Не допытывайтесь, какие меры уберегали человека от войны. Спросите себя: "Почему мы ведем войну, хотя знаем, что она нелепа и чудовищна? Где таится противоречие? Где таится истина войны, истина столь всемогущая, что ей покоряются ужас и смерть?" Только найдя разгадку, мы перестанем сдаваться на милость слепой судьбе, как будто она сильнее нас. Только тогда мы убережемся от войны.
Конечно, вы можете мне ответить, что вероятность войны заложена в человеческом безумии. Но тем самым вы отрекаетесь от собственной способности понимать. Точно так же вы могли бы сказать: "Земля вращается вокруг Солнца, потому что такова воля божья". Возможно. Но какими уравнениями эта воля описывается? На каком достаточно ясном языке мы можем описать это безумие и тем избавиться от него?
Мне все-таки кажется, что "дикие инстинкты", "алчность", "кровожадность" неподходящие отмычки. Пользоваться ими - значит обходить самое, может быть, существенное. Это значит забывать о лишениях, связанных с войной. О готовности жертвовать жизнью. О дисциплине. О братстве, рожденном опасностью. Это значит, наконец, забывать обо всем, что поражает нас в солдате, в любом солдате, который согласился идти на лишения и смерть.
В прошлом году я побывал на мадридском фронте, и, на мой взгляд, соприкосновение с настоящей войной дает больше, чем книги. Думаю, только от солдата можно узнать, что такое война.
Но чтобы причаститься вместе с ним к всеобщей истине, надо забыть, что он на чьей-то стороне, и не обсуждать идеологические проблемы. Неумение найти общий язык влечет за собой противоречия, запутанные настолько, что лишают веры в спасение человека. Франко бомбит Барселону потому, что, по его словам, в Барселоне зверски истребили монахов. Следовательно, Франко защищает христианские ценности. Но христианин, во имя христианских ценностей, стоит в разбомбленной Барселоне у костра, в котором горят женщины и дети. И он отказывается понимать. Вы возразите мне, что это - печальная необходимость войны... Что война абсурдна, но приходится выбирать, на чьей ты стороне. А я думаю, что абсурден прежде всего язык, заставляющий людей противоречить самим себе.
Очевидность ваших истин - тоже не довод. Вы правы. Вы все правы. Прав даже тот, кто вину за все земные беды возлагает на горбунов. Если объявить войну горбунам, если заронить в умы представление о расе горбунов, мы быстро сумеем себя распалить. Мы предъявим горбунам счет за все их мерзости, за все преступления, все грехи. И будем считать, что это справедливо. А когда мы утопим несчастного, ни в чем не повинного горбуна в его собственной крови, то пожмем плечами с сожалением: "Таковы ужасы войны... Он расплачивается за других... Он расплачивается за преступления горбунов..." Ведь горбуны, разумеется, тоже совершают преступления.
Забудем же эти различия: если их принять, вслед за ними появится целый свод непререкаемых истин, со всем вытекающим из них фанатизмом. Можно поделить людей на правых и левых, на горбунов и негорбунов, на фашистов и демократов, и такие разграничения неуязвимы. Но истина, как мы помним, - это то, что делает мир проще, а не то, что создает хаос.
А если задать солдату - любому солдату - вопрос иначе? Если искать смысл его сокровенных устремлений по-другому - не вслушиваясь, какие оправдания он приводит на своем невнятном языке, а всматриваясь, как он живет?
ПРИМЕЧАНИЯ И КОММЕНТАРИИ
(1) Кто ты, солдат?
Статья была напечатана в газете "Пари-суар" 2 октября 1938 г. Вместе с двумя следующими статьями она составляет небольшой цикл под общим заголовком "Мир или война?".
(2) Мы сделали выбор: спасти Мир. Но, спасая мир, мы отдали на растерзание друзей. - 29-30 сентября 1938 г. в Мюнхене было заключено соглашение между правительствами Англии, Франции, Германии и Италии (без участия представителей Чехословакии, с которой Франция была связана союзным договором), по которому от Чехословакии отторгалась в пользу Германии пограничная Судетская область, а некоторые другие территории - в пользу Польши и Венгрии. Расчленение чехословацкого государства предопределило его полную ликвидацию в марте 1939 г. Правительственная пропаганда в Англии и Франции представляла Мюнхенское соглашение как средство "спасти мир" и разрешить кризис в германо-чехословацких отношениях. Фактической же его целью было "умиротворить" гитлеровскую Германию и направить ее агрессию на восток, против Советского Союза.
(3) Когда физик обнаруживает... он меняет язык и отказывается от идеи эфира. - В физике долгое время бытовала гипотеза об эфире - неподвижной светопроводящей среде, наполняющей мировое пространство. Эта гипотеза была отвергнута наукой, после того как американский физик А. Майкельсон в 1881 г. опытным путем доказал, что свет распространяется по отношению к Земле с одинаковой скоростью во всех направлениях, независимо от движения самой Земли, так, словно планета увлекает "неподвижную" среду за собой.
Сергей Зенкин
