Кирилл улыбнулся на прощание и закрыл дверь. Сергей посидел еще некоторое время. Головокружение улеглось, мышцы уже вроде не думали бастовать, кажется, можно было попробовать встать. Что Сергей и сделал. Получилось с первой попытки. Сергей встал, подошел к окну. За стеклом мело, хлопья снега кружились по небольшому больничному парку, превращая невысокие ели и скамейки в странные белые изваяния. Легкая слабость еще ощущалась, но Сергей и сам чувствовал, что это – ненадолго.
Зверски захотелось есть. Сергей вернулся к кровати, развернул пакет. В пакете был паспорт, водительское удостоверение, причем номера их совпадали с теми, что были у Сергея раньше, более того, это были определенно его права и паспорт. Еще в пакете лежало тридцать плотных пачек стодолларовых купюр. Сергей подобрал диктофон, нажал «Play».
– Хорошо, насчет памяти, будем считать, мы договорились. Теперь давайте обговорим место. – Вроде бы голос Кирилла.
– Какие у вас есть варианты? – Другой голос.
Сергей поморщился, своя речь в записи ему никогда не нравилась. Запись была плохого качества, вдобавок голос звучал устало, хрипловато, но, несомненно, был его голосом. «Ладно, потом послушаю», – решил Сергей и выключил диктофон. Уже хотелось не есть, хотелось – жрать.
Сергей распахнул шкаф. В шкафу лежали пара утепленных джинсов, несколько сорочек, серый вязаный свитер. Нашелся в шкафу и небольшой кожаный портфель, чему Сергей обрадовался – мысль о том, чтобы нести по улицам Москвы триста тысяч долларов наличными в полупрозрачном пакете доставляла ему некоторый дискомфорт. На вешалке висело черно-коричневое пальто, при пристальном рассмотрении оказавшееся бобровым – только мехом внутрь. Классического покроя, без излишеств, но той нарочитой скромности, что отличает действительно дорогие вещи. Сергей хмыкнул. Он быстро переоделся, надел пальто, с радостным узнаванием достал с верхней полки небольшую меховую шапку, тоже бобровую. Посмотрел в зеркало и остался доволен – вылитый Шаляпин.
Вышел в коридор, огляделся, двинулся наугад направо – и не ошибся: шагов через пятьдесят коридор привел его в холл. Рядом с дверью за стойкой скучала пожилая медсестра. Увидев Сергея, она подняла голову, улыбнулась приветливо и спросила:
– Покидаете нас, Сергей Михайлович?
– Да, – ответил Сергей, – благодарю за гостеприимство, но надеюсь, больше не понадобится. Мне надо где-нибудь расписаться?
Сестра отрицательно покачала головой:
– Ничего не надо, все уже сделано. Доброго вам здоровья, Сергей Михайлович.
– Спасибо. Не подскажете… – Сергей заколебался, спрашивать, «где я нахожусь», ему не хотелось… – не подскажете, как к метро пройти?
– Отчего ж не подсказать, – охотно откликнулась медсестра, – как выйдете через ворота, идите направо, а потом все прямо и прямо, выйдете на Варшавское шоссе. Повернете налево и там, совсем скоро, станция метро будет. А может, вам такси вызвать, все же после болезни? Посидели бы пока, чаю попили.
– Спасибо, не надо. – Сергей улыбнулся. – Вашими стараниями, я уже совсем здоров. Пройдусь лучше, свежим воздухом подышу. До свидания.
Сергей толкнул массивную дверь и вышел наружу. Злой ветер тут же накинулся на него, словно волк, сидевший в засаде. Но Сергей поплотнее запахнул шубу, поднял воротник, и ветер разочарованно отстал, только подвывал негромко где-то сбоку, уже не пытаясь застудить. Сергей с наслаждением втянул в легкие свежий морозный воздух и зашагал по громко скрипящей под ногами заснеженной тропинке к воротам.
* * *
Семен, кутаясь в свое зябкое пальтишко, забежал под прикрытие палатки, замедлил шаг, подошел к столику и поставил два исходивших паром одноразовых стаканчика.
– Опять шаурму свою взял, – недовольно сказал Антон, – сто раз тебе говорил, что есть эту гадость – только себя травить.
– А тебе я и не брал, – парировал Семен, – на, держи свои блинчики. По мне, так вовсе не гадость. – Семен с наслаждением впился зубами в шаурму, но вдруг замер с округлившимися глазами.
– Что, – съязвил Антон, – крысиный хвостик в зубах увяз?
Семен, усиленно пережевывая, промычал что-то и ткнул пальцем Антону за спину. Антон обернулся и увидел проходившего мимо полного усатого мужчину в черно-коричневом пальто. Мужчина был Иным – и довольно сильным. Антон посмотрел пристальнее. Лицо совершенно незнакомое. Недоуменно обернулся к Семену:
– Ну Иной, ну уровня так первого-второго. И что? Ты его знаешь, что ли?
Семен, дожевав, непонимающе посмотрел на Антона, а потом скептически поджал губы:
– Дубина ты, Антон. И за что только тебя так шеф любит? Ты глянь, он же неинициированный.
– Да ну, брось, – удивился Антон, снова оборачиваясь, – откуда тут взяться… – но тут же заметил то, на что не обратил поначалу внимания: метка где? Метки не было. И закончил: – Ни хрена себе.
– Сказал я себе, – отозвался Семен, – значит, так, я за ним аккуратненько потопал, а ты звони шефу. Пусть-ка он его сам охмуряет, а то если мы попробуем и облажаемся, то будем тогда ближайшие двести лет Кунсткамеру украшать. В виде баранов – сиамских близнецов. Но ты глянь, какая силища. Не удивлюсь, если он Великим станет после инициации. – Семен быстро допил кофе и, подняв воротник, двинулся следом за неизвестным Иным.
Антон достал телефон, набрал номер. Дождался ответа.
– Пресветлый?.. Добрый день. У нас очень странный случай…
// 01. ИНИЦИАЦИЯ
Сергей зевнул и поморщился. Вчера он закончил последнюю книгу из серии «Патрули», по этому поводу позволил себе немного расслабиться с употреблением горячительных напитков, и голова теперь слегка побаливала. Сергей уже выпил таблетку и теперь ждал, когда она подействует. Утро было совсем не апрельским – тусклым, морозным, с сильным ветром, бесновавшимся за окнами. Сергей зевнул еще раз и поставил на огонь чайник. Порылся в холодильнике в поисках завтрака, – время приближалось к десяти, дома никого не было, не считая зверья, разумеется. Словно услышав, что о нем подумали, Буся вдруг залаял и зацокал коготками в прихожей.
– Буся, фу! – крикнул Сергей, и тут же прозвенел дверной звонок. Сергей удивился, он вроде никого не ждал. Не торопясь, поднялся, подошел к двери, аккуратно отодвинув крутившегося под ногами пса. Посмотрел в глазок. Искаженное линзами, на него смотрело незнакомое мальчишеское лицо. «Тьфу ты, черт, – подумал Сергей, – неужели опять?» Скорее всего, за дверью изнывал очередной поклонник его творчества. Время от времени таковые каким-то образом узнавали его адрес и умудрялись просочиться мимо консьержки. Обычно они и сами не знали, чего хотят, и, соответственно, ничего, кроме разочарования, в результате вожделенной встречи получить не могли. Почему-то это сплошь были пацаны лет двенадцати – шестнадцати. Сергей таких визитеров очень не любил и старался отделаться от них побыстрее. «Не открывать, что ли?» – мелькнула мысль, но в этот момент стоявшая за дверью фигурка протянула руку, и звонок прозвенел снова. Сергей поморщился и потянулся к замку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
