домой, вот уж жена то его обрадуется счастьюшку. И поеду на заказ. Странный адрес. Смешной. Даже представить не могла, что в нашем городе существует такая улица. Слава богу навигатор придумал какой-то добрый человек.
Глава 2
Навигатор, конечно, вещь, если нужный вам адрес находится не в ужасном медвежьем углу. Оказывается, бывают улицы с одним домом. И улицы эти расположены в густой лесной чаще, куда на машине доехать практически нереально. А идти в валенках сорок пятого размера по сугробам, при условии, что у тебя нога тридцать шесть в шерстяном носке, то еще удовольствие.
– И зачем я поперлась сюда? Надо было развернуться еще на повороте в это непроглядное никуда, – буркнула я себе под нос, раздвигая покрытые инеем еловые лапы. Как в сказке, ей-богу. Что ни дальше, то страшнее «Тепло ли тебе девица, тепло ли красная?». Жаль только, что не примчу я к мамулиному дому в шубе из соболя баргузинского, с женихом и сундуками полными добра на санях самоходных. Так и останусь «разочарованием», потому что скорее всего Давыдыч оштрафует нас на всю сумму наколымленную. И свитер с оленем – единственное, чем я смогу одарить брата любимого, под насмешливо-ехидный мамулин взгляд. Эх… А ведь я бы могла сидеть сейчас дома у телевизора, наедаться медовиком, смотреть вечную комедию, про алкаша из Москвы и… Жалеть себя, блин. Как обычно. Подводить итоги неутешительные моего бестолкового существования и стараться не плакать.
А тут красотища же. Вьюга, грозящая перерасти в пургу, заметающую все следы. Я так к машине не вернусь, не найду дороги. А в сущности, зачем мне туда? Матиз все равно завяз в огромном сугробе. Наверняка до весны. И я, кажется, действительно провалилась в какую-то страшную версию «Морозко». Попаданка, блин.
Дом я нашла после получасовых блужданий по непроглядно темному лесу. Странный дом, скорее усадьба, как мне показалось, жуткая и «фильмоужасная». Ни фонарика, ни огонечка, ни елочки украшенной во дворе. Только черный дом в завихрениях снежных и забор высокий. Кольев только не хватает с головами врагов. Ну разве может в таком месте жить ребенок, ждущий поздравлений от Дедушки Мороза? Если только это не дитя тьмы.
Я нажала на пимпочку звонка на калитке. Простой такой, неприметной, не украшенной горгульями и не вымазанной кровью несчастных путников. Не вяжущейся с общим антуражем. Подождала немного. Дом не вспыхнул окнами. Никакого движения. И вот тут бы мне надо было бежать. Но, видать, права моя мамуля, глуповата я. Следуя всем законам малобюджетных хорроров, я нажала на ручку калитки. Дверь приветливо распахнулась. Я сунула любопытный нос в чужую собственность. Тишина. Огромное пространство двора совсем не показалось мне сейчас полным опасностей и ловушек. Ели по периметру дома шикарные, словно сказочные великаны охранники, наоборот выглядели волшебно. И дом затихший. Будто спящий, в снежной пелене. Ну и я…
В общем я дошла почти до середины «запределья» когда услышала тихий рык за своей спиной. Замерла на месте, боясь оглянуться назад. Ну конечно, господи, какая я дура, ясно же, что вот так просто дверь держат открытой только очень уверенные в своей безопасности люди. Ну, или существа из параллельной вселенной. А вдруг…
Я медленно повернула голову, открыла рот, но заорать не смогла, потому что…
Потому что.
На меня из темноты смотрели огромные, светящиеся зеленью, похожие на плошки, глаза в количестве четырех штук. Я попыталась предствить, что это может быть за существо, не смогла, прижала к груди мешок, готовясь к маршброску по пересеченной местности, поняла что чертовых валенках мне не светит убежать от…
Снег захрустел под ногами неведомого монстра. Странно так захрустел, слишком часто.
– Ааааааа! – прорезался у меня голос, когда навстречу мне шагнули две… Собаками то назвать двух адских тварей, размерами превосходящих среднестатистического теленка, язык у меня бы не повернулся. Пасти приоткрыты, с клыков капает раскаленная слюна. Валенки бы не наполнить со страху. Господи, спаси меня, я обещаю, я буду хорошей. Маме буду помогать. Брату отдавать все, что у меня есть, как мама велит.
Псы медленно подошли ко мне и… Вцепились клыками в мои валенки. Молча, и так, словно они это делают каждый день. Жрут чокнутых плюшек, начиная с ног. Один в один, другой, в другой. Простите, если я сумбурно описываю происходящее. Мозг отключился и информацию почти не оцифровывает.
– Ракшаса, Бантик, фу, – раздался злобный рык, как мне показалось, отовсюду. – Что вы все время в рот тащите всякую гадость? Я вас лечить задолбался.
Бантик, надо же, интересно, какое из этих чудищ носит шикарно кокетливую кличку? Не то ли, у которого возле обрубка хвоста белое пятно в форме Италии в масштабе один к одному?
Додумать я не успела, замычала, увидев перед лицом ружейное дуло. Даже, кажется почувствовала запах пороха, гари и зверя, пострашнее милых песиков.
– Ты кто? И какого хрена шаришься по моему участку?
Я скосила глаза к переносице, в которую уперлась стальная смерть, и проблеяла.
– Я это, чтобы малыша поздравить вашего. Вот, – тряхнула своим дурацким мешком. Наверняка выглядела как косая слюнявая дебилка. Но кто может меня за это осудить.
– Малыша, говоришь? – хмыкнул ужасный зверь. Наверное сам Фернир. Рассмотреть мне его еще не удалось. Только огромную косматую тень я смогла идентифицировать, как моего собеседника. – Я его не всем показываю. Да и штаны снимать лень. Холодно, понимаешь, боюсь простату застудить. Ну и баб в бороде я не очень…
– Вы ненормальный? – он что? Он что подумал? Он…. Вот ведь. Да я…
– Я то? Я то как раз вроде в себе. А вот ты кто? Кто послал? – прорычал нахал. – Бантик, Ракшаса, свободны.
Я почувствовала, как гидравлические клещи, сжимающие мои валенки, ослабли. Собаки виляя обрубками хвостов уселись по бокам своего хозяина. Где-то вспыхнул свет, тусклый, в котором заплясали бешеные снежинки. Я наконец смогла рассмотреть моего мучителя. Черт, он страшнее бантика. Физиономия бородатая, взъерошенная, как у дикаря. Шапка эта… Ее малахаем, вроде, называют. Огромная шапка, огромный мужик, собаки как из огнива. Мамочка.
– Никто, – пискнула я. – Я сама.
– Что сама? Из шарабана выпала? – захохотал мужик с ружьем, так, что с елей посыпался снежок.
– Из какого простите?
– Из того, что цирк уродов на гастроли перевозил. Как они без бородатой бабы теперь будут? Гастроли насмарку.
– Вы больной. Точно, – ну, конечно. Он поэтому и живет в лесной чаще, потому что нельзя ему к нормальным людям. Только кто сумасшедшему ружье доверил? Боже, это даже страшнее, чем техасская резня бензопилой. Вот именно так и начинаются все триллеры про маньяков. – Это, ружье не надо.
– Надо, Федя, надо, – перед моим лицом снова заплясало дуло, – подельники твои где?
– Какие? Уроды? – глупо икнула я. Всегда ведь говорят, что с ненормальными нельзя спорить. Надо усыпить бдительность и…
– Боже. Ты же не одна тут?
– Да одна я. Машина застряла. Я пешком пришлда. А Борька, козел, нажрался. А мальчика же надо поздравить, а то нас Давыдыч…
Мужик опустил ружье и, прищурившись, посмотрел на меня, как на дуру. Ну, в принципе, понять то его можно тоже.
– Одна. Ночью. В лесу. В буран. Класс. Везет мне на слабоумных. Я то думал, хоть тут от идиотов отдохну.
Шапка у него конечно, бомба просто. Теплая наверное. Я вот только сейчас почувствовала, как задубела. Или это меня от страха колотит. Надо бежать. Скорее всего и ребенка тут нет никакого. Это просто…
– Пора мне, – вякнула я вдруг, сорвалась с места и метнулась сама не знаю куда, к спасению, наверное. В кусты, растущие у забора. Не разбирая дороги. Наверное собаки то меня не догонят, ага. Валенки еще эти чертовы.
Я ожидала погони, криков, чего угодно. Но, оглохла от тишины, как мне показалось.
Вломилась в живую изгородь, даже примерно не представляя что делать дальше. В панике и истерике не сразу поняла, что что-то клацнуло с металлическим лязгом.
Боль пришла тоже не сразу. Но когда она пришла я взвыла, мне показалось, что
