в лицо. Скорее всего, вы один из тех жиголо, что берут костюмчики на прокат и надеются подцепить состоятельную старушку на вечеринке для скучающих богачей.
— Оу…
Снова это дурацкое “оу”. И снова этот бесстыжий, веселый, но немигающий взгляд. У меня создалось впечатление, будто я бранилась на избалованного домашнего питомца, но тому было абсолютно плевать, что ему говорили. Он просто наслаждался тем, насколько хорош!
— Думаешь, я альфонс и хочу найти старушку, чтобы сцедить за секс деньжат? — расхохотался громко.
— Думаю, так и есть. А в перерыве между попытками подкатить к состоятельным дамам бальзаковского возраста, выбрал для перепиха глупую молодую девчонку. Наверное, еще и собирался шантажировать ее, грозя рассказать о сексе ее жениху? Или отцу? Или что-то такое…
— Какая у тебя… бурная фантазия. В постели она работает так же?
Мужчина нагло потянулся к графину с виски, стоявшему на столе, наполнил два бокала, один из них протянул мне.
— Сколько ты стоишь?
Охреневший.
— Хватит с меня этого цирка. Я вызываю охрану!
Мужчина обхватил длинными пальцами мое запястье, и в его лапищах моя рука начала казаться слишком тонкой и бледной.
— Моего имени нет в списке гостей, потому что я — особый, приглашенный гость. У нас с твоим благоверным кое-какие договоренности. Он подвинул очередь на важные органы по моей просьбе, я в ответ пообещал хорошенько вписаться в его благотворительную вечеринку и просто скучаю в ожидании аукциона. Говорят, будет интересно… Надеюсь, урвать что-то годное.
В голове промелькнуло упоминание, брошенное супругом вскользу. Котов Захар, кажется. Отчего-то я представила себе старичка, учитывая довольно редкое, старинное имя. Хотя сейчас мода на такие имена… У подруги сыновья — Добрыня и Ермак, у второй дочь — Евлампия…
— Котов Захар?
— Бинго, Дарррина, — раскатал букву “р” на своем языке и так бессовестно меня осмотрел, будто разложил меня на той самой софе… без белья.
— Значит так, вы… Не думайте, что легко отделались. Сначала я узнаю, действительно ли вы Котов Захар или просто им притворяетесь. А пока… убирайтесь из кабинета моего супруга!
— Ты обломала мне кайф, — мотнул головой. — Знаешь, когда последний раз такое было? Лично я даже не вспомню.
— Ах, я вам кайф обломала! — расставила руки по обе стороны талии, будто ругливая склочница. — Есть одна прекрасная рекомендация для вас, господин Лайтовый Минетик.
— Внимательно, — облизнулся.
— Сожмите свой членик между безымянным и мизинчиком и сделайте себе приятненько.
— Что? Думаешь, у меня с размером проблемы?! — разозлился.
— А что еще можно было ждать от мужчины, который ждал… минетик? — фыркнула я.
В ответ он сделал шаг вперед и толкнул меня бедрами, прижал задницей к столу.
— Эй… Я…
Запястье снова оказалось охвачено его пальцами, он дернул мою руку вниз и прижал к своей ширинке, накрыл второй рукой, заставив подвигать по члену, под кроем брюк.
Горячий, твердый ствол от вынужденного движения вверх и вниз напрягся еще больше. У него сильно встал.
— Похоже, что у меня там… членик… ?
— Хоть слоновий хобот, мне плевать… — процедила в его губы, оказавшиеся близко от моих.
Пожалуй, слишком близко.
Он сделал движение вперед, будто хотел меня поцеловать.
И, самое дрянное, что отступать было некуда, а его губы были самыми красивыми из всех, что мне доводилось видеть...
Глава 2
Дарина
Мои губы кольнуло. На миг тело пронзило желанием убежать, отвернуть лицо в сторону, чтобы избежать контакта.
Но мне вдруг подумалось, что Котов именно этого ждал — чтобы я вильнула в сторону, а он расставил бы там другую, более хитрую ловушку и… поймал бы меня.
Поэтому я собрала в кулак всю свою волю и осталась стоять.
Его губы коснулись моих. Немного алкоголя и перечной мяты.
Запах парфюма с претензией, кричащий, но еще на нем налип аромат парфюма Светы — дурацкий бабл-гам от Москино. Никогда не любила эти компотики!
Захотелось тут же провести языком по губам, собрать слюной эти вкусы и выплюнуть их в пепельницу.
Котов, если это был он, конечно же, продолжал вжимать мою руку в свою ширинку и давить бедрами так, будто хотел опрокинуть меня спиной на стол. Господи, ну и бульдозер, промелькнуло в моей голове.
Я все же сделала именно так, отвела голову в сторону, собрала вязкой слюной вкус его губ и дотянулась до пепельницы, сплюнув в нее хорошенько.
Видимо, Котов подобного не ждал, потому что на миг отступил, разжал пальцы.
Мне и мгновения хватило.
Годы жизни в большой семье, где клювом не щелкают на этот раз сослужили мне отличную службу. Я мигом выскользнула из плена его объятий и посмотрела на мужчину.
Он все еще был взбудоражен, ноздри трепетали, а глаза горели ярче, чем за миг до этого.
Мой ловкий пассаж его нисколько не огорчил, но впечатлил и как будто добавил азарта.
Клянусь, я была в шаге от того, чтобы просто разбить о его наглую голову тяжеленную пепельницу, до того сильно хотелось смыть ухмылку с его лица!
Но в этот миг за моей спиной раздались шаги.
— Дорогая? — хорошо поставленный голос мужа.
Я обернулась с улыбкой облегчения на лице.
— Олег…
— Добрый вечер, Олег Александрович, вечер просто божественный! — моментально приветствовал моего супруга мужчина.
На лице мужа появилась приветственная улыбка.
— Захар Алексеевич, рад видеть вас в гостях!
Значит, не соврал.
— Я чуть было не приняла его за проходимца, Олег. Увидела постороннего человека в твоем кабинете…
— После того, как решила вздремнуть, — вставил реплику Котов и потянулся за бокалом для виски.
Он успел пустить колкую улыбку в мою сторону и стрельнул глазами исподлобья. В грудь будто ударило стрелой.
— Дарина? — удивился супруг, приобнял меня, поцеловал в висок. — Все-таки тебе следовало отдохнуть перед вечером. Нехорошо оставлять гостей без внимания хозяев, — погладил меня по спине.
Очевидно, он сам тоже отлучился, а я… черт…
Я всего лишь ушла на несколько минут, чтобы побыть в тишине, потому что мигрень просто раскалывала голову надвое.
Еще нужно было поздравить самую старшую сестру. У нас традиция — звонить друг другу ровно в полночь.
До сестры я не дозвонилась и, пока пыталась сделать это снова, просто устало закрыла глаза.
Клянусь, на минутку… Оказывается, я хорошо уснула, и меня разбудили голоса падчерицы и постороннего мужчины. А дальнейшее — уже известно!
— Все хорошо,
