любой организованной структуре, так или иначе, а присутствует разного рода "мышиная возня". И давать обязательным но, пока ещё неведомым конкурентам, такой весомый повод, как сомнения в собственной адекватности, было совсем "не айс". Но, так как в этот раз пронесло, я мысленно сотворил Святой Круг, на что моя интуиция тут же отозвалась дичайшей головной болью. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что опять упорол очередной косяк. "Может, в этой местности религиозные обряды как-то по-другому устроены"? - С удивлением подумал я, как только мой организм прекратил самоистязание, больше напоминающее пытку. - "И в славном городе Пярну, что находится на территории Эстонии, они разительно отличаются от принятых в Свердловске"? Однако заморачиваться вопросами теологии мне не дали. А, выложив, довольно-таки внушительную, стопку разного шмотья и водрузив сверху аж две фуражки и пару цигейковых шапок серого цвета, протянули гроссбух. - Распишитесь. Я поискал глазами необходимые для сего важного действия письменные принадлежности. И, наткнувшись взглядом на такую же перьевую ручку и забавную фарфоровую ёмкость с круглым отверстием посередине, начал впадать в перманентную панику. Ибо навыков обращения с подобными агрегатами у меня, кажется, не имелось. - Что застыли, молодой человек? - С лёгкой долей ехидства поинтересовался каптёрщик. И, проявляя нетерпение, поторопил. - Хватит уже гипнотизировать чернильницу. - Берите перо, макайте и ставьте, наконец, свой бесценный автограф. "Надо же, какой полезный дедушка"! - С благодарностью подумал я. И, так как алгоритм действий был полностью озвучен, а времени на исполнение мне выделили совсем мало, приступил к, собственно, процедуре. Осторожно и, стараясь, чтобы не дрожали руки, я взял ручку. Тнул ею в призывно глядящую на меня дырочку и, интуитивно предугадав, дальнейшие действия, легонько стукнул пером о край чернильницы. "Не хватало ещё клякс наставить"! - Про себя опасался я. Справедливо предполагая, что такого вопиющего косяка мне не простят. Но эти, по своей сути, примитивные телодвижения, были меньшим из моих зол. Так как требовалось на ходу изобрести подпись. Вертя перед глазами недавно полученное удостоверение, успел заметить, что этот самый "автограф" представляет собой кучу разнообразных завитушек. Воспроизвести которые и предстояло вашему покорному слуге. Быстро прикинув различные варианты, я поспешно накорябал сакраментальное "НикПетр", украсив всё это дело залихватским вензелем. И тут же заволновался, похожа ли моя подпись на те, что оставлял до потери памяти. Хотя, сомевайся - не сомневайся, дело уже сделано. И отыграть обратно попросту не получится. Да и, вряд ли кому-нибудь придёт в голову копаться в таких мелочах и проверять подписи в учётной книге каптёрщика. В общем, Создатель не выдаст - свинья не съест. Когда с важным делом подписи имущественных документов было покончено я взял в охапку ворох шмотья и, повесив на шею кожаные сапоги и пару ботинок, полюбопытствовал. - Скажите, а ордер на заселение где получить. - Это тебе на третий этаж надо. - Просветил хранитель материальных ценностей. - И, критически оглядев мою, скрывшуюся под стопкой одежды фигуру, вытащил откуда-то сшитый из какой-то дерюги пыльный мешок. - На-ка, вот. - Протянул он сомнительное издели мне. И тут же строго предупредил. - С возвратом! - Спасибо! - Высказал искреннюю благодарность я. И споро принялся запихивать своё вновьприобретённое барахло внутрь. Безусловно, молодой парень, идущий по улицам с мешком из-под картошки - то ещё сюрреалистическое зрелище. Но, представив себя с кучей одёжек в охапку, да ещё и с висящими на шее двумя парам обуви, я еле удержался от того, чтобы не заржать. И, закончив утрамбовывать полученное добро, тихо покинул складское помещение. После чего переместимся на один этаж вверх, чтобы оказаться перед "светлыми очами" ещё одного пожилого мужика. Для разнообразия, он не принадлежал к славному семитскому племени, а был армянином. Ну, по крайней мере, именно так я определил его этническую принадлежность. Чему способствовал выдающихся размеров нос, несмотря на седину, густые и курчавые волосы а, главное, табличка на двери кабинета. Сообщающая всем и каждому, что именно в этом месте несёт трудовую вахту Армен Самвелович Мовтесян. Что прямо и совершенно неоднозначно намекало, что сидящий за ней индивидуум принадлежит именно к этому, третьему по значимости, после детей Израилевых, народу. Почему не отдал представителю армянской нации второе место? Ну, так его по праву делили между собой хохлы и грузины. А, с небольшим и, надо сказать, весьма несущественным отставанием за армянами следовали чукчи. Про которых сложено столько анекдотов, что даже пресловутые "Василий Иванович" и "Петька с Анкой", скромно курят в сторонке. В общем, я тихонько постучал и, услышав разрешающий возглас, мягко открыл двери. - Можно? - Скромно, как и положено хорошо воспитанному молодому человеку, робко поинтересовался я. - ВхАдЫ, дАрАгой! ВхАдЫ! - Жизнерадостно приветствовал меня хозяин помещения. - И, подтверждая своё отношение к нашему славному ведомству, проявил недюжинные дедуктивные способности. - Что, ордер на заселение нужен? - Так точно. - Слегка охренев от самобытности этого колоритного персонажа, только и сумел выдавить из себя я. И, немного слукавив, проблеял. - Жить негде. - Ну, это ты брось! - С наигранной суровостью погрозил пальцем Армен Самвелович. И, поясняя своё, слегка театрализированное недовольство, выдал. - В стране победившего социализма нет и не может быть таких проблем. - А затем, перейдя на нормальный тон, миролюбиво закончил. - Будет, будет тебе место. И крышей над головой обеспечим, и кровать выделим! - К-к-как-к-ую к-к-кров-в-ва-а-ать? - Ни хрена не поняв, судорожно сглотнул я. - И, так рассчитывал, по меньшей мере на, пусть небльшое но, всё-таки изолированное от внешнего мира, приватное пространство, пролепетал. - Мн-н-не б-б-бы, к-к-комн-н-на-ату-у. - Ха-ха-ха, юноша! - Вполне искренне засмеялся, если не сказать, заржал этот, сразу ставший гораздо менее симпатичным, дядька. - Комнаты у нас только семейным положены. - Он осуждающе, словно я потребовал что-то неприличное и вопиюще выходящее за общепринятые рамки, строго глянул на меня. - А таким как вы, молодым и неоперившимся, выделяется койко-место. То есть, кровать с панцирной сеткой, матрацем и постельными принадлежностями! Признаться, немного разбалованный персональной палатой, выделенной мне в госпитале, я наивно рассчитывал на большее. Да и подгон в виде отдельной и вполне благоустроенной квартиры, тоже настроил на оптимистический лад. Но, как выяснилось, не всё коту маслице. И нужно
