же заинтересовать прибывающих Временщиков?
Информации о них катастрофически мало. Насколько известно, совсем дети – только практику после Университета закончили. При этом стоит помнить: на физический возраст Временщиков ориентироваться бесполезно. Психологически они могут оказаться в разы старше! Может, мы в двадцать пять для них покажемся детьми.
Потому что-то банальное вроде экскурсии по Агемо или похода на ипподром – на самый крайний случай, если перестану себя уважать и совсем отчаюсь. Императорский театр и Большой цирк? Мысль, конечно, дельная, но в приличные места, вроде подобных, контрамарки заказывают минимум за неделю! Бархатный Остров… тоже имеется проблема: по большей части это ночное времяпрепровождение. К тому же одна из прибывающих – леди.
Требуется что-то оригинальное! Желательно индивидуальное! Только пока неизвестное мне. Вот только говорить об этом товарищу я не собирался.
– Хех. Между прочим, на тебя делают ставки: облажаешься или сможешь удовлетворить результатом его превосходительство.
– Так вот, значит, из-за чего ты тут на самом деле? – не смог я сдержать смешка. – Сколько тебе надо на этот раз?
– Обижаешь! Я здесь исключительно по дружбе и по службе! – после чего добавил значительно тише: – Но от двух сотен эвот не откажусь…
– Недельный оклад? Не многовато? Хотя… Две сотни, так две сотни! – я вытащил две ассигнации и протянул товарищу. – Проценты и сроки возврата знаешь. Лучше скажи, какие на меня прогнозы?
– Ну… Примерно один к десяти, против тебя! Если что, я поставлю на тебя…
– Спасибо и на том! – я задумался, а затем достал еще одну ассигнацию на сто эвот. – Тогда и за меня сделай ставку. Проиграю – станет не до того, выиграю – будет на что отпраздновать!
– Хех! Вот теперь узнаю своего друга! Правильный подход! – взор Караи замер, как и зубочистка. Посмотрев в зеркальную поверхность окна, я увидел Пространственника. Прислонившись к колонне у входа в кофейню, тот с явным нетерпением ожидал Караи. Товарищ заторопился: – Ладно. Пора мне. Нужно последний раз все проверить! Без меня, как без рук, сам понимаешь! А тебе удачи! Встретимся завтра, перед работой в баре, и все расскажешь.
– Обязательно, – буркнул я уже в спину.
Протяжно вздохнул. Общение, пусть даже с хорошим знакомым – выматывало. Пригубил кофе. На сей раз показался не таким уж паршивым. Выглянув в окно, удостоверился, что рабочие вовсю крепят причальные канаты. Еще имелось время, чтобы изучить прессу и допить напиток.
Передовицу пропустил. Иммунный совершил новое убийство. Читать о проклятье Агемо и его извращениях не имелось ни малейшего желания. Тем более, что я не собирался при первой встрече рассказывать Временщикам о нем.
Уголовная хроника: очередные чистки на Гибридном острове и, как следствие, беспорядки; около дюжины статей об убийствах жителей разной степени известности; данных о кражах и ограблениях – без счета.
Несколько страниц политической хроники: целая полоса о прибытии посла и разворот о новом законе Императора, как всегда в пользу аристократии.
Пара слов о громких событиях за пределами столицы: слухи об инициации наследника Властителя Хроно через полгода; очередная кровавая акция Юнион на периферии Империи.
Затем экономика: новое повышение налогового сбора при торговле с СДО и забастовки рабочих на заводах, требующих двадцатишестичасовой рабочий день.
Наконец, светская хроника: целая куча слухов.
В топку все! В таких тонкостях жизни я разбирался слабо, чтобы развлекать ими гостей.
Но добравшись почти до конца, обмер, чувствуя, как заходится сердце – нашел… Лодур всех побери, нашел то, что требовалось! Хроника сегодняшних событий на Технической выставке: «Использование радиации в медицине – раскрытие сверхспособностей людей!», «Ультрафиолетовое излучение – новое слово в криминалистике!», «Двигатели внутреннего сгорания и электродвигатели – техника будущего или опасные игрушки?», «Электромагнитное излучение, материалы и техника!» – лишь малая часть заголовков.
Техническая выставка – квинтэссенция научной мысли нашего века. Если правильно помню, открытие произошло неделю назад в одном из самых живописных мест Агемо – Императорских Садах. Вход свободный, а количество изобретений со всего мира не поддавалось счету. Покупать билет приходилось лишь на лекции, но это стоило того, ибо их вели самые известные светила науки. Там должно… Нет! Просто обязано найтись то, что заинтересует Временщиков! Кроме того, я сам хотел побывать на «Технической выставке», но совершенно замотался с работой, а тут такой случай!
Из восторженных мыслей вырвали крики, гам и просто шум, усилившийся до предела на первом этаже авио-порта. Выглянул в окно. Так и есть, спустились девять человек – пассажиры первого класса. От группы сразу отделились трое: тучная фигура посла, чуть позади темная мужская фигура в строгом сюртуке и легкий девичий образ в ослепительно белой меховой ротонде, дополненной легкомысленной шляпкой с перьями – Временщики охраны. В то время как остальные заходили в здание авио-порта, троица разговаривала с группой встречающих делегатов.
Стоило выдвигаться. Одним глотком допив ту отраву, что здесь подавали под видом кофе, я надел перчатки и чуть пошарпанное, но достаточно теплое для середины весны пальто и двинулся на выход.
Глава 1. Технологии и ложь. Часть 2.
Спускаться вниз жутко не хотелось. В отличие от второго этажа, где могли находиться только аристократы, Пространственники, да немногие состоятельные граждане, на первом смешалось все и вся. Людское море бурлило и кипело: кто-то куда-то спешил, пытаясь в последний момент что-то успеть перед отлетом куда-то; кто-то радостно встречал кого-то, прибывшего откуда-то; некоторые вовсе толком ничего не делали, лишь создавали непрекращающуюся суету.
В рассеянном свете, что прорывался сквозь множество давно не мытых окон, я позволил себе облокотиться на перила в минутной меланхолии. Как бы я ни бодрился и ни убеждал себя, что свалившиеся перемены к лучшему, но стоило признаться – я боюсь. Очень сильно боюсь изменений, хоть и стремлюсь к ним всем сердцем! Впереди же ждала не очередная вылазка по работе, даже не встреча с друзьями, а нечто, возможно, способное изменить мою жизнь. По крайне мере, тепло надежды грело изнутри.
Внимание привлек образ в серой толпе – белая шляпка с перьями. Полуулыбка вновь укрыла лицо, и я нырнул в мешанину основного зала. Пробиваться сквозь людские наслоения оказалось делом муторным и крайне невежливым, но движение продолжалось, пусть островок легкомысленности, то и дело норовил ускользнуть из вида. Однако у цели оказался все равно неожиданно.
То, что ошибся, сбившись на чужой оплот женской ветрености, стало очевидно мгновенно. Девушка, воплощенный весенний ветерок, являлась встречающей: в ее нежных объятьях уже улыбался дорого одетый
