Еще моя покалеченная машина добавит искорки в пламя. Я, конечно, дома не сижу, и у меня есть неплохая должность в родительской компании, но мне поручают самые мелкие дела.
Обидно было всегда, что твой собственный отец видит в тебе только симпатичную куклу, которой нельзя доверять серьезные дела.
Я так задумалась, что когда в руке зазвонил телефон, вздрогнула и автоматически сбросила вызов. Успела только увидеть улыбающееся лицо Миши на экране.
Козел неотесанный!
Поймала себя на мысли, что надеюсь на то, чтобы этот потаскун не перезвонил.
Но через пару минут телефон снова вибрирует. Принимаю звонок и быстро, на одном дыхании проговариваю:
— Мы расстаемся, свадьбы не будет!
* * *
Только оставшись одна в своей комнате, позволяю себе немного расслабиться. Мать засыпала своими расспросами прямо с порога. Кинула ей двусмысленные фразы и сразу удалилась. Радует только, что отца нет дома.
На прикроватном столике уже стоял принесенный элитный зеленый чай из Китая. Я взяла кружку в руки и принялась наслаждаться приятным по вкусу напитком, который должен успокаивать.
Чай особо не помогает. Наскоро принимаю ванну, переодеваюсь и плетусь в кровать. Отличный сон поможет справиться с депрессией. Точно!
Не успела уснуть, как в дверь постучали. Нехотя поднимаю свое ватное тело с кровати и иду открывать. За дверью стоит модная шатенка с большими зелеными глазами.
Мама!
Испепеляющий взгляд и накачанные губы, накрашенные ярко-розовой помадой, сейчас сжаты в тонкую полоску. Маникюр с изящными цветными ноготочками. В этих ухоженных пальчиках лежит телефон последней модели. Крутит его как-то нервно.
Одета в атласное платье цвета морской волны, который очень шел ее лицу. На шее поблескивало ожерелье из белого жемчуга с синеватой радужной оболочкой, придавая ей праздничность и подчеркивая свежесть чуть смуглого лица.
— Мама, сегодня праздник какой-то? — Стоящая до этого с видом ожившей античной статуи мама неожиданно начала морщить нос.
— Что за шишка у тебя на лбу? Кошмар! Бегом приводи себя в порядок, выбери самый лучший свой наряд и не знаю как, но замаскируй свою красную ссадину! Приехал отец и с ним его старый друг. Даю тебе ровно двадцать минут! — После чего мама быстрой, но донельзя элегантной походкой уходит.
Вот черт! Никакого покоя нет.
Наскоро замаскировала свою шишку на лбу тональным кремом. С макияжем возиться не было времени и настроения, поэтому только подчеркиваю губы блеском.
По изящным плечам, полностью открытым за счет низкого выреза дорогого платья цвета спелой вишни, рассыпался водопад темных локонов. На шее красуется кулон в форме сердца, который мне подарили родители на первый юбилей. Никогда его не снимаю. Очень дорогое украшение. Красивое. А главное — памятное.
Образ идеальный. Чистый и невинный.
* * *
Спускаться по лестнице на высокой шпильке очень небезопасно, но… Мама постаралась и научила меня правильно ходить в такой обуви, когда мне едва исполнилось четырнадцать.
«Учиться этому искусству нужно для того, чтобы это выглядело красиво и, главное, безопасно», — говорила она когда-то.
Своей грациозной походкой прохожу вглубь гостиной и останавливаюсь. Замираю на месте и не дышу, потому что вижу уже знакомого мне мужчину, вальяжно сидящего на кожаном диване рядом с моим отцом. Это именно тот человек, в машину которого я въехала сегодня!
Накатившая усталость в момент отошла на второй план, а сердце понеслось в бешеном ритме, стоило мне столкнуться с острым взглядом этого мужчины.
Неконтролируемые мурашки проносятся по рукам, дрожат коленки, горят щеки и уши, перехватывает дыхание. Неприятно, когда волна паники накрывает меня как раз в тот момент, когда необходимо показать ледяное спокойствие.
Стараюсь изо всех сил не рассматривать этого бандюгана, что дается мне крайне тяжело. Бегло прохожу взглядом и замечаю, что он одет уже по-другому: вещи выглядят дорого и подобраны со вкусом. Черное поло обнажает его загорелую кожу рук и открывает вид на многочисленные татуировки. Выглядит красиво. Явно имеют весомое значение для него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Анфиса, здравствуй, — спокойным строгим голосом отозвался отец. — Какими судьбами к нам? Не смогла справиться с проблемами взрослой жизни? — все так же спокойно и чуточку надменно спрашивает.
— Папа, тут такая история вышла. В общем… Миша мне изменил, свадьбы не будет. Я у вас пару дней поживу, пока он вещи свои не соберет. — Задерживаю дыхание, наблюдая за реакцией родителя.
Долго, пронзительно смотрит отец, что-то раздумывая, а я, как идиотка, стою и смотрю на мать, притаившуюся рядом с отцом.
«Ну же, разряди обстановку, мама! Давай же!» — посылаю мысленные мольбы, но они не работают.
— На самом деле новость замечательная. Да, Руслан? — ласково спрашивает мама, положив свою ладонь поверх отцовской. — Нам он никогда не нравился. Подберем для Анфисы более достойную кандидатуру. — Звучит обманчиво уверенно.
В горле собрался тяжелый ком, а в глазах неожиданно защипало от бессилия. Я стою, словно на суде и жду своего приговора. Хотя ничего плохого не сделала.
Отец поднимается со своего места. Высокий и статный мужчина сорока пяти лет. Характер властный, местами даже жестокий. Его лицо напряжено до предела. В глазах огонь, который готов сжечь все на своем пути.
— Как этот выродок смог поступить так с моей дочерью?! Убью! — Папа вне себя. Он разъярен как никогда, и теперь мне по-настоящему страшно за жизнь Миши. Убьет же и глазом не моргнет!
— Отец, успокойся. Все же сложилось отлично, как ты и хотел, — несмело проговорила, продолжая смотреть на мать, которая в таких ситуациях могла успокоить его.
— Завтра же я сам лично выберу тебе подходящую кандидатуру, за которого ты выйдешь замуж в кратчайшие сроки. А твой Миша получит по заслугам! — отчеканил свой вердикт.
— Но… — Взгляд мужчины стал более темным и опасным. Отец приказал жестом сесть рядом с его мутным дружком, что я послушно и сделала, опустив взгляд в пол.
По ноздрям сразу ударил аромат бергамота с перцем в верхних нотах и кедра с кипарисом в шлейфе. Парфюм однозначно ему подходит и ассоциируется у меня с брутальностью, некой силой, властью. От незнакомца пахнет донельзя притягательно. Тряхнула головой, притаившись и почти вжавшись в спинку дивана.
Сейчас судьба моя решается, а я нюхаю каких-то незнакомых мне людей!
— Никаких, но! — взревел отец. — Хотя зачем далеко ходить? Ринат, за тобой должок был, помнишь? Забудем про него, если ты возьмешь мою дочь в жены. — Лицо родителя озаряет улыбка. Гадкая и зловещая.
— Ты меня извини, друг, но в жены малолетка мне не нужна. Мы уже обговаривали это. — От всего происходящего меня кинуло в жар.
Что вообще происходит? Обговаривали? Наверное, мне все снится. Иначе как объяснить этот беспредел, что сейчас творится?
Мой испуганный взгляд мечется туда-сюда, стараясь не встречаться с сине-зелеными глазами отца. И я искренне пытаюсь найти слова, чтобы объяснить ситуацию, что в данный момент происходит.
Посмотрела на лицо Рината, которое ничего не выражало. Было безэмоциональным и холодным.
— Да ладно тебе! Для своих лет она не такая уж и глупая. Мне будет намного спокойнее, зная, что дочь пристроена в хорошие руки, — пытается убедить его отец, смягчив голос. Мы сейчас на торгах? Почему родитель так активно меня презентует этому незнакомцу?
— А меня никто не хочет спросить? Я не хочу выходить замуж! Да я даже не знаю этого человека. Вы о чем говорите?! — вскрикнула на повышенных тонах, с явным возмущением в голосе.
— Анфиса, — тянет он зло слова. Не нравится мне его тон, который ничего хорошего не предвещает. Дает понять, что закипает. — Никогда не спорь со мной!
— А знаешь, я не против. Породнимся с тобой еще больше, — спокойно сказал незнакомец, чуть улыбнувшись уголками губ, и пожал руку отцу.
— Вот и отлично! Пошли в мой кабинет, поговорим там.
