Распрощавшись с растерянным англичанином, я переоделся и поднялся в Думу, где сегодня, вновь продолжились споры о строительстве порта у Михайло- Архангельского монастыря.
Когда я зашел туда, в нетопленной летом палате, уже было жарко от спорщиков. Андрей Щелкалин кинул на меня неприязненный взгляд и громко сказал:
— А вот и Сергий Аникитович пожаловал, не расскажешь, ли нам чего это к тебе аглицкие купцы зачастили. Я так понимаю, что сейчас тоже будешь за порт ратовать.
— Андрей Яковлевич, скажи мне, каким волшебством ты раньше всех все узнаешь, не успел от меня Горсей выйти, а ты уже все знаешь, может, ты сам расскажешь, о чем мы речь вели?
— А чего тут думать, уговаривал он тебя их сторону принять.
— Так вроде бы совсем недавно и ты Андрей Яковлевич, мне говорил, что надобно порт там строить, а теперь вроде от своих слов отказываешься. Щелкалин поперхнулся и закашлял, закрыв рот рукой.
Царь, сидящий на троне засмеялся:
— Что, Андрей Яковлевич уел тебя Щепотнев, не будешь лишнего говорить. А ты Сергий Аникитович расскажи, что за разговор у тебя с купцом был?
Иоанн Васильевич, может, разрешишь мне лично с тобой это дело обговорить, а уж потом решишь, надо ли всем о том рассказывать.
Хорошо, а сейчас скажи нам, что думаешь, про порт сей. Много уже воду в ступе толчем, а решения нету?
— Иоанн Васильевич, думаю я, что порт для царства твоего там нужен. И строить его нужно такой, чтобы там множество кораблей могло приходить и разгружаться, и чтобы там и наших купцов корабли могли стоять и флот военный наш. Сзади меня негромко хмыкнул Шелкалин:
— Щепотнев уже и флот у нас нашел.
— Иоанн Васильевич думается мне, что англичанам торговля эта нужна не меньше чем нам. А раз нужна, пусть и мастеров присылают порт строить и корабли. Не захотят, есть и голландцы и другие найдутся.
— Сергий Аникитович, вроде совсем недавно ты, что-то про Котлин остров говорил?
— Государь, так одно, другому не мешает. Великому царству твоему и два порта могут понадобиться. А сейчас ты меня спросил, нужен ли порт на море Белом я и сказал мнение свое.
— Ну что же бояре, слушал я вас не один день и не два, разные были слова сказаны. Но склоняюсь я все же к словам бояр моих, которые за порт в Михайло Архангельском ратуют. Правильно Щепотнев сказал, великому царству одного порта мало, но пока хотя бы там построим.
Раздался недовольный гул, но единственный взгляд Иоанна Васильевича и гул утих. Царь вышел и немногочисленные думные бояре, переговариваясь между собой, тоже поспешили к выходу. Я же, помня о приказе царя, пошел вслед за ним.
— Ну, давай Щепотнев не стой, садись напротив меня, — сказал Иоанн Васильевич, — ты меня все время удивляешь, наверняка и сейчас что-то новее скажешь?
— Государь приходил ко мне компаньон Московской компании Джером Горсей. Он сейчас в ней не из первых, так, младший компаньон. Я думаю, что ко мне именно его прислали, не чтобы оскорбить хотели, но дали понять, что очень сильно делами моими не интересуются. Однако это на простака уловка. Ясно, что их мои мануфактуры интересуют и стекло мое, которое, не хуже крусталя горного, и бешеных денег стоит. Кроме того, наслышаны они и о школе медицинской.
Государь, я вот что думаю, для аглицких немцев мы сейчас, как свет в окошке. Они почти, как мы сейчас, в окружении врагов. С гишпанцами воюют, с голландцами тоже ни мира не войны, с французами такие же дела.
Мне кажется, что они за торговлю с нами на многое пойдут, и порт построят и мастеров своих привезут. Вот только вряд ли они корабли нам строить будут. Не захотят ведь себе соперников на море иметь.
А нам, кровь из носу, а флот свой и торговый и военный надо иметь. Порт построим, крепость ведь надо будет там строить, а то швед недалеко, придет и пожжет все. А будет флот, еще не всякий враг туда сунется.
Сейчас в компании думать будут, какие мне просьбы писать, а мы должны уже знать, что с них за эти просьбы спросить.
И еще Иоанн Васильевич, жил я, когда у бабки знахарки в лесу, лежали у нее карты старые, ее дед рудознатец был и всю Корелу обошел. Нашел он у озера одного руду медную. Но когда пришел домой больной был уже, умер, и никому до его карт дела не было. А мне любопытно было, выглядел все и сейчас по памяти нарисовал, где руда медная есть, главное, у озера это все, так, что можно будет там рудник ставить и медь по рекам вывозить.
Так, вот есть у меня задумка великая, попробовать там такой рудник и заводик поставить. Только мне кажется, что англичанам это не очень понравится, ведь они сейчас нам медь привозят, а тут мы, может, сами продавать будем.
Царь сидел, задумчиво постукивая по столу пальцами правой руки унизанных перстнями.
— Ты, как всегда интересно говоришь Щепотнев, и дела хорошие предлагаешь, и самое главное вижу я, что радеешь ты не о себе, а о царстве моем.
Но вот дел ты на себя взвалить хочешь, больше, чем увезти сможешь.
Посему с рудником этим решим так, знаю я, что дружен ты с главой Пушечного приказа, есть там у него разные мастера, даже несколько тех, кто в рудниках таких работал. Так, что составишь мне челобитную, где все, как есть обскажешь, сколько и чего нужно, для начала, и с князем Каркодиновым тоже обговори, он у тебя в Аптекарском приказе водку твою анисовую, что так просто пьет, пусть поможет, управляющего понимающего даст. Если там медь найдут, дам я тебе эти земли вместе с людишками, и от налога освобожу на несколько лет. Но самому тебе там делать нечего. У тебя здесь в Москве главные дела. А вот что от тебя англичане захотят, мне доложишь, тогда и будем решать, как с ними дела вести.
Потом он улыбнулся и продолжил:
— И кстати есть новость для тебя, помнишь, говорил ты мне об астрономе известном Тихо Браге. Так вот донесли до него, что есть в Московии труба подзорная с помощью, которой можно звезды рассматривать, и загорелся он, говорят идеей бросить все, и приехать сюда, в Московское царство и тут наукой своей заниматься, тем более, что великий государь ему свое покровительство обещает. А когда он узнал, что есть у государя лекарь, который ему может новый нос сделать, то передал он послам моим в Дании письмо тайно, в котором просит уточнить, действительно ли лекарь есть такой?
Так, как сможешь ли ты Сергий, нос, когда-то отрубленный, вновь сделать?
— Иоанн Васильевич, нельзя так, сразу обещать, смотреть вначале надо. А нос вообще то сделать смогу и пришить тоже.
Только государь астроному и астрологу башня за звездами смотреть, нужна и вотчина, в Дании он у своего короля не бедствовал.
— То не твое забота Щепотнев, сам понимаю, что в чести такие люди живут. И роду он благородного. Так, что готовься, не знаю, когда и каким образом он со своего острова к нам прибудет, вот тогда и будешь свои обещания выполнять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
