выпалить не смела!». Но в конце XVIII столетия была совершенно другая Россия и совершенно иное соотношение сил в мировой геополитической игре.
Термин «русофобия» впервые на русском языке еще в 1867 году употребил знаменитый поэт Федор Тютчев, который долгое время работал дипломатом в Европе. Причины антироссиийских настроений, по его мнению, заключались в стремлении любыми средствами убрать влияние России на европейские дела. Сейчас под русофобией ученые понимают:
«Русофобия — это комплекс взглядов и настроений, выражающих негативное отношение к русскому народу, его истории, культуре, вере, государству, иногда приобретающий характер концепции, лежащей в основе антирусского идейно-политического движения и антирусской политики».
Если бы России не существовало, то Западу следовало бы ее придумать. Европе всегда был необходим наглядный образ «антиевропы». К примеру, руководитель СС — нацистской империи смерти — кровавый палач Генрих Гиммлер, прямо называвший русских «зверолюдьми», заявлял:
«Мы не можем понять этого противника. Мысли и действия этого врага порождены совершенно чуждым для нас миром. С этим миром, миром непостижимого, вызывающего ужас, с русской болезнью надо покончить раз и навсегда».
В начале европейцами на роль «антиевропы» была выбрана османская Турция, а со времен знаменитой Ливонской войны 1558–1583 годов — Россия. Таким образом, идеологическая война против вашей страны продолжается еще со времен царствования Ивана Грозного. «Средства массовой информации» того времени писали о русских как об исчадиях ада, а о России как о самом страшном государстве на международной арене.
Так, в первой половине XIV века польский король сообщал своим западным коллегам, что «московиты» — это жестокие варвары, азиаты, которые сговорились с турками и татарами, чтобы разрушить христианскую (читай — цивилизованную) Европу.
В 1549 году посол Священной Римской империи (был такой союз немецких, итальянских и других западных государств и народов) Сигизмунд фон Герберштейн выпустил знаменитую книгу под названием «Записки о Московии». Эта книга стала настоящим бестселлером и почти три столетия — вплоть до XIX века — считалась в Европе одним из главных произведений о России. Автор открытым текстом называет русских варварами, скопищем всех человеческих пороков — хитрости, лицемерия, вероломства. Русские, по его словам, все время хотят напасть на своих соседей и крайне жестоки к побежденным.
Во время знаменитой Ливонской войны 1558–1583 годов — ожесточенной схватки за раздел Прибалтики между несколькими крупными державами того времени — поляки после каждого сражения выпускали пропагандистский текст, рассказывавший о величайших победах поляков над «московитами», о том, что Польша, героически сдерживая напор лавины варваров с Востока, является форпостом Европы, то есть всего тогдашнего цивилизованного мира. Эти агитки печатали огромными тиражами на немецком языке, и ими зачитывались во всех европейских государствах.
Даже сами ставшие знаменитыми понятия «московит» и «Московия» появились как результат польской пропаганды, отвергавшей право России на все древнерусские земли, часть которых тогда находилась в составе Польши и Великого княжества Литовского.
Резкий рост могущества и влияния России после ее поистине триумфальной победы над казавшимся непобедимым Наполеоном Бонапартом привел к тому, что весь ХIХ век на Западе шла идеологическая борьба против всего русского под девизом борьбы с варварством и деспотией. Пропаганда представляла Россию как страшного «захватчика», «тирана», «жестокого татарина», «петербургское чудовище». Именно такие эпитеты в «просвещенной» Европе давали русским царям и их подданным. На заседаниях британского парламента открыто говорили о русском народе следующим образом:
«Пройдет немного времени, и эти варвары научатся пользоваться мечом, штыком и мушкетом почти с тем же искусством, что и цивилизованные. Поэтому необходимо объявить войну России, подняв против нее Персию с одной стороны, Турцию — с другой, Польша не останется в стороне, и Россия рассыплется, как глиняный горшок».
Отношение к России в Европе всегда немного менялось лишь в одном случае: когда перед европейцами возникал враг гораздо более страшный для них, чем сама Россия, и для борьбы с которым нужны были именно русские. Так было во время Наполеоновских войн, когда Пруссия и Австрия очень сильно полюбили Россию как своего могущественного союзника, так было во время «Весны народов» — Венгерской революции 1848–1849 годов, а также в Первую и во Вторую мировые войны.
Отчего Великобритания и Франция — два главных европейских государства XIX столетия заключили союз с Османской империей против России? Разве во времена Крымской войны 1853–1856 годов были проблемы с коммунистической идеологией? Нет, они просто боялись дальнейшего усиления России, поскольку только русские угрожали их претензиям на мировое господство.
И абсолютно ничего не поменялось сейчас, когда в конце первой четверти XXI века объединенная Европа вновь в едином порыве пошла против России с целью уже раз и навсегда уничтожить своего заклятого врага.
* * *
Любая империя, претендующая на мировое господство, опасается в первую очередь России. Во времена Российской империи это были Великобритания и Франция, а в XX и XXI столетиях — Соединенные Штаты Америки. Советский Союз отказался от идеи мировой революции еще тогда, когда агенты НКВД ликвидировали в Мехико Льва Троцкого. Но антироссийский вектор политики Запада и по сей день не изменился ни на дюйм.
В чем же сегодня, по мнению коллективного Запада, «виноваты» Российская Федерация и Китайская Народная Республика? Только в том, что они пытаются изменить сложившийся мировой порядок. Как можно в здравом уме сомневаться в том, что центром геополитической вселенной являются исключительно США?
Я лично, своими ушами слышал запись разговора госсекретаря США Мадлен Олбрайт с премьер-министром Литвы, когда руководитель американской внешней политики в администрации Билла Клинтона не просто рекомендовала, а в приказном тоне требовала продать через офшор крупный нефтеперегонный завод, чтобы он ни в коем случае не достался русской компании. Литовский премьер, ссылаясь на литовское же законодательство, отказал американке и буквально на следующий день лишился своего поста.
Какая сейчас власть во Вьетнаме? Та же самая, которая была и в 1975 году, при взятии въетконговцами Сайгона, что стало завершением Вьетнамской войны. Почему же Вашингтон просто из кожи вон лезет, чтобы наладить отношения с Ханоем? Ответ очевиден: потому что Вьетнам может оказаться козырной картой в будущем военном противостоянии США с Китаем. Никакой идеологии для американцев не существует — только бизнес. Если завтра окажется, что им выгоден союз
