На рубеже 60-70-х годов начинается новая эпоха с новыми вызовами и стабилизацией партийно-политических систем. Повсеместно снижается численность партий, проводится деидеологизация их политического курса, ослабевает идентификация избирателей с конкретной партией, снижается устойчивость партийных преференций. Политика фрагментируется по темам, уровням, носит конкретный, монопроблемный характер. У современных партий, по сути, отсутствуют глобальные проекты. Происходит персонализация политики (по выражению У. Бека). Меняется социологический облик европейского общества, и политические партии стремятся к этому адаптироваться. В жизнь партий все больше вторгаются современные политические технологии: методы рекламы и коммерческого маркетинга, анализ избирательного поля с помощью опросов общественного мнения, общественные акции, съезды партий превращаются в шоу, максимально используются средства массовой информации, интервью партийных лидеров или кандидатов на выборах от партий, теледебаты. Задачей христианской демократии была дать ответ на эти новые вызовы, адаптировать свою структуру и идеи к новым требованиям, расширить социологическую базу.
Ранее французский историк С. Берстайн сделал акцент на социокультурной истории партий, их анализ через проект общества[2]. Позднее, социологические и политологические исследования добавили к этому вес традиции, определение ментальности, социальную психологию, анализ внутрипартийных структур и механизмов, придали важность коллективным представлениям. Исследование политических партий стало проходить через их географическую имплантацию, механизмы рекрутирования членов, анализ политического активизма, электоральные результаты, отношение к истории, содержание пропаганды, региональное или департаментское влияние. Партии также все больше исследовались сквозь призму смены поколений, социо-профессиональную среду, возрастные категории[3].
История французской христианской демократии в этом плане показательна. Она может рассматриваться как общественно-политический проект, предложенный французскому обществу, но так же через анализ внутренних механизмов, опросы и электоральный состав ее членов, поколенческие маршруты и т. п. Последний крупный общественный проект, который она предложила в XX веке, принадлежал партии МРП. В 1977 г., принимая новую платформу под названием «Другое решение», христианские демократы попытались к нему вернуться и актуализировать. Но уже тогда они были подавлены жискардизмом и «либеральной революцией». Поэтому 1980-1990-е годы это время мучительных поисков, адаптации к новым политическим условиям и появление «решения» Ф. Байру, которое обретет очертания нового проекта к 2007 г. Но является ли он еще христианско-демократическим? И можно ли его анализировать только с помощью методов классической политической истории? Во всяком случае, партия Байру уже не продукт исторических обстоятельств, как МРП, а скорее результат личной воли и амбиций.
Другое важное обстоятельство – это внимание к пропаганде, которое становится определяющим в дискурсе партии. С появлением телевидения и методов политического маркетинга характер партийной пропаганды меняется. Именно через телевидение партия «входит» в каждый дом, транслируя свои идеи, побуждая своих активистов реагировать на новую культурную данность или конкретное событие. Время секций, «команд», характерных для эпохи МРП, прошло. Христианско-демократические партии становятся более элитарными, с нотабилитарной структурой, постоянно ведется поиск лидера, способного конкурировать на президентских выборах. Более важна репрезентация партии на экране, нежели общественный проект. Приходит время «митингов по-американски». Соответственно меняется роль решающего события в жизни партии, которым вместо простой парламентской победы или участия в правительстве становятся раскол, силовая манифестация, решающие выборы, референдумы и т. п. Хотя сами выборы имеют прежнее значение (меняется только их иерархия в успешности партии). Они продолжают выступать как индикаторы общественного доверия к партии, географического влияния или имплантации (ценность каждого департамента, активиста), объясняют политическую стратегию партии. В этом плане выборы – это не только избиратели и программы кандидатов, но применение на практике партийной стратегии, расчета между политиками, движения общественного мнения (то есть попытка изменить соотношение сил). Наконец, остается важной проблема внутрипартийной демократии.
Данная монография неизбежно опирается на результаты, полученные отечественными и зарубежными специалистами, материалы французской прессы, социологические опросы, исследования в области электоральной географии и политической науки. Это позволило воссоздать общественно-политический и социокультурный фон происходивших событий, равно как и показать их влияние на эволюцию христианской демократии. В то же время автор стремился опереться на архивные и оригинальные источники, еще слабо введенные в научный оборот. В данном случае интерес представляло знакомство с архивом Народно-республиканского движения (уже многократно цитированного и использованного в предыдущей работе[4]), «Центра Демократия и Прогресс» и несколькими досье архива «Демократического центра» (Центра социальных демократов), к сожалению, не классифицированного и в силу этого ограниченно доступного исследователям, а также с досье президентского архива В. Жискар д’Эстена, касающимися политических партий.
Архив «Центра Демократия и Прогресс» содержит документацию, касающуюся первых лет существования «Демократического центра», но главным образом деятельности сторонников Ж. Дюамеля. Малоинформативный с точки зрения внутренней истории партии, почти не дающий информации о разворачивавшихся дискуссиях, он вместе с тем дает представление о ее функционировании сквозь призму различных циркуляров, «дней исследования», стенограмм заседаний политического совета партии, тематических досье, подборки партийных бюллетеней.
Архив Центра социальных демократов более разнообразен и детализирован, что проистекает из масштаба этой партии. Архив составляют материалы съездов, заседаний руководящих инстанций, циркуляры и переписка партийных лидеров, отчеты парламентских фракций, материалы работы комиссий и рабочих групп партии, документы избирательных кампаний, доктринальные документы, коллекции партийной прессы, различные брошюры, редакции устава, биографические справки, акты коллоквиумов, организованных социальными демократами, прочие документы, относящиеся к жизни партии. Большая часть документации (кроме опубликованной в официальной или партийной печати) остается слабо представленной в исследованиях из-за закрытости архива.
Президентский архив В. Жискар д’Эстена обширен и содержит разнообразную документацию, касающуюся политической жизни Франции периода 1974–1981 гг. Применительно к данной работе были использованы материалы досье технических советников президента – Филиппа Окутюрье (5 AG/3 1606, 1608) и Жана-Даниэля Камю (5 AG/3 1660), содержащих материалы прессы и аналитические данные о состоянии и политической деятельности ассоциаций и партий, в частности «Демократического центра», Центра социальных демократов и Союза за французскую демократию.
В целом, представленные в исследовании архивные документы, материалы партийной прессы, дают возможность более полно представить сложный процесс становления и эволюции современных партий, определить особенности партийного строительства и позиций христианских демократов по политическим и социально-экономическим вопросам.
Данная монография является продолжением моих исследований о партии МРП и христианской демократии. Выводы, сделанные в ходе прежних исследований, легли в основу новых рассуждений о месте и роли христианской демократии в политической жизни современной Франции.
Таким образом, исследуя политическую эволюцию французской христианской демократии во второй половине XX века, можно выделить три крупных периода, которые и определили структуру монографии.
Прежде всего, период с конца 1960-х годов идо 1974 г., ознаменованный избранием президентом В. Жискар д’Эстена. В 1967 г. единственная христианско-демократическая партия, которая могла бы играть роль первого плана среди течений подобного толка, – МРП – была распущена. Этот роспуск прошел на фоне дальнейшей эрозии католического электората, массово присоединившегося к голлизму, и культурной мутации французского католицизма, затронутого обновленческими тенденциями. Но
