Таково было орлигианское сверхоружие, одно из многих в их арсенале; оно-то и отбросило землян - во всем, что касается тактики, - вспять, к временам лука и стрел. Мак-Юэн машинально отметил, как вибрирует кабина - это Ревиора, ругаясь точно зеленый юнец, вел огонь из телеуправляемого бокового орудия - и как порою корабль болезненно вздрагивает от прямых попаданий вражеских снарядов. В эту минуту он страстно желал одного - возможности выйти из боя и ускользнуть прочь; не оттого, поспешно заверил он себя, что дорожит своей шкурой, а оттого, что столь необычно складывающийся бой говорит о важных переменах в стратегии орлигиан. Эти перемены требуют разработки срочных контрмер, и Мак-Юэн надеялся, что высшее командование на Земле сумеет найти правильное решение - сам он его не видел. Лучше бы этот проклятый швед Нюберг, чье безрассудство и высокомерие развязало межзвездную войну, вообще не родился на свет, подумал Мак-Юэн, или по крайней мере был бы не настолько упрям, сумасброден и честолюбив. Капитан понимал бесплодность подобных фантазий, но даже в разгар нынешнего боя, самого трудного на его памяти, никак не мог отогнать эту предательски затаившуюся в дальних уголках мозга мысль, уводившую его в мир несбыточных мечтаний...
Пять лет назад исследовательский корабль землян "Звездочет" - пятьдесят восемь членов экипажа и семь гражданских специалистов, капитан Сигвард Нюберг - впервые в истории человечества встретился в глубинах космоса с космическим кораблем инопланетной расы. Сохранившаяся в архиве покойного капитана Нюберга магнитофонная запись описывает волнение землян, а ежедневные краткие записи в бортовом журнале дают представление о том, как трудно давалось налаживание первых контактов Как ни странно, инопланетяне, которые впоследствии стали известны под именем орлигиан, поначалу, казалось, не хотели поддерживать контакт, хотя и враждебных намерений тоже не проявляли Находившийся на борту "Звездочета" психолог, видимо не располагая сколько-нибудь достоверной информацией, предположил, что объясняется подобное поведение либо присущим этой цивилизации глубоким консерватизмом, либо самой заурядной боязливостью. Он добавил, однако, что второе объяснение представляется маловероятным, ибо космолет инопланетян в четыре раза больше земного. Но капитану Нюбергу удалось сохранить установленный контакт (каким образом - неизвестно, так как он не любил хвастать своими успехами) и даже расширить его, перейти от обмена несложными радиосигналами к обмену капсулами с технической информацией, что позволило скоординировать каналы связи. Вскоре после того, как между звездолетами была установлена акустическая и визуальная связь, возникли осложнения. В последней записи, сделанной капитаном Нюбергом, говорилось, что инопланетяне никакие не чудовища, а симпатичные пушистые существа, с виду похожие на медвежат; состав атмосферы и сила притяжения на их родине достаточно сходны с земными, так что представителям обеих рас ни на той, ни на другой планете не потребовалось бы скафандров и прочих вспомогательных средств. Командиры звездолетов обменялись несколькими фразами и представились друг другу. Однако Нюберг, у которого возникло впечатление, что орлигиане опять начинают сторониться землян, решил завтра же лично побывать на чужом корабле.
Когда девятеро землян - команда космобота, который во время этих событий обследовал близлежащую солнечную систему, - вернулись на "Звездочет", они обнаружили, что на корабле разыгралась кровавая резня. Весь экипаж был перебит, и вид трупов говорил о том, что с людьми расправились при помощи первых попавшихся тупых орудий. Убийцы не знали пощады, причем людей, видимо, захватили врасплох: палуба лишь в нескольких местах была испачкана кровью, которая не совпадала ни с одной из земных групп, а погибших орлигиан на корабле не было Этим девятерым каким-то чудом удалось привести звездолет обратно на Землю Ситуация, само собой, накалилась до предела, тем более что в экипаж "Звездочета" входили представители различных рас, и вот Земля, где уже свыше трехсот лет царил мир, оказалась втянута в войну с инопланетной цивилизацией.
И война, думал Мак-Юэн, яростно бросая корабль то в одну, то в другую сторону в полумиле от легкого крейсера орлигиан, непомерно затянулась. Для населения Земли она понемногу утратила актуальность, а заодно в людях угасло и вызвавшее ее чувство возмущения и праведного гнева. Помимо обременительных расходов на оборону и отсутствия в магазинах игрушечных медвежат, внешне вообще мало что напоминало о том, что война продолжается. И тем не менее страх, обыкновенный страх требовал и будет требовать максимальных усилий в военной области. При желании Земля в любой момент могла бы отозвать назад свой космический флот, покинуть вражеский сектор космоса и прекратить военные действия. Ни одна из воюющих сторон не знала, где находится родоначальная планета противника Но подобное решение оставило бы конфликт неурегулированным, и в конечном итоге - через пятьдесят или пятьсот лет - орлигиане неизбежно отыскали бы Землю. Земляне были слишком порядочны, чтобы добывать себе мир и покой ценою благополучия прапраправнуков.
Однако военные действия носили какой-то беспорядочный и неудовлетворительный для землян характер. "Линия фронта" пролегала в том самом секторе Галактики, где произошел первый контакт; воюющие стороны создали базы на планетах этого региона и; наладили их снабжение, тщательно скрывая отправной пункт транспортных звездолетов. Ввиду колоссальных расстояний о мало-мальски серьезном патрулировании не могло быть и речи, а сражения фактически представляли собой ряд стихийных стычек, разбросанных в необозримом пространстве. Если не совершалось налетов на базы противника, то нередко и три, и четыре недели проходили без единой стычки, а ведь обе стороны вели войну с максимальным напряжением сил. Все это лишний раз подтверждало давным-давно известный тезис, что межзвездная война по самой сути своей нелепа и бессмысленна Но главным источником неудовлетворенности было то, что Земля медленно, но верно проигрывала войну.
Превосходство в наступательном и оборонительном оружии принадлежало орлигианам. Их звездолеты были окружены силовым полем двухмильногорадиуса, которое первоначально, видимо, предназначалось для защиты от метеоритов; это поле сжигало и расплавляло все, что бы ни приближалось к звездолету с опасными для него скоростью и массой - метеориты, ракеты, атакующие корабли. Проникнуть внутрь защитного поля можно было лишь на минимальной скорости - то есть практически ползком. Однако внутри поля автономная система самонаведения ракет мгновенно выходила из строя, и ракеты беспомощно проплывали мимо цели. В одном-двух случаях, когда ракеты случайно поражали орлигианский корабль, их ядерные боеголовки не взрывались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
