в столице были еще метаморфы. Все уезжают туда, где будут незаметны. Я тоже так хочу. Удрать подальше, туда, где обо мне никто не знает. Открыть магазин с подарками и жить своей жизнью. И сегодня я заработаю на свою мечту. Нужно просто продержаться этот вечер.
Карета, наконец, остановилась. Мой сопровождающий первым покинул экипаж, огляделся по сторонам и только тогда предложил руку. Я не стала отказываться и, выйдя в вечернюю прохладу, сразу увидела нанимателя.
— Госпожа… — Вольдемар осекся и исправился, — Ханна, прошу.
Он открыл неприметные двери и пригласил войти внутрь. Прежде чем сделать первый шаг внутрь, огляделась. Судя по всему, я у черного входа в поместье.
— Вход для слуг, — будто подслушав мысли, сказал Вольдемар, — я провожу вас в комнату, где вы подготовитесь и познакомитесь с вашим партнером по выступлению.
— Да, конечно, — улыбнулась я, стараясь оставить свой страх за порогом.
Мы вошли через задний ход и поднялись по лестнице для прислуги, так, чтобы никто не увидел меня. В коридоре ноги утонули в дорогом ковре с длинным ворсом. Захотелось скинуть туфли и просто походить босиком. Интересно, Зельцы делают так, когда их никто не видит?
Вольдемар открыл крайнюю комнату к лестнице и пригласил внутрь. В ней за столиком для макияжа сидел мужчина в разноцветных одеждах и с красным носом. Клоун. Просто прекрасно… Их братия в списке «любимчиков» шла сразу после аристократов.
— Привет! — он подорвался с места и начал интенсивно махать рукой, отчего выкрашенные зеленой краской волосы закачались в такт движениям.
— Здравствуйте, — ответила я, стараясь скрыть свои эмоции за равнодушием.
— Меня зовут Кран! Открой посильнее кран, получишь веселья стакан! — выдал клоун, совершенно счастливый.
Да он чокнутый…
— Ханна, — нехотя представилась я в ответ.
— Ханна, это и есть ваш партнер на сегодняшний вечер. Прошу вас обсудить все нюансы. Начало через час. Я приду за вами, — с этими словами Вольдемар ушел, оставив меня с сумасшедшим один на один.
— Вот так встреча с обезьянкой, приглашаю на свиданку! — красный рот снова расплылся в улыбке, отчего нарисованные губы поверх щек достали до ушей.
— Давайте сразу договоримся, — он начинал меня пугать своим напором, — мы просто работаем. Я отрабатываю свою программу — вы не лезете. С меня танец, жонглирование апельсинами, фокусы для именинника, заключительный номер. И все, расход.
— Кран наполнит весельем чан и устроит праздничный фонтан! — на последнем слове он топнул ногой и, расставив широко руки, затряс ладонями.
— С вами можно как-то нормально поговорить? — растерялась я.
— Кран нормальный вам дан…
— Поняла. Не продолжайте, — для верности я остановила его, выставив ладони.
Почти весь отведенный на подготовку срок я пыталась игнорировать своего партнера, скрывшись в ванной комнате вместе с выданной юбочкой. Снятая и сложенная одежда привычно отправилась в сумку, а я превратилась в милую обезьянку. Все время приходилось себе напоминать о том, что мне заплатят целое состояние. В зеркале отразилась обычная серая макака. Довольная, я нацепила юбочку, заколола бантик и подмигнула себе. Ну, красотка! Мой крик, пронзительный и короткий, отразился от стен, нужно было вспомнить какого это. Я могла говорить как человек в таком обличье, но очень редко пользовалась этим, стараясь максимально скопировать повадки и звуки животного. Жаль, конечно, что я могу только пародировать животных, понимать их язык я пока не научилась, но не теряю надежд.
Время вышло. Полностью готовая я прыгнула на ручку двери и открыла замок. В комнате меня ждал очередной экспромт от Крана.
— Кран сегодня не один, Кран сегодня с Надин, — он ткнул пальцем в меня.
В ответ я зашипела и показала острые зубки. Кран выставил руку, приглашая забраться на нее. Я проигнорировала это и, забравшись по штанине, уселась на плечо. Хотелось как-то донести, что я вполне вменяемая.
В дверь постучали: за нами пришел Вольдемар.
По коридору мы шли небольшим отрядом, но уже у главной лестницы Вольдемар отделился и спустился первым. Через несколько минут мы последовали за ним в холл, забитый толпой аристократов. Все намасленные, напомаженные, разодетые. Их парфюм можно было потрогать в воздухе, он тут же забил мой маленький носик. Я фыркнула и чихнула несколько раз.
— Кран поможет обезьянке, чтоб продолжилась гулянка! — клоун начал доставать платок из нагрудного кармана, привлекая внимание толпы. Зеленый, красный, желтый, синий… платкам не было конца. Он все тащил и тащил, люди образовали площадку вокруг нас, развеселились, хлопали, смеялись.
— Ганс, милый, где ты? Смотри, кто это к тебе пришел? — пышная дама в вечернем платье с лощеными щеками позвала своего отпрыска. Такой же толстый и розовощекий парнишка прибежал на зов с компанией разодетых детей. Одного взгляда хватило, чтобы понять — тяжелая публика.
— Мама! Я хотел мальчика-обезьянку! — тут же выдал он претензию.
Так и знала, что с мальчишкой будут проблемы!
— О, Ганс! Будет тебе мальчик-обезьянка.
— Сейчас же! — заверезжал он.
Госпожа Зельц засуетилась и подозвала Вольдемара. Получив поручение, он направился к нам, но не успел. Зазвучала веселая музыка. Я решила, что пора отработать свой гонорар: залезла на макушку к клоуну и начала танцевать, переминаясь с лапки на лапку и хлопая в ладоши. Кто-то подхватил мои хлопки, после все больше и больше людей. Все следили за мной с неким восторгом. Заполучив внимание, я спрыгнула на перила, потом на ступени повыше, чтобы все могли видеть меня. Кран, слава Создательнице, остался внизу. Я кружилась, скакала, кувыркалась, всячески показывала все, на что способна в теле обезьянки. На меня смотрели как на диковинку, показывали пальцем, смеялись и радовались. Родители, но никак не дети. Они стояли с кислыми лицами и полностью копировали недовольство своего главаря. А предводителем этих неприятных маленьких господ был Ганс. Что ж… не на ту напали. Я еще покажу им.
Музыка затихла в тот момент, когда в ход пошел мой коронный номер. На передних лапках, вниз головой, я поднималась по перилам. Не успела я сама встать на задние лапки, как меня подхватил на руки клоун, перевернул в воздухе и прижал к себе с немалым усилием. Я пыталась вырваться из неприятной хватки, но, чем больше попыток делала, тем сильнее он придавливал меня к себе. К нам чуть ли не бежал Вольдемар, а приблизившись, сказал так, чтобы слышали только мы с клоуном:
— Ханна, переоденьтесь в обезьяну-мальчика, пожалуйста, — он сунул в руку галстук-бабочку и шляпку.
— Мы так не договаривались! — прошипела я.
— Еще десять золотых к гонорару.
Ладно, какая разница. Что мне, сложно, что ли?
Клоун пригласил всех в отдельный зал для детей, украшенный разноцветными лентами. В нем плавали,
