Читаем без скачивания Дракон, ты не узнаешь о доченьке! - Кария Гросс

ямочками. Она же добавляла ему тяжёлого брутального очарования.

Я вспомнила, как впервые увидела его надменный взгляд. В тот день он вел себя так, словно когда откроют центр вселенной, он будет ужасно разочарован, что это – не он.

– Это – ваш ребенок! – отчеканил Раамант.

Мои пальцы сжались так сильно, что ногти впились в кожу, оставляя белые полоски.

Я не должна была показывать слабость. Я не могла позволить ректору разрушить всё, что я построила за эти годы! Разрушить мою семью! Отнять у меня смысл жизни!

– Мой? – удивилась я да так натурально, что сама почти поверила. – У меня нет детей! Я даже не замужем! Представляете, какой это был бы позор, если бы я родила ребенка вне брака!

Внутри меня царили хаос и паника.

Боже мой! Откуда он знает? Неужели Мия сказала ему что-то? Неужели они разговаривали? Или … А вдруг есть магия, чтобы это проверить? Когда он успел? Или он просто подозревает, но еще не уверен?

От переживаний на меня накатили тошнота и слабость. Мне казалось, что меня сейчас трясет вместе с креслом.

– Для того, чтобы родить ребенка – брак не обязателен, – произнес ректор.

В роскошном зеркале, которое Раамант использовал для связи, я увидела свое бледное отражение. Из строгой прически выбилась золотистая пружинка волос. Я спешно пригладила ее, как вдруг увидела в зеркале Мию.

Она стояла в зеркале и махала мне рукой.

От страха, я чуть не поседела. Если он сейчас обернется, то увидит ее!

– Я был о вас лучшего мнения! – произнес ректор. Он встал из-за стола и навис надо мной, а потом стал поворачивать голову в сторону дочки.

Глава 2

Я поняла. Если я сейчас ничего не предприму, то это будет конец!

– Я тоже была о вас лучшего мнения! – произнесла я резко и гордо.

Дракон посмотрел на меня внимательно. Он явно не привык к тому, что с ним кто-то смеет пререкаться. Слово его – закон в Академии. “Я вас научу радоваться моему присутствию!”, – как бы намекал его взгляд.

– Вы что сейчас сказали? – произнес он, а интонация у него было довольно зловещей и многообещающей.

Я решила сделать вдох и успокоиться. Все равно уже писец!

– Я про то, что мое заявление вы так и не подписали! – твердо произнесла я, вспомнив, что пару месяцев назад меня пригласили преподавать в Шелрудскую Академию.

Я и правда писала заявление на увольнение. Видеть Рааманта каждый день было невыносимо. Тем более, что, когда моя дочь вырастет, она не будет учиться здесь. Не хватало еще, чтобы дракон узнал похожую магию. Я уже читала об этом. Сильная магия может передаваться по наследству. Поэтому не хочу рисковать.

Ректор навис надо мной.

– Мне пока некем вас заменить, – произнес Раамант. – Как только появится кандидатура, вы можете быть свободны.

– За мою зарплату, – усмехнулась я. – Никто не согласиться работать здесь!

– Тогда мне останется вам посочувствовать, – заметил он, усмехнувшись. – А теперь мы возвращаемся к девочке, которую я видел своими глазами в коридоре вашего факультета.

Я посмотрела на зеркало. Мия стояла и слушала внимательно.

Мне так и хотелось показать ей, чтобы она ушла… Я опустила руку, словно уронила перо на пол и стала показывать ей, чтобы она пряталась.

– Как вы могли допустить, чтобы у вас на факультете, кто-то из студентов обзавелся ребенком! Особенно в преддверье аттестации Академии! А что если приедет комиссия, а у нас тут четырехлетняя девочка бегает по коридорам! Что тогда они скажут о дисциплине? Как вы думаете, нам после такого дадут звание Великой Светлой Академии?

Сначала я не поняла, что он имел в виду.

Я была слишком занята Мией.

Скворец, фамильяр ректора, дремал на спинке ректорского кресла. Никогда бы не подумала, что у столь мощного мага такой странный фамильяр. Не ворон, не кот, не какой – нибудь монстр из бездны ада. А обычная черная птичка. И сейчас скворец прикрыл черный глазик, нахохлился и напоминал чучело.

– Уходи! – одними губами произнесла я, видя, как Мия удивленно смотрит на меня.

– Вы сейчас это кому? – спросил Раамант, а я растерялась. Он резко обернулся…

Глава 3

Но Мия тут же исчезла, а я выдохнула. Успела… Надо бы выяснить, как она это делает!

– А, я… я просто вашей птичке, – заметила я, понимая, что нужно было как-то выкручиваться. – С детства любила скворцов.

О, сегодня я мисс Адекватность! Представляю, что обо мне подумал ректор. То я рукой машу, то скворцу передаю тайные знаки, то ору про заявление. Щеки вдруг загорелись. И мне стало немного стыдно.

– Я за вас очень рад, – сухо произнес ректор. – Только зубы мне не заговаривайте. Итак, вы были в курсе, что у вас на факультете завелся ребенок?

– Нет, что вы, – ответила я.

До меня стало медленно доходить. Раамант решил, что это – ребенок студентов моего факультета. Скромные подсчеты заставили меня на секунду замереть. Ну да, если в Академию поступают в тринадцать лет, а учатся десять, то вполне возможно, что это – ребенок кого-то из старшекурсников.

– Я своими глазами видел на вашем факультете, деканом которого вы являетесь, четырехлетнюю девочку, разгуливающую по коридорам, – глаза ректора сверкнули. Он обрушил руку на стопку папок, которые лежали рядом с газетой. – И вы считаете это нормальным?

Я чуть не стекла расслабленной лужицей на пол. Судьба – судьба, не надо меня так пугать! Я тебя умоляю. У меня сердце чуть не встало!

Раамант придавил рукой папки и нервно присел в роскошное кресло, скрипнув дорогой кожей.

– Если я узнаю, что это – ребенок кого-то из ваших студентов… – сурово начал ректор, подняв на меня глаза. – Это будет последнее эльфийское предупреждение!

Я еще не успела отойти от переживаний, но тут же собралась с духом. Фраза “последнее эльфийское предупреждение” была моей. Но сейчас ее подхватили, и она ушла в народ. Кто знал, что она дойдет до ректора!

– Поверьте, я ничего не знала, о ребенке. Я впервые от вас это слышу! Вы думаете, что это дело рук студентов? – удивилась я очень обстоятельным голосом сыщика.

Сейчас мне хотелось всем видом показать, что я готова и словом, и делом содействовать расследованию. А если его поручат мне, то вообще – сказка!

Ректор вернулся за свой огромный стол, покрытым редким чёрным камнем, будто бы созданным специально для этого кабинета, где каждый предмет был величественным и строгим.

– Мне кажется, руки там участвовали постольку поскольку!