бутылка спиртного в довольно элитном ночном клубе? Этим вопросом я тоже не задалась. До третьего выпитого шота я вообще не могла думать ни о чём, кроме своего шлюховатого платья. После же мой наряд уже перестал казаться столь вопиющим и все мои мысли снова начали крутиться вокруг измены любимого. И даже немалое количество выпитой текилы, которую, к слову, я тоже сегодня пью впервые, не смогло изменить данный факт.
– Тебе нужно потрахаться, – вдруг на полном серьёзе выдаёт Агата, и кусок лимона едва не застревает у меня в горле.
– Что?
– Что-что? Тебе нужно найти классного мужика и потрахаться. Срочно. Клин клином же вышибают. Слышала об этом?
– Слышала, но я не буду этого делать.
– Почему нет? Твоему козлу, значит, можно трахать левых тёлок, а тебе нельзя получить удовольствие с другим мужчиной? К тому же, если я правильно тебя поняла, ты не собираешься его прощать и возвращаться к нему.
– Конечно не собираюсь, – уверенно подтверждаю я.
Как вообще можно простить нечто подобное? Он же меня словно в грязи обвалял. В душу плюнул. Заставил почувствовать себя ничтожеством. И напрочь уничтожил моё доверие к нему.
– Ну вот. Тогда вообще не вижу причин, почему тебе не стоит подцепить какого-нибудь красавчика и потрахаться от души. Это поможет. Вот увидишь. Мне когда-то помогло.
– Поверю на слово, но я так не смогу. Мысль о том, что меня будет касаться кто-то, кроме Оливера, вызывает отвращение.
– Мысли – это одно, а на деле всё может оказаться по-другому. Ты же никогда не узнаешь, если не попробуешь. Плюс ты сама говорила, что твой козлина был у тебя первым и единственным.
– Да, это так.
– Ну вот. Разве тебе никогда не было интересно узнать, каково это – заниматься сексом с другим мужчиной?
– Нет.
И я не вру. С Оливером я никогда не думала о других мужчинах. Он был для меня самым лучшим. К тому же я всегда спокойно относилась к сексу. Не в том смысле, что я к нему равнодушна. Нет. Мне нравится сам процесс, но я никогда не понимала почему вокруг секса столько шума и восторгов.
– Ну и дурочка, – Агата откидывает свои курчавые рыжие волосы за спину. – Ты многое теряешь, Диана. В мире столько шикарных мужчин, и, нам, свободным красивым девушкам, просто грех не испробовать хотя бы малую часть из них. А тебе – так особенно нужно насладиться всеми прелестями свободы. Ты же и так уже просрала пять лет с мерзавцем, который мало того, что изменял тебе, так ещё и взял под контроль всю твою жизнь. Это же кошмар!
– Он не взял под контроль всю мою жизнь.
– Да что ты говоришь? А я после твоего рассказа сделала вывод, что ты и шага не делаешь без разрешения своего драгоценного Оливера, но да ладно. Не буду сейчас с тобой спорить. Это бессмысленно. Просто надеюсь, что ты прислушаешься к моему совету. Ты хорошая девчонка. Я это сразу поняла. Да ещё и настоящая секс-бомба, но почему-то совсем не замечаешь этого. По ходу, твой мудак ещё и самооценку тебе испортил, поэтому я ещё больше не хочу, чтобы ты страдала из-за него.
– Спасибо большое, но, думаю, я как-нибудь переживу это без помощи секса с незнакомцем.
– Как хочешь. Моё дело предложить. А теперь пей, и пошли танцевать. Мы и так с тобой слишком долго засиделись, – Агата ещё раз наполняет шоты текилой и подталкивает один ко мне. – За нас, красавиц!
Мы чокаемся, и я послушно опустошаю очередную рюмку, хотя в глазах и без того неслабо кружится. Я уже уяснила, что Агата не принимает слово «нет». Легче выпить, чем снова вступать с ней в дебаты, которые закончатся её победой.
Взяв свой клатч со столешницы, я встаю на ноги и понимаю, что опьянела куда сильнее, чем мне казалось, пока я сидела на барном стуле. А когда мы минуем столпотворение и оказываемся на танцполе, я ещё больше теряю связь с реальностью.
И знаете… это очень приятно и ново. Никогда прежде не ощущала такой лёгкости в теле. Оно само начинает двигаться в такт музыке, а из головы вылетают все намёки на смущение.
Разноцветные огни и лазерные лучи пестрят перед взором, громкие биты пульсируют в венах, заряжая энергией. Я наконец забываю про то, что моя привычная жизнь разрушилась сегодня в одночасье, и растворяюсь в танце. Не думаю ни об Оливере, ни о том, пялится ли кто-то на мою открытую спину, полуголый зад или глубокое декольте. Мне всё по барабану. Я улыбаюсь. Верчусь. Двигаю бёдрами. Вскидываю руки вверх. И даже скачу как заведённый зайчик, больше не чувствуя дискомфорта от туфель на высоченных шпильках.
Не знаю, как долго я танцую. Песни сменяются, мир растворяется, время перестаёт иметь значение. Лишь сильному зову природы в какой-то момент удаётся вернуть меня в реальность.
Хочу сказать Агате, что мне нужно пописать, но, когда с трудом нахожу её в паре метров от меня, страстно целующейся с каким-то парнем, понимаю, что моя реплика о туалете будет совсем некстати.
Решаю добраться до нужного места в одиночку и быстро вернуться к Агате, чтобы, не дай бог, не потерять её. Проталкиваюсь сквозь танцующую толпу и осматриваюсь по сторонам. Вроде бы я видела уборную где-то недалеко от входа в клуб. Туда и двигаюсь. Правда, быстро это сделать не получается. После танцев меня совсем развезло. Тело перестаёт слушаться, ноги подкашиваются, картинка перед взором двоится. Толком ничего не вижу вокруг. Слишком много незнакомых лиц. Слишком мало воздуха и света. Чтобы не рухнуть от усилившегося головокружения, мне приходится нащупать стеночку и двигаться вдоль неё в сторону выхода.
Шажок, второй, третий… Прекрасно. Всё получается. Нужно продолжать в том же духе. Однако стоит мне сделать ещё пару шагов, как стена, за которую я всё это время придерживалась, вдруг исчезает.
Я не была готова к такому повороту событий, поэтому тут же теряю равновесие и начинаю лететь вперёд. Без возможности ухватиться хоть за что-либо.
Полёт длится всего две-три секунды, а перед глазами будто вся жизнь пролетает. Я даже успеваю подумать, что было бы здорово, если бы меня сейчас, как героиню из фильма, спас от падения какой-нибудь джентльмен. Но увы. Я не в фильме. И никто меня не спасает. Я падаю на колени, но не чувствую боли, руками опираюсь о нечто твёрдое, а лицом мажу обо что-то тёплое и определённое живое.
– Ну нифига ж себе!
– Во даёт!
– Фееричное падение!
– Я
