки стоящую на столе бутылку шампанского.
– Отмечать нечего – не вижу повода, – отрезал Виктор.
– Праздник отменился? – грустно пискнула Сима.
– Праздника и не было, мама перепутала, – ответил Витя. – У нас будет просто вкусный ужин.
– У нас каждый день бывает вкусный ужин, я хочу праздничный, – заныла Сима.
– А ты хочешь, чтобы мама каждый день оставляла тебя одну? – недовольно спросил дочку Виктор.
– Почему одну? Мы нашли бы няню. А до этого она походила бы с тобой на работу, – встряла, не дав дочке ответить, Маша.
– Со мной? На работу? Ты в своем уме, Мария?! – возмутился Виктор. – Я, вообще-то, директор фирмы. Ко мне клиенты приходят постоянно. У меня совещания бывают. И командировки, кстати, тоже.
– Вот именно: ты – директор фирмы, и тебя никто не уволит за то, что ты берешь с собой дочь. А я буду простым офис-менеджером и помощником директора. Мне ребенка таскать с собой никто не позволит, – парировала Маша.
Но тут она подумала, что не стоит Симе видеть, как они с Витей ее перебрасывают друг другу, и предложила:
– Но об этом нам тоже лучше поговорить завтра. Давайте лучше есть, а то все и так уже, наверное, остыло.
Глава 3. Независимая
До завтра дотерпеть не удалось. Намерение Маши пойти работать супруги Королевы начали обсуждать в пятницу вечером, как только удалось уложить Симу спать: девочка была возбуждена новостями и долго не засыпала.
– Теперь-то ты мне можешь сказать, что у тебя стряслось? – спросил Виктор, обнимая сидящую на постели жену и целуя ее в макушку. – Уверен, вместе мы найдем решение.
– Стряслось то, что я превратилась в клушу, в наседку-домоседку, больше ничего, – раздраженно ответила Маша, выкручиваясь из объятий.
– Какая ерунда! – возразил Виктор. – Ты осталась такой же, какой была до брака: интересной и соблазнительной женщиной. И я тебя хочу. – Виктор снова обнял Машу, на этот раз не без удовольствия смяв дразнящие его сквозь тонкую ткань сорочки полушария.
– Ты сам затеял этот разговор! И сейчас не время… – прошипела Маша, убирая со своей груди руки мужа. – Мне не до секса сейчас! – Женщина встала и, развернулась лицом к мужу.
– Извини. Действительно, у тебя проблемы, а я пристаю, – спохватился Виктор. – Не держи в себе, скажи, в чем дело – я пойму. Тебя шантажируют?
– Шантажируют? Ну, у тебя и фантазии, Королев! – Маша прыснула. Но тут же приняла серьезное выражение лица и объяснила: – Нет, конечно. У меня одна проблема: я устала сидеть дома, мне не хватает общения. Чувствую себя, точно в изоляции. Пандемия закончилась, все вернулись к нормальной жизни, а я так и осталась на карантине. Чувствую себя,
