старых вещей, щекотал ноздри. На кухне гремели кастрюли и что-то скворчало: там хозяйничала Ирина, вторая жена отца, но Стрежин не стал с ней здороваться — для него она не существовала. Он хорошо помнил слезы матери, когда отец собирал вещи в чемодан, чтобы уйти к любовнице.
— Чего такой хмурый? — спросил старик, медленно усаживаясь на потертый диван. Недовольно мяукнув, с него соскочил драный кот. Стрежин даже не знал, какая кличка была у зверюги. Он устроился в кресле и внимательно посмотрел на отца.
— Позавчера ко мне обратилась молодая женщина по имени Нелли Морозова, — начал он. — Ты должен ее помнить.
Взгляд старика на мгновение затуманился: воспоминания прошлого захватили его мысли.
— Последняя жертва Мага, — медленно проговорил он. — Нам удалось ее спасти.
— Но она снова пропала. — Стрежин откинулся в кресле и сжал подлокотники. — Утром по сводкам я узнал, что ее коллега — мастер из парикмахерской «Весна» — заявила в полицию о том, что Нелли второй день не выходит на работу. На звонки не отвечает, дверь в квартиру не открывает.
— Она живет одна? — удивился отец.
— Получается, что да. Ты не интересовался ее судьбой?
Старик отрицательно покачал головой:
— После того, как мы ее нашли, родители сразу же увезли ее в Волхов — подальше от кошмара, что ей пришлось пережить. Они оборвали все контакты, и я не знаю, как сложилась ее судьба.
— Похоже, в какой-то момент она снова вернулась в Питер, — сказал Стрежин. — Работает парикмахером.
Покопавшись в карманах заношенных спортивных штанов, отец достал пачку «Петра» и закурил. Стрежин скривился, но ничего не сказал: ему надоело читать лекции о вреде курения. Он просто ждал, когда рано или поздно (почему-то он был уверен, что это случится ночью) раздастся звонок от Ирины и она сообщит, что его старик откинул копыта.
— Зачем она к тебе приходила? — спросил отец, выпуская сизый дым изо рта.
— Она утверждала, что Маг жив и преследует ее. Якобы перед своим самоубийством он сказал ей, что они встретятся снова. И все эти годы Морозова подсознательно ждала этого события. Последние дни ей мерещилось, что за ней кто-то наблюдает. А пару дней назад, когда она работала в парикмахерской, некий слушатель, представившийся Магом, посвятил ей на радио песню.
— «Мы встретимся снова»? — Отец помрачнел.
Стрежин кивнул.
— Я уже проверил: заявка на радио поступила с украденного телефона.
— И ты думаешь, что кто-то снова похитил Нелли?
— Пока я ничего не думаю. — Стрежин нахмурился. — У нас нет фактов, подтверждающих похищение Морозовой. Мы знаем только, что она второй день не выходит на работу и не отвечает на звонки.
— Но ты все равно считаешь, что облажался. — Старик пристально посмотрела на Стрежина, и под взглядом этих серых глаз ему стало неуютно: так отец смотрел на подозреваемых, когда работал следаком. — Ты не воспринял всерьез ее слова, и теперь ее жизни может угрожать опасность. Чему я тебя учил, Витя? Всегда быть внимательным.
Стрежин промолчал. Его злила правота отца. Он совершил ошибку, отмахнувшись от слов напуганной женщины, и теперь отчаянно хотел ее исправить.
— Мне нужны детали, — попросил Стрежин после затянувшийся паузы, наполненной сиплым дыханием отца и сигаретным дымом.
— Ты можешь прочитать их в материалах дела, — отмахнулся старик.
— Я хочу услышать их от тебя, — сказал Стрежин и, не удержавшись, съязвил: — В конце концов, кроме убийств других тем для общения у нас все равно не осталось.
Отец затянулся, звучно прокашлялся и углубился в воспоминания:
— Первый труп мы нашли в сентябре девяносто седьмого. Девочка-беспризорница со следами ритуального убийства, выброшенная как мусор в лесополосе. Ее кожа была испещрена оккультными знаками — Маг вырезал их ножом по живой плоти. Затем, спустя несколько недель, на окраинных пустырях мы обнаружили еще два трупа — опять беспризорница и проститутка с трассы. Их тела также были изрезаны символами. А потом Маг перешел на старшеклассниц. Первую он похитил за два дня до нового года.
— Он насиловал их?
Отец скривился, словно вопрос Стрежина пробудил воспоминания, которые он предпочел бы забыть навсегда.
— В некотором смысле, — просипел он. — Тела девчонок были чудовищно изуродованы: на них живого места не осталось от порезов с символами. В том числе на половых органах. Судмедэксперты обнаружили во влагалищах землю вперемешку со спермой. Экспертиза установила, чтобы это была земля с Шуваловского кладбища. Но выяснить, имело ли место само проникновение, патологоанатомам не удалось.
Стрежин содрогнулся, когда представил, через какие мучения прошли несчастные жертвы. Он вспомнил шрамы на руках Нелли Морозовой.
— А символы? Что они из себя представляли?
Отец пожал плечами:
— Хаотичные сплетения кругов, треугольников и крестов вперемешку с буквами неизвестного алфавита. Мы консультировались у историков и криптографов. Они утверждали, что похожие символы можно найти в средневековых манускриптах по оккультизму и черной магии. Например, подобные надписи встречаются в Книге Сойга, расшифровать которую до сих пор никому не удалось. Но зачем Маг их наносил — так и осталось загадкой. Мы обратились за помощью к экстрасенсам и колдунам, хотя лично я считаю их шарлатанами. Они сказали, что Маг проводил некий ритуал, но затруднились ответить, в чем заключался его смысл — ничего подобного они не встречали. Один из экстрасенсов уверял, что Маг получил доступ к древним знаниям, которые методично воплощал в жизнь — он словно проводил эксперименты. Я же считаю, что он просто был конченым психом.
— Как вы его нашли?
Отец потемнел лицом и отвел взгляд.
— Наши поиски ничего не дали. Маг тщательно заметал следы. Но спустя месяц после похищения Нелли Морозовой в милицию поступил звонок. Человек, представившийся Аркадием Голубенко, заявил, что держит девушку в подвале на своей даче. Он продиктовал адрес и повесил трубку. Информацию передали нам, и вместе с оперативной группой я выехал к даче. Возле нее мы обнаружили синюю «шестерку». Похожая машина была в ориентировке: ее видели недалеко от школы в тот вечер, когда после дискотеки Маг похитил Нелли. Мы приняли решение штурмовать дом. Когда мы в него проникли, то чуть не оглохли от гремевшей из колонок музыки.
— «Мы встретимся снова», — догадался Стрежин. Он смутно припоминал этот попсовый хит из восьмидесятых, но у него не было желания его переслушать.
— Да. — Отец кивнул. — По непонятной причине Магу нравилась эта песня. Мы обнаружили его на чердаке — голый и изрисованный кровавыми символами, он болтался на веревке под потолком. Как удалось потом выяснить, его действительно звали Аркадием Голубенко. Лысоватый низкорослый мужик пятидесяти лет, ничего примечательного. Экспертиза установила, что он повесился приблизительно за два часа до нашего прибытия.
